Бася

Альму принесла в дом дочь Ксюша, подобрала на улице. Удивительной красоты была собака. Щедро наградила ее природа: и безупречным пропорциональным телосложением, и удивительным окрасом.Но речь не о ней, а об ее потомстве. Один из щенков был особенным. Мы заметили, что почти с первых дней он справлял нужду не на подстилке, как все другие его собратья, а обязательно сползал для этого на пол. Первый пошел знакомиться с миром нашего дома, тщательно обнюхивая каждый его предмет. Он выбрал нас, мы выбрали его. С кличкой было сложнее. Но однажды муж за шустрый нрав и звонкий голос обозвал его Басмачом. Шерсть его была черно-белой, возможно, поэтому кличка прижилась. Ну, Басмач — это официально и только тогда, когда мы его журили. А все остальное время — Бася, Басенька, Басюня.
Да, Альма была красивой, но матерью в полном понимании этого слова не стала — она лишила щенят своего молока и ласки. И я заменила ее во всем, то есть и кормила, и согревала. На ночь, чтобы Бася, оставшись один, не поскуливал, забирала в свою постель. Со временем он никогда не ложился спать первым, обязательно ждал, как бы долго ни задерживали меня дела.
Бася четко сознавал, что он общий любимец, но при этом с рвением нес службу по охране и нас, и дома. При повышенном в нашу сторону голосе, недозволенном тоне или жесте раздавался его предупреждающий рык. Это останавливало любые чужие посягательства.
Как-то прочла, что собаки понимают до двухсот слов, обращенных к ним. С Басей я не раз в этом убеждалась. Никогда не гремела его чашкой, призывая полакомиться. Достаточно было в любой точке квартиры сказать: «Бася, иди, я там тебе косточку положила».
Был и другой случай. Зашедшая в гости бабушка стала советовать нам избавиться от «псины», выговаривая, что мы слишком много денег и времени тратим на нее.
— Зачем вы так говорите, ведь он же все понимает, — остановила я ту.
— Скажешь тоже…
Не меняя позы, Бася посмотрел в сторону гостьи и тихо зарычал. «Надо же, похоже, правда понимает, — проговорила бабушка и, обращаясь к Басе, добавила: — Прости меня, я глупо пошутила».
Живем мы в панельном доме, слышимость там, сами понимаете, какая. Входные двери хлопают ежеминутно. Как Бася понимал, что именно в этот раз в подъезд вошла Ксения? Хватал ее тапку и бежал встречать. Тапки он подавал каждому члену нашей семьи. А нам с дочерью подносил даже халаты, и не волоком по полу, а брал осторожно комочком. Правда, при этом обслюнявит весь, но мы все равно его хвалили. Ксюшу Бася любил больше других. И так пытался ей угодить, что только что снятую шапку вновь подавал ей в руки.
Наш садовый участок недалеко от дома. Но вся дорога идет круто в гору. Я собираю сумку, Бася бежит за поводком. Крепко держу один его конец, Бася за другой тянет меня наверх. Время от времени прошу: «Подожди, Бася, я передохну». Он ослабляет поводок и, виляя хвостом, подходит ближе.
Возвращаясь с прогулки, пес всегда шел в ванну. Там терпеливо ждал, пока ему вымоют лапы.
И вот теперь Баси нет. Закончился его путь по земле. Уходя утром на работу, мы еще раз поговорили с дочерью о Басе. Успокаивали друг друга, что пройдет время и боль утихнет. Обещали, что больше никогда, ни при каких обстоятельствах не заведем собаку.
Вернувшись домой, увидела: Ксюша сидит на полу, а рядом у ее ног двухмесячный щенок жадно лакает молоко.
— Я пошла в магазин. И вдруг он, такой грязный и голодный. Мам, прости, ну пусть он останется.