Заложники рейтинга

“Можно ли Вас клонировать, чтобы возместить кадровый голод на местах?” — спросили во время “прямой линии” Владимира Путина. “Ни в коем случае”, — категорически отверг это предложение президент.
Шутки шутками, но какое-то количество президентских клонов стране и ему самому все-таки не помешало бы. Помнится, в фильме “Крым. Путь на Родину” Владимир Путин сказал, что “занимался Крымом лично”. И не потому, что доверял одному себе, а чтобы у “вежливых людей” не возникало сомнений в легитимности исполняемых ими приказов. Честный и, как оказалось, верный расчет. Однако, убей, не пойму, почему президент должен теперь лично заниматься вопросами перерегистрации крымского автотранспорта или, скажем, заменой “электронной очереди” на “электронные билеты” при переправе грузовиков через Керченский пролив? С этими проблемами — раз уж их не в силах разрешить чиновники Минтранса и ГИБДД — мог бы успешно разобраться какой-нибудь клон №16. Но нет, первое лицо государства, услышав жалобы крымчан на “прямой линии”, делает пометки в своей записной книжке. Всё сам…
Возможно, Владимир Путин не хотел бы иметь дело с клонами, потому что единомышленники предпочтительнее. Однако единомышленники — народ не всегда надежный. Понятно недоумение президента, когда он слышит критику экономической стратегии России из уст Алексея Кудрина, который сыграл далеко не последнюю роль в разработке действующей поныне хозяйственной модели. Экс-вице-премьер, впрочем, считает, что модель, к внедрению которой он приложил руку, была правильная, но исполнена лишь на 25 процентов. И, выходит, за это дело он не ответчик…
Слушая “прямую линию” — вежливую пикировку былых соратников, многочисленные челобитные по адресу президента, плач женщины из Хакасии, взывающей о помощи погорельцам, невольно задумаешься о том, насколько условна у нас в России граница между понятиями персональная ответственность, патернализм государства или, бери круче, авторитарное правление. Забавно, но всегдашний обличитель авторитаризма Алексей Венедиктов настаивал во время “прямой линии”, чтобы президент внес от себя представление в столичную управу насчет переименования одной из улиц, ведущих к театру на Таганке, в улицу Владимира Высоцкого. Так-то оно будет вернее и скорее, уверен журналист.
Если даже такой приверженец либеральных ценностей, как главред “Эха Москвы”, считает необходимым привлекать президента к решению вопросов, находящихся в компетенции муниципальных чиновников и городской общественности, то чего уж говорить о гражданах, соцопросами которых формируются запредельные рейтинги Владимира Путина. Общественное мнение связывает власть в селе, городе, регионе, России преимущественно с одним человеком.
В иные исторические моменты в такой персонификации управления есть смысл и целесообразность. Пугает другое: если рейтинг по какой-либо причине сойдет на нет, не ухнет ли вслед за “несущей конструкцией” и все остальное?
На сайте проекта “Задать вопрос президенту Путину” еще 7 апреля появилось короткое обращение новокузнечанки Оксаны Рыжовой о проблемах с мостами в нашем городе — мол, надо что-то делать. Её поддержали сотни земляков. К сожалению, в отличие от предыдущих “прямых линий”, ни эта, ни какая-либо другая просьба кузбассовцев к Владимиру Владимировичу, в эфире не была озвучена. Очень большая страна, и очень много не построенных мостов. Телемост организовать все-таки проще.