Травматический синдром
На днях в Кузнецком районе была задержана гражданка, находящаяся в розыске уже три года. Кроме героина в оптово-товарном, так сказать, количестве при обыске на квартире, где она жила, были изъяты охотничий карабин, бесствольный пистолет и газовый ТТ, переделанный под стрельбу боевыми. Этот случай лишний раз доказывает, что “травматика” становится дежурным аксессуаром, дополняющим криминальную “хронь”.
Есть повод поговорить об “игрушечном арсенале”, тем более что 1 июля исполняется тринадцать лет, как вступил в силу действующий ныне в России Закон об оружии. Ему предшествовал президентский указ 1992 года и другие акты, вводившие в гражданский обиход газовое, газово-травматическое и чисто травматическое оружие. То был в некотором роде компромисс между известными воззрениями насчет права свободного человека защищать свою жизнь и собственность с помощью огнестрельного оружия и, с другой стороны, опасениями, что “хотим, как лучше, а выйдет, как всегда”. С тех пор бесствольные и газовые пистолеты сосредоточили в себе “огневую мощь” граждан (если не брать в расчет оружие для спорта, охоты и служебных надобностей). И с того же момента тема “травматики” регулярно дискутируется в обществе, заостряясь, так или иначе, на вопросе: а не пора ли начинать разоружение?
Повод для дебатов подают многочисленные случаи неправомерного использования оружия гражданской самообороны, а также применения его в качестве средства криминального нападения. Стреляют как владельцы “травматики”, так и преступники, к которым она попадает в руки незаконным путем. Вот несколько совсем свежих эпизодов такого рода. В Томске ранили журналиста выстрелами из проезжающей автомашины, в Кемерове грабитель напал на двух студентов, угрожая им травматическим пистолетом, во Владивостоке некто открыл стрельбу по окнам автобуса…
А что в Новокузнецке, где на регистрационном учете значатся 6256 единиц газово-травматического оружия? Руководитель отдела организации лицензионно-разрешительной работы УВД Новокузнецка Виталий Ефименко говорит, что в нашем городе ситуация далеко не так остра, как во многих других крупных городах, но список ЧП с “травматикой”, увы, тоже пополняется. И только в одном из четырех эпизодов, произошедших в конце минувшего и в первой половине этого года, применение такого оружия было признано правомерным. Это когда пьяный, перепутав адреса, вломился в чужое жилье и устроил потасовку, в результате которой едва не лишился глаза (хозяин квартиры, предусмотрительно доставший травматический пистолет из сейфа, был, однако, лишен возможности стрелять прицельно, а целить в голову из “травматики” нельзя). Куда более трагичная история произошла 21 ноября 2009 года возле торгового центра “Ника”. Мужчина ранил приятеля, застрелил свою жену и сам свел счеты с жизнью. И сделал это из газового пистолета, переделанного под стрельбу боевыми патронами. Случай, безусловно, из ряда вон, но в определенной степени и закономерный.
Комментируя его, Виталий Ефименко отметил, что переделка оружия (а это само по себе влечет уголовную ответственность по ст. 222, 223 УКРФ — до четырех лет лишения свободы), попадание его в руки людей с неустойчивой психикой и кражи “травматики” в преступных целях — издержки легального оборота гражданского оружия. Сегодня всякий россиянин, достигший 18-летнего возраста, не судимый за насильственные преступления умышленного характера, может совершенно на законном основании владеть газовым и бесствольным оружием, приобретя лицензию по предъявлении медицинского заключения об отсутствии противопоказаний (по зрению, психическому заболеванию, подверженности алкоголизму и наркомании) и пройдя инструктаж с зачетами. И только.
Виталий Ефименко полагает, что статья 13 Закона об оружии, регламентирующая право на приобретение “гражданского арсенала” (между прочим, до пяти единиц), требует более жесткой редакции. Кроме того, необходимо повысить ответственность владельцев за сохранность оружия. Сегодня они могут быть подвергнуты лишь штрафу в 500 рублей за его утрату, порой мнимую. “Но важно, чтобы поправки не выхолостили само законное право граждан на самооборону”, — добавляет он.
Право на владение газовым и травматическим оружием — своеобразная проверка на гражданскую ответственность населения. Выдерживаем ли мы ее? Лично меня смущает одно обстоятельство: по закону человек, применивший такое оружие, обязан в 24 часа поставить милицию в известность о случившемся — независимо от исхода произошедшего и мнения самого стрелявшего о правомерности своих действий. По словам Виталия Ефименко, этого никогда не происходит. Можно ли судить по означенному факту о законопослушности новокузнечан, судите сами.