Джек Керуак

Свою главную книгу “В дороге” (или “На дороге”, On the Road) Джек Керуак, родившийся 12 марта 1922 года, написал в 1957 году. Культовая книга поколения джаза, поэзии и психоактивных веществ была написана за три недели в виде почти непрерывного “сеанса” спонтанной (или, как иногда говорят, “автоматической”) прозы, подпитываемой лошадиной дозой бензедрина и кофе.

Свиток романа длиною в 36 метров, где каждый следующий лист крепился к предыдущему скотчем, так и был доставлен в издательство Viking Press. Керуак от лица своего алтер-эго Сэла Пэрэдайза описывал свои скитания по Америке, но не “в поисках Америки”, как это делали герои Стейнбека, а, скорее, себя самого.

Типично американская история. Однако написанная заново. К слову, на стиль Джека Керуака здорово повлиял джаз, точнее, только что изобретенная гением Чарли Паркера и других его разновидность бибоп (свободная, основанная на глубоких ассоциациях импровизация), а также получивший широкое распространение  среди тамошних интеллектуалов буддизм в его дзен-варианте особенно.

Увлечение дзеном отразилось в “Бродягах Дхармы”, которую называют продолжением “В дороге”. Увы, читая оба романа, удивляешься дозам алкоголя, которые поглощает “двойник” Джека Керуака (то бишь он сам). Это при том, что культовую книгу “В дороге”, ставшую моделью для нескольких поколений американцев, сравнивали с Библией и “Одиссеей” Гомера. Последнее, конечно, ближе к делу.

Между прочим, начало жизни Джека Керуака совсем не обещало такого продолжения. Звезда американского футбола в Лоуэлле (штат Флорида), что дало ему стипендию сначала в элитном Бостонском колледже, а затем в Колумбийском университете в Нью-Йорке. Там, в Нью-Йорке, он познакомился с будущими лидерами поколения битников Алленом Гинзбергом, Нилом Кэссиди, Уильямом Берроузом. Он спорил с тренером, а потом получил травму и бросил футбол, отправившись в торговый флот странствовать по миру. Забавно, что его призвали в военный, но в 1943 году списали на “психиатрическом основании”: он-де был “индифферентно настроен” к войне.

Как позже выяснится, он был индифферентно настроен к любому государственному устройству, подавляющему человека.