“Конвой решил, что я умерла!”
Семьдесят лет назад, 22 июня 1941 года, началась Великая Отечественная война. Миллионы судеб были исковерканы, списки погибших и пропавших без вести пополняются до сих пор. Героиня сегодняшнего рассказа тоже числилась в этом скорбном списке, но бывают и на этом свете чудеса. О том, как ветерану войны, фронтовой разведчице Нине Павловне Коноваловой довелось прочитать собственную похоронку, рассказало письмо её родных.
“Моя сестра — любимая мама, бабушка, прабабушка, уважаемый человек, которому хочется подражать. Она учила меня в школе своему предмету — немецкому языку, к ней стыдно было прийти неподготовленной. Она учила и до сих пор учит жизни, непреходящим человеческим ценностям: любви, доброте, скромности, трудолюбию, благородству”, — так пишет новокузнечанка Н.П. Сычева о своей старшей сестре. С героиней письма, бывшей новокузнечанкой, а теперь жительницей села Большая Талда Прокопьевского района Ниной Павловной Коноваловой, удалось поговорить по телефону. Какая же у этого человека оказалась сложная и удивительная судьба…
В начале Великой Отечественной войны семья Нины, тогда носившей фамилию Сычёва, жила в Орловской области. Когда фашисты подошли к селу, то отец, работавший школьным учителем, и его старшая дочь 18‑летняя Нина ушли в партизаны. Спустя несколько месяцев Нина, оказавшись на советской территории, стала посещать курсы немецкого языка.
— Я хорошо училась на курсах, и после их окончания в апреле 1942 года меня направили в разведотряд 137-й стрелковой дивизии 2-го Белорусского фронта, — рассказывает Нина Павловна. — Нас, а это 15 молоденьких девчонок, раз в неделю переправляли в тыл врага, где мы должны были высматривать определенные объекты, подслушивать разговоры немецких офицеров и солдат и потом докладывать командованию обо всем увиденном и услышанном. Пять месяцев мне удавалось благополучно возвращаться в расположение наших войск. Но в августе 1942 года в селе Моховом Мценского района я попала в плен. Нам было строго-настрого приказано ничего не записывать, но я не могла никак запомнить название новой немецкой машины и попыталась записать. Увидели, схватили, допрашивали в городе Орле.
Нина была приговорена к повешению. К тому времени у оккупантов уже в обычай вошли казни в Красинском лесу близ Орла, куда приговорённым надо было идти самим. Нина была такая слабая, что еле передвигалась. В какой-то момент она потеряла сознание и просто упала на дорогу. Сквозь окружавшую тьму услышала вокруг себя какие-то крики, ругань, выстрелы и отчетливо прозвучавшее слово “капут”. “Вы представляете, конвой решил, что я умерла! — говорит Нина Павловна и спустя столько лет не может сдержать волнение. — Когда очнулась, оказалось, я одна в лесу и живая. Пошла на звуки железной дороги, вышла на какую-то станцию и там попала в облаву: сгоняли молодежь для отправки в Германию. Мигом меня втолкнули в вагон. Помню, что сильно плакала, и все думали, что я, как и остальные, плачу от того, что меня увозят, а я плакала от счастья, что жива осталась”.
В Германии Нину отправили на кирпичный завод в городе Кассель. Там она стала членом подпольной организации под руководством известного деятеля Сопротивления Тайлакова, была у него связной. Когда стало совсем невмоготу, попыталась бежать, но поймали, отправили на работу на ферму. На родину смогла вернуться только после Победы. В письме в редакцию её сестра пишет: “Всю войну наша семья считала Ниночку погибшей. Отцу выдали справку из сельсовета, что его дочь была схвачена в плен и казнена. Но после войны пришло письмо от её друга, с которым они были в фашистском лагере, и мы узнали, что Ниночка жива. Просто нет слов, чтобы передать нашу радость и ликование”. То извещение до сих пор хранится в семье. “Помню, как я впервые взяла в руки эту бумагу. Странное и страшное ощущение”, — вспоминает Н.П. Коновалова, которой довелось прочитать собственную похоронку.
Потом жизнь как будто наверстывала годы войны и разрухи. Нина вышла замуж за деревенского парня Николая Коновалова. Оба закончили педагогический институт, она стала географом, а он литератором. А потом семья молодых педагогов с детьми (а всего у Коноваловых родилось пятеро детей!) поехала в Новосибирскую область. Тут Нина сразу стала директором школы, а муж секретарем парторганизации. Помимо географии пришлось преподавать немецкий язык, который за годы пребывания в Германии выучила в совершенстве. Когда подросли дети, из Новосибирской области семья перебралась в Новокузнецк, где Нина Павловна работала в 30-й, потом в 27-й школе учителем немецкого, а на пенсию отважная разведчица и замечательный педагог ушла уже в селе Большая Талда Прокопьевского района в 1988 году. Из пятерых детей двое, кстати, тоже стали учителями! Такая вот семейная династия Коноваловых-Сычевых получилась, ведь младшая сестра Надежда, автор письма в редакцию, тоже всю жизнь проработала учителем русского языка и литературы. И о своей сестре она готова рассказывать часами:
— Сестричка, родная! Как я благодарна тебе за то, что ты научила меня работать и жить. Научила быть целеустремлённой, стойкой, непоколебимой, настойчивой.
Письмо она закончила такими словами:”Дай-то бог, чтобы каждый человек сделал для своего Отечества, для людей, для своих родных столько доброго, нужного, как ты!”
