Хранители

Каменное наследие

“Зайдем в геологический музей!” —  так назвал свои заметки ветеран-геологоразведчик Юрий Назарович Бастаногов. Но начал их с вопроса:

“А разве в нашем городе есть такой музей? Юридически его нет, а фактически есть, только  именуется он выставочным залом Территориального фонда геологии и располагается на проспекте Пионерском, 18.

Организован был музей в 1954 году при Западно-Сибирском геологическом управлении. В 80-е годы прошлого века власти планировали передать собранные коллекции городу, установить рутинный музейный распорядок — музей так музей! И пришлось геологам отказаться от такой формы организации работы. Вывеска “Геологический музей” была снята. Но рухнул СССР, пришел дикий капитализм, а выставочные залы уцелели. Их персонал по-прежнему хранит каменное наследие, собранное многими поколениями геологов. Как и прежде, доступ к коллекциям бесплатен и свободен.

Посетители могут увидеть две огромные рельефные карты Кемеровской области и Горного Алтая. Это поистине рукотворное чудо, плод кропотливого труда целого отряда умельцев во главе с первым руководителем выставочных залов В.О. Болдыревым. И сегодня многое могут показать и рассказать сотрудники — бессменный энтузиаст ведущий геолог и ученый-палеонтолог Ю.С. Надлер, начальник отдела первичной геологической информации Л.Д. Карицкая, ведущий инженер-геолог М.Ф. Габова, опытнейший экскурсовод и мастерица на все руки А.Е. Караванова, создатель удивительных каменных композиций Н.Ф. Татаревский.

Визитная карточка выставочных залов известна, наверное, на весь город. К стене здания снаружи прикреплена плита самородной меди около трех тонн весом из месторождения горы Кайбын в Горной Шории. Это самый крупный самородок меди на весь бывший Советский Союз. Не меньше чудес и внутри здания”.

Парад минералов

А правда, что внутри? Открываем путеводитель по минералогическому выставочному залу, изданный совсем недавно, в прошлом году. Его автор Юрий Сергеевич Надлер не мог провести экскурсию лично — он сейчас болеет, желаем ему скорейшего выздоровления. Но свой путь мы начинаем с поэзии — четверостишия М. Кирюшина, которым Юрий Сергеевич открыл рассказ о выставленных коллекциях:

Таинственно вещей начало…

Так в пересыщенном растворе,

Возникнув вдруг, растут кристаллы,

Упрямо из-за места споря.

Таинственные трехмерные фигуры, они могут жить, не меняясь, практически вечно. В витрине полевых шпатов есть крупные кристаллы беломорита — “лунного камня” с серебристыми проблесками. Точно известно, что они образовались 1 миллиард 600 миллионов лет тому назад. И до сих пор сияют, будто новенькие.

На пьедестале почета — так называемые штуфы. В этой живописной группе обращает на себя внимание крупная блестящая пластина — идеальный шестигранник кристалла слюды. Рядом друзы горного хрусталя, а венцом служит так называемая “горка” — собрание кристаллических богатств земных недр, над созданием которой хорошо поработала Анна Емельяновна Караванова.

А что там краснеет на самой вершине “горки”? Это синтетический рубин. Есть в коллекции и натуральные рубины. Но, как говорят геологи, за прославленными названиями (рубин, аметист, изумруд, гранат) в витринах стоят рядовые образцы, которые точно соответствуют “паспорту” кристаллов данного минерала, но с цветом, размером, прозрачностью им явно не повезло. Чего нет, того нет — настоящих драгоценностей здесь не водится. Сказочное богатство составляет совсем другое — природная странность и красота.

Белая стрекоза любви…

Особое место занимают древние окаменелости. Среди них уникальный экспонат — реконструированное Ю.С. Надлером из трех десятков обрывков стеблей полуводное растение орестовия. Из остатков подобных растений, пионеров освоения суши, у нас в Кузбассе сохранился пласт угля 3-метровой мощности. Таких мест больше в мире не обнаружено, а у нас в 1934 — 1935 годах работала единственная на земле шахта, добывавшая девонский уголь.

Но есть и рукотворная современная красота. Бабочка из терсинских агатов работы мастера-камнереза Николая Федоровича Татаревского вот-вот взлетит. Ящерица из гагата, “черного янтаря”, изогнулась на камне.

Бабу-ягу нынешние дети, воспитанные на Чипе и Дейле, уже не узнают. А зря — вон какая красавица. В ступе из окаменелого дерева, кофте из орской яшмы, головной повязке из нефрита. Особой тщательности потребовала от мастера, Павла Юрьевича Миртова, обработка глаз. Радужка сделана из кахалонка, а зрачки — из обсидиана. Роскошный дар выставочному залу!

Пока мы знакомимся с каменной коллекцией, а в ней около 100 тысяч экспонатов, жизнь вокруг продолжается. Сегодня первый выход “в люди” молодой сотрудницы инженера Ольги Берляковой. Она читает лекцию об экологической ситуации в Новокузнецке студентам четвертого курса КузГТУ. Потом будет экскурсия, и — красота, созерцание камней, которое, как говорят геологи, лечит и успокаивает душу.