Человек “в ластах”

Накануне наш внимательный читатель и человек, глубоко переживающий за город, Николай Алексеевич Чеконин взглянул в окно и увидел на освещенном пятаке улицы Кирова человека в… шортах и ластах, мечущегося в ночной морозной мгле между бывшей “Нафаней” и магазинами на Левом берегу.

“Вот он, — говорит Николай Алексеевич, — новокузнецкий йети, а то устроили посмешище на всю Россию, этот… Валуев поехал искать, бред какой-то…”

На дворе, между прочим, было минус 17. А позавчера термометр у Дома быта показывал минус 24. В троллейбусе, куда резво вскочил мужичок с черной густой бородой и в тонких шортах, из-под которых торчали жилистые ноги, было не намного теплее.

Его видят уже года три в этом практически неизменном виде, который живо напомнил анекдот из жизни древних римлян.

В Риме в январе тоже холодно. Идя в сенат, некий важный господин увидел нищего, сидящего голым на мостовой.

“Ты не мерзнешь?” — спросил закутанный в тогу сенатор. “Скажи мне: мерзнет ли у тебя лицо?” — ответил вопросом нищий. “Нет”. — “Так вот у меня все тело — лицо”.

Древних римлян наш чернобородый “йети в ластах”, шокирующий граждан, напоминает мало. Да и не в ластах он, Николай Алексеевич, — на нем тапочки, не закрывающие пятки, которые поставлены на этакие “платформы”, привязанные к ноге резинками. Короче, оригинал…

Разговор с ним не заладился: он бурчал что-то про то, что у каждого своя вера, и не понимал (или делал вид, что не понимает) о чем с ним говорят.

Мне, уж простите, показалось, что молодому человеку хватает общественного внимания, он просто купается в нем — он так реализуется. Ну, что же, в каждой избушке свои погремушки.

Кончилось так и не начавшееся знакомство более чем прозаически: “человек в ластах” стал просить мелочь у пассажиров, извинившись, правда, что занят. Дал ему мелочь и я. Так что, Николай Алексеевич, ваше шутливое задание помочь “новокузнецкому йети” я даже немножко выполнил.

Любопытно, конечно, было бы познакомиться с этим человеком, но, очевидно, это ему не нужно. Вольному — воля.