“Человек, я страшусь огня…”

Позвонил старый знакомый — откликнулся на эту рубрику. “Хорошо, что ты ее возобновил, — похвалил, — только вот эти французы, которых ты даёшь, как-то не очень читаются, сложные они какие-то…”. “Возможно, — возразил я, — хотя я и стараюсь выбирать у них что попонятнее. Но это очень известные, с европейской славой поэты. И мне кажется, что нашим читателям интересно с ними познакомиться… Вчитываться надо внимательней — и стихи станут понятными…” — “Что ж, наверное, ты прав, попробую вчитаться”, — пообещал знакомый.

И особенно серьезное усилие ему придется делать, постигая стихи последнего из великолепной французской четверки — Рене Шара. Сложность, “зашифрованность” его лирики отмечают критики и даже почитатели его творчества. Но в тайне его строк кроется и особая прелесть. К тому же в поэзии не все тайное должно становиться явным, иначе зачем она вообще нужна, эта поэзия. Достаточно будет частушек.

          Двойник

Зверь,

Острым камнем срежь

Густые мои меха.

Человек,

Я коснуться не смею

Камней, что тебе сродни.

Зверь,

Царапай когтями:

Из жесткой коры моя плоть.

Человек,

Я страшусь огня

Повсюду, где ты пребываешь.

Зверь,

Говоришь ты,

Как человек;

Но утешься:

Не истощить мне твоей нищеты.

          Поцелуй

Густая тягучесть, тягучий удар;

Людская тягучесть, тягучий напор;

Слепая тягучесть, верни свой огонь;

Святая тягучесть, взойди из любви:

Сова возвращается.