“Снежный” вопрос длиною в полкилометра

Эта печальная перепевка посвящена переулку Биробиджанскому, расположенному на горе в Редакове. На карте города он даже не обозначен. Малонаселенный, всего десять дворов, постройки середины 40-х годов, на землях, отведенных шахте “Редаково”. Если бы не протоптанные среди снежных заносов тропинки, тянущиеся от калиток, то можно было бы подумать, что дома нежилые. “Только один пустует, — говорит сторожил этих мест Александр Новиков. - Года два назад там вспыхнул пожар. Пожарная машина прибыла быстро, от города-то до нас рукой подать, но преодолевая отрезок в 500 метров от главной нашей проезжей улицы Верхнее Редаково, завязла в снегу. Дом спасти не удалось. По той же причине сгорели старые шахтовые бараки. 

Прошлую бесснежную зиму мы пережили почти благополучно. Чистили снег сами, врукопашную, трактор нанимали лишь однажды. А нынче…” 

Снег для жителей Биробиджанского, как и для их соседей с улиц Сосновской, Благовещенской, Чуйской, не просто природное явление, а настоящее стихийное бедствие. Если он прошел ночью, то надо загодя, часов с пяти утра начинать откапываться, чтобы взрослым успеть на работу, детям — в школу и детсад. “Мы же не просим чистить придомовые территории и около ограды, — возмущается Александр Дмитриевич, - это, так сказать, дело хозяина. Но как быть с территориями общего пользования? Благоустраивать их, чистить — прямая обязанность районной администрации, в данном случае Куйбышевской, куда мы по этому поводу обращались не раз. Но нас как-будто не слышат. Ссылаются на отсутствие финансирования, техники, людей… Куда еще обращаться? В суд, прокуратуру? 

В доперестроечные времена от шахты Димитрова постоянно ходил по нашим улицам бульдозер, улицы были в идеальном состоянии. Была возможность, и мы своими силами переулок Биробиджанский отгрейдеровали, отсыпали. Не бедствовали. Но пришли другие времена, когда на людей наплевать, парткомов нет, в райком не пойдешь, не пожалуешься. 

Я, например, из-за этих 500 непреодолимых метров был вынужден купить снегоход, старенький, но на ходу. Как могу, выручаю соседей. Мы готовы платить за уборку снега в официальном порядке, как в городе. Нанять трактор самим очень сложно, даже за деньги. Но куда деться? Сбрасываемся тысячи по две со двора, ищем технику. В доме № 15 у Боравлевых двое ребятишек трех и пяти лет, топать пешком им не привыкать, в другом, № 9, у Машкиных — девочка восьми лет. Кстати, нынче в начале зимы к ней пришлось вызывать “скорую”, так отец до основной дороги нес ребенка на руках. 

Три недели назад моей соседке семидесятишестилетней бабе Ане стало плохо с сердцем. Хорошо, проезд к переулку накануне вечером нами был расчищен, машина “скорой помощи” благополучно спустилась почти до ее дома, а вот обратно подняться не смогла. Три часа ночи, на Верхнем Редаково ни людей, ни машин. Наконец на помощь пришел “Урал”, но и он завяз. Через два дня бабе Ане опять худо, история повторилась. Так вот помрешь, и тебя даже волоком вынести не смогут “. 

В этом году “снежный” вопрос стоит как никогда остро. Немало страдает от него городское население, что уж говорить о жителях частного сектора. Действительно, что делать людям, вынужденным жить в частных домах? Ждать весны? На дворе двадцать первый век, а мы целиком зависим от природы и вечного недофинансирования в решении жизненно важных для населения вопросов. Ольга Волкова.