Пряник как венец современной скульптуры и культуры
В 2016 году металлургия Кузбасса отмечает 200-летний юбилей. Поскольку именно в 1816-м начал действовать Гурьевский сереброплавильный завод, позже с серебра и меди перешедший на выплавку стали (нынешний Гурьевский металлургический завод). Основатель завода — горный специалист, механик, изобретатель Поликарп Залесов.
Вспомнить об этом заставил визит в редакцию скульптора-самоучки из Гурьевска Алексея Михайлова. Он сообщил, что статуя Поликарпа Залесова, изготовленная им из полимербетона еще в 2014-м, так и остается невостребованной. Ни родной Гурьевск, ни “столица металлургии Кузбасса” Новокузнецк не проявляют интереса к его творению. О попытке пристроить трехметрового Поликарпа Михайловича в нашем городе мы писали в ноябре 2014-го. Реакция на соблазнительное предложение (просит автор за труды всего ничего — сто тысяч рублей) оказалась ожидаемо отрицательной.
Возмущение же скульптора-самородка вызвала не столько близорукость гурьевских и новокузнецких властей, не понимающих своей выгоды, а то, что его родной Гурьевск, отвергший статую легендарного Залесова, с удовольствием принял памятник… Прянику. Гурьевский Пряник установили осенью прошлого года.
Ну-ка, ну-ка, что за Пряник такой? Ага, вот фото и информация: “Гурьевску тоже есть чем гордиться! Гурьевские пряники знают и любят далеко за пределами Кузбасса. Идея пришлась по вкусу и городским властям, и директору пищекомбината Олегу Макшову. Предприятие все расходы взяло на себя”, — не без гордости сообщает одно из местных изданий.
Вот и разгадка: у Пряника есть богатенький спонсор, у Залесова его нет. Почему в числе спонсоров образа “папы сталелитейного дела в Кузбассе” не оказалось металлургических предприятий, к руководству которых Михайлов также обращался, понять несложно. Оно им не надо.
Но прецедент любопытный, согласитесь. Обычно ведь как бывает с артобъектами: после того как идея овладеет инициаторами, те начинают решать два вопроса: где взять денег и кто согласится выполнить заказ “на высоком идейно-художественном уровне”, как говаривал незабвенный Остап Бендер. Иногда мобилизуют общественность, но чаще скульптор с эскизами будущего творения идет к спонсору и убеждает того раскошелиться и увековечить не только “произведение искусства”, но и себя, любимого. Ибо имя благодетеля тайной не останется. Находятся деньги — начинается кипение творческой мысли.
Так было, как можно догадаться, с вышеупомянутым гурьевским Пряником. И с недавно установленной парочкой Студентов у СибГИУ. И с той щербатой девушкой с непропорционально длинной шеей, которая с прошлого года сидит на лавочке и заглядывает в окно мэра Новокузнецка (обещали пристроить ее в более подходящее место, да, видно, все недосуг). Влюбленные в сквере Ермакова, которые часов не наблюдают, “тающие часы” в арт-сквере, увезенные на реставрацию и до сих пор не возвращенные, и так далее. Кто платит, тот и заказывает музыку, будь то безголовый пряник или котенок по имени Гав, поедающий вместе со щенком сосиски рядом с магазином КПК на проспекте Бардина. Монумент “Копейка”, единственный в своем роде, у главного офиса Кузнецкбизнесбанка. Петр Первый и Иосиф Сталин, в конце концов, в виде барельефов, установленных у проходной на вторую площадку НКАЗа по воле директора Виктора Терентьева еще в 90-х.
С монументами советского времени все в общем-то понятно — надо только за ними следить и по необходимости реставрировать. В этой связи нельзя не отметить работу ребят из “Соцгорода”.
Ну, а что касается сегодняшнего дня - кто работу скульптора оплачивает, тот его и “танцует”. Серьезные скульптурные композиции требуют серьезных капвложений: речь не о тысячах — о миллионах. На солидные монументальные сооружения, по идее, нужен если не государственный, то муниципальный заказ и придирчивый отбор исполнителей. Но когда для муниципалитета даже приклеивание облицовочной плитки на памятник Маяковскому превращается в неразрешимую проблему — о чем тут вообще можно говорить!
Тот же автор, будучи одержимым идеей увековечивания Поликарпа Залесова, на свои деньги мастерит статую и уже готовое произведение пытается пристроить. Михайлов рассказал нам по секрету, что на материалы — полимеры и арматуру — потратил 30 тысяч рублей, время изготовления составило три месяца. Готов скинуть стоимость со ста до восьмидесяти тысяч рублей. Но ведь и по такой цене не берут. Вот ведь незадача какая…
Не берусь оценивать уровень мастерства, с которым выполнена скульптура Поликарпа Залесова. Если судить по отзывам специалистов с именем, “художественного значения михайловский Залесов не имеет и интереса для городского ландшафта не представляет”. Возможно, так оно и есть. И место основателю металлургии все-таки не в Новокузнецке, а в Гурьевске или в Барнауле, где талантливый механик и изобретатель много работал. Но ведь его нет ни там, ни там, и никакого конкурса на создание “правильного” Залесова никто не объявляет.
Так же, как витающая в умах идея увековечивания в бронзе или хотя бы в полимербетоне памяти казаков — основателей Кузнецка — шансы на осуществление покуда имеет чисто виртуальные, даже учитывая близящееся 400-летие. Это же не пряник и не сосиска. Кому оно надо!
Не могу не сказать и об инициативе по возведению памятника М.И. Кутузову в начале улицы его имени, деньги на который новокузнечане начали собирать еще три с лишним года назад (наша газета тоже внесла в благое дело свою лепту). Процесс застыл на прежнем “мертвом” уровне. Подготавливая этот материал, я созвонился с инициатором возведения памятника великому полководцу председателем Новокузнецкого городского комитета ветеранов войны и военной службы Юрием Алябьевым и спросил, когда же мы, наконец, сможем лицезреть Михаила Илларионовича.
Юрий Павлович не без раздражения ответил, что скульптор Константин Зинич по-прежнему отказывается возвращать аванс с неустойкой и прочими определенными арбитражным судом платежами (в общей сложности более 213 тысяч рублей), истребуемой суммы как раз не хватает, чтобы рассчитаться с новокузнецким скульптором Евгением Потехиным, который согласился осуществить масштабный проект вместо Зинича. Продолжать сбор средств до возвращения денег Алябьев считает неуместным. При этом он с сарказмом заметил, что городская администрация продолжает-де сотрудничать с Константином Зиничем, несмотря на то, что тот за два года не удосужился вернуть собранные горожанами деньги.
Вот такие вот пряники…
Все авансовые расходы, оплаченные в иностранной валюте, в бухгалтерском и налоговом учете должны быть переведены в рубли по курсу Центрального Банка на момент составления отчета. И здесь важно знать и командированному, и организации, как авансовый отчет в иностранной валюте из-за курса рубля может повлиять на фактические расходы сторон. \\
\\