Велосипедное путешествие по Западной Европе
(Продолжение. Начало в № 37 и 39)
На крутом спуске к поселку Зелл я опять упал без всяких оснований и ободрался еще сильней. Что-то со мной неладно. Я за всю жизнь падал раза два, а тут два дня подряд. Не исключаю, что это происки местных злых колдуний, которых недоистребила инквизиция.
Приехали на шикарное озеро Вайнбензее. Саша со Стандой опять купаются, а я весь забинтованный. На Сашиной белой груди обнаружился раздувшийся клещ. Клеща сняли, провели экспресс-анализ методом визуального осмотра клеща. Клещ здоров.
А мы едем, как сказал нам Витя Якоб, в самое посещаемое место в Германии — замок Хохеншвангау. Замок находится, как и полагается, на высоченной горе. Поднимаемся. Туристов действительно тьма. Многих везут вверх кони, запряженные в кареты. Поэтому на дороге очень много оставленных конями препятствий, в которые сложно не вляпаться. Часто слышна русская речь. У нас со Стандой общее психическое заболевание — мы плохо переносим большие скопления народа. Поэтому недолго полюбовавшись и сделав контрольные снимки, скатываемся вниз. А там еще один замок — Алтершрофен — ждет нашего с Сашей посещения.
Станда ложится на широкую каменную стену рядом с велосипедами и никуда не идет. Красоты местные он даже не снимает. Пейзажи он не снимает принципиально, обзывая их “календарями”. А снимает он в основном наши рожи в тяжелые моменты, когда мы с соплями или с напряженными гримасами. А сейчас ему уже надо поскорей ехать, потому что он злостный холерик. Вообще поразительно, как с такими габаритами можно быть холериком. Все его движения быстры и часто беспорядочны. А вот решения его еще более быстры, но всегда очень ответственны. Я сам стопроцентный холерик, но такой темп движений и решений, такая непоседливость даже меня удивляют. А сейчас ему ради нас приходится терпеть и ждать. Но ради дружбы этот нерусский человек готов и не на такие жертвы.
В десять тридцать мы в Инсбруке. Хотя окружающие горы в тумане и никаких красот, Инсбрук нам очень пришелся по душе. Катаемся и бродим по городу. Я бы, пожалуй, остался здесь жить. Бывает, чувствуешь: вот это место по мне. Много велосипедистов и бегунов, народ приветливый и жизнерадостный. Много восточных людей — турок, арабов. Находят же люди, где лучше.
Наша двухкилометровка Германии свою работу выполнила, надо приобретать карту Австрии. Заходим в книжный магазин, а там есть все. Чуть не все страны мира во всех масштабах. Я это все скупил бы, жаль, денег не хватило. Ограничился двухкилометровкой Австрии за 10 евро.
Выезжаем из Инсбрука и катим вниз по долине Инна. Все время вниз, скорость приличная. Хорошо идем. Запахи вокруг очень приятные, но небо затянуто, горы в тумане. День несъемочный.
Остановились у супермаркета. В киоске турки продают кебабы. Задержались, съели — не пожалели. Впервые настоящие, большие, сочные, завернутые в тонкий лаваш, почти как в Крыму.
Поднимаемся до городка Зелл ам Зиллер, и от него начинается восьмикилометровый серпантин на перевал вверх по реке Герлосбах. Виды потрясающие. После шестнадцати часов стало жарко, небо очистилось. И мы голые по пояс упираемся под удивленными взглядами австрияков.
В Европе почему-то не принято ездить с обнаженным торсом. В любую жару все ездят во всем пластиковом. Черт их разберет, этих европейцев, то они без комплексов, то закомплексованы на каком-то пункте.
…Всю ночь шел дождь. На этот раз разбудили не птицы, а коровы. Мы поставили палатку там, где они пасутся. Они любопытные, совсем непугливые, лезут башкой в палатку, велосипеды облизывают. На крики, махания и пинки не реагируют. Тогда Саша решил подоить коровку, рацион наш улучшить. Только схватил за сиську молочко добывать, корова галопом понеслась. Так по очереди всех и спровадил. Молока ни капли.
Вчера в Санкт-Йоханн одна женщина настойчиво не советовала нам ехать на Schladming, якобы туда нет велодорожки, а все велотуристы едут в Зальцбург, в гости к Моцарту. Но нам гораздо интереснее горы, чем даже такой город, как Зальцбург. Вопрос: увидим ли мы что-нибудь в горах при такой погоде?
Станда мчится первым, успевая смотреть карту, следить за указателями и поддерживать высокую скорость. Это поразительно, как быстро и точно он ориентируется, предвидя всякие неожиданности. Очень редко он промахивается, но быстро соображает, что совершил ошибку и исправляет ее. Не человек, а GPS.
За три-четыре цикла педалирования он отрывается от нас метров на двести, и за минуту привозит нам километр. Он реально может ехать наравне с группами гонщиков. И нам с Сашей, чтобы совсем от него не отстать, приходится выкладываться до предела.
Остановились посушить подмоченное вчера тряпье. Развешали все на ограждении футбольного поля. В каждом поселочке здесь идеальные футбольные поля, во многих дворах стоят батуты, на детских площадках построены маленькие скалодромчики для маленьких австрийчиков. Все для здоровья нации. Специально для велосипедистов построено множество мостов через бурные реки. На перилах мостов часто стоят горшки с цветами. Кто за всем этим ухаживает?
В одном из городков набрали в супермаркете свой стандартный набор продуктов, вышли и, по сложившейся традиции, уселись прямо на асфальт перекусить. Рядом остановилась машина, в машине дедулька и бабулька. Бабулька пошла в магазин, а старичок остался за рулем и сидел смотрел, как мы набиваем животы. Бабулька его вернулась, когда мы заканчивали трапезу, и Станда обратился к ней с каким-то вопросом. Они поболтали, любезно попрощались, и мы двинули своим путем. На ближайшем светофоре мы остановились на красный свет. Слышим, сзади дверца хлопнула и раздался топот ног. Эта бабулька подбежала к Станде и сует ему 20 евро. Станда кричит: “Ноу, найн, ноу”. Кое-как отбились.
Станда нам и говорит: “А что вы думаете? Нас все время за бомжей и принимают. Еще когда с велосипедами, то как-то понятно, но все равно диковато мы выглядим по сравнению с нейлоновыми гонщиками, а уж без велосипедов так точно бродяги, маргинальные личности”.
Город Мариязелл знаменит тем, что очень давно, лет с тысячу назад, жителям города явилась Дева Мария. И в 1153 году в честь этого события был основан храм. Туристов там великое множество. Мы бросаем велосипеды без присмотра у какой-то стенки и отправляемся бродить по городку. Посидели в вышеупомянутом храме, послушали орган, помолились, наполнились благодатью святого католического духа и пошли дальше искать, не продается ли где-нибудь какая-нибудь турецкая или китайская еда для бренной плоти. Ничего не нашли и уныло поплелись в супермаркет покупать свою сухомятку.
Кончились высокие горы, но не кончились нудные затяжные подъемы, здесь они даже неприятнее, чем в горах. Пейзажи похожи на наши родные, на обочинах бутылки и сигаретные пачки. Это другая область Австрии, и дома здесь совсем не такие нарядные, как в Тироле.
В одном из городков на улице растут ряды черешни. Нашим организмам остро не хватает витаминов, поэтому мы не заботимся о приличиях, лезем на деревья и объедаемся.
(Продолжение следует.)