Антропология. Как повод для грёз и разоблачений
В Художественном музее открылась экспозиция, заявленная как «выставка-дискуссия из цикла «Исследования». Исследуются нынче работы в жанре «ню» из собрания музея, мастерских художников, а также фотографии Олегов — Белобородова и Богульского.Помню, лет десять (меньше?) назад нечто подобное выставили в ДТС. Тогда это произвело шоковое впечатление.
Может, поэтому авторы сопроводительной записки к «Антропологии» (что можно перевести как «человековедение») пустились во все тяжкие, чтобы собственно дискуссию (возможную) пресечь на корню, дав, к примеру, такую «расшифровку» одной из представленных работ: «Измученный, находящийся в пограничном состоянии художник пишет автопортрет с натурщицами. Но они лишь повод, ситуация для рассказа о себе самом, своей растерянности и проблемах»…
Так-то оно, наверное, и так. Но мудрёно только. И с подменой смысла (намеренной!) слова «разоблачение» как раздевание на «разоблачение», как раскрытие обмана (фокус с последующим разоблачением). А уж «саморазоблачение художника» — вообще звучит как некий протокол, обвинительное заключение.
Страшновато быть художником — не дай Бог, что-то заподозрят. К примеру, заснял фотограф Белобородов голого фотографа же Бахарева в позе Гомункула на какой-то подставке: кто его знает, чего он так саморазоблачается? Наверняка, червоточинка какая-то в нем.
Спасибо, конечно, за сообщение, что «Эротическое как мироощущение пронизывает всю культуру». И за прочие вполне учительские вещи — они, кстати, дискуссию не предполагают.
Нынче по поводу эротики, кажется, вообще дискутировать сложно: ее эксплуатируют мерзко и безбожно. Так что грезы на выставке есть, не слабо и с разоблачением, если понимать это как раздевание.
Удивительно нежный орнаментальный (в том смысле, что форма, кажется, всегда повторяющаяся, но всегда удивительно новая) Игорь Бессонов. Изящный и насмешливый (даже!) в своих известных «100 ню» Александр Гаврилов. И Виталий Карманов — вот уж «саморазоблачается»: этот всегда готов задраться, и нынче поместив грубый картон с фигурой черным (очень, на мой взгляд, классно и эротично тоже): «Прощай, Амадео!» — экивок на Модильяни. Хорош Руслан Высоцкий с его ангажированной «саморазоблачением» «Фигурой натурщика в позе белой обезьяны»…
Хорошая выставка. Тихая. Камерная. Если и есть нечто призывающее к дискуссии, то это все то же фото Бахарева. Да и, собственно, вся дискуссия свелась бы к фразе: «Ну и ню!».