А идите вы в ЖКХ!

«Же-Ке-Ха» — это слово даже не нужно превращать в ругательное, оно и без того звучит достаточно бранно. А если к нему еще добавить соответствующий жест, то и вовсе все станет понятно. И ассоциации в связи с ним возникают соответственные: хочется засучить рукава и с кем-нибудь разобраться.С этим самым ЖКХ мне приходилось разбираться еще в горбачевские времена, когда наш дом N 31 по улице Веры Соломиной был поставлен в план на капитальный ремонт. В те времена денежные знаки уже начинали понемногу терять вес, облегчаться, а в итоге и улетать. Можно сказать и так: убегать, уплывать, испаряться. Потому что выделенные в ту пору деньги на ремонт дырявых труб в подвале куда-то исчезли.
Сменилась власть, коммунисты уступили место демократам, вместо одних денег в ход пошли другие, но свойство их не переменилось. Они по-прежнему куда-то уплывают и испаряются, даже те, которые мы исправно платим за текущее содержание жилья, вместо того, чтобы идти на ремонт худых труб в нашем подвале. Дело в том, что в подвале дома N 31 на улице Веры Соломиной дырявые трубы, из которых в подвал хлещет горячая вода. От этого в квартирах первого этажа вечная сырость, к нам, спасаясь от потопа, лезут крысы и тараканы, и жить в таких условиях невозможно. Но деньги наши, похоже, испаряясь у нас, конденсируются в карманах людей, совсем не интересующихся нашими дырявыми трубами, поэтому их много лет никто не чинит.
Последние четыре года я настолько часто ходила по заведениям ЖКХ, что лица чиновников этого ведомства запомнились практически навсегда. И вот что я заметила. Скажем, прихожу я с просьбой исправить аварию. Сидят люди под определенной вывеской и обещают все сделать в кратчайшие сроки. Когда и кратчайшие, и длиннющие сроки проходят, прихожу снова. Люди сидят те же, но вывеска сменилась. Говорят, про прежнюю контору ничего не знают, уплыла сквозь дырявые трубы в неизвестном направлении. Так что спросить не с кого, советуют оставлять новую заявку. Приходишь в следующий раз, а там новая вывеска. И хотя люди те же, а снова ни за что не отвечают. Главное — наши деньги за жилье к ним идут, они их исправно получают, но делать ничего не делают. Много рук, как я поняла, протянуто к нашим деньгам, поэтому им не до нас, не до наших труб, крыш, подъездов — себе бы ухватить.
Я не сразу задумалась о теневой стороне этих процессов, поэтому по наивности еще с весны решила позаботиться о предстоящей зиме и в апреле сего года отправилась ходоком в комитет ЖКХиБ по содержанию и ремонту жилого фонда с просьбой залатать наконец худую трубу в нашем подвале. Встретили меня хорошо, вежливо, пообещали все сделать. С надеждой, что все у нас будет хорошо теперь, ждали мы отопительного сезона. Так и виделось, что не станет душить нас подвал вонью и сыростью, не полезут оттуда полчища крыс и тараканов.
Увы мне. Зря умилялась я культуре приема в ЖКХиБ. Никто не пришел из этой организации, чтобы помочь нам. Они в это время перестраивались, делили сферы влияния и потоки наших денег.
Потом я мыкалась по Куйбышевской администрации со своими проблемами, а в это время начался запуск тепла в дома, и наши дырявые трубы снова засвистели. Душегубка началась сначала. Сантехники, к которым мы кинулись за помощью, не обладали культурой обращения, как сотрудники комитета ЖКХиБ, поэтому отправляли нас сразу по тем адресам, которых ни в одном справочнике не сыщешь. Плевать они все хотели на то, как мы живем, как мучаемся в своих сырых, пропитанных вонючим паром квартирах.
А вода в подвале течет, текут и наши коммунальные деньги, и только совесть чиновников ЖКХ никуда не течет — она у них окаменела.