Что такое хорошо и что такое плохо
У России одиннадцать часовых поясов, но то и дело возникает острая нехватка времени. Когда Дмитрий Медведев сказал, что страна сильно рискует опоздать с модернизацией, вспомнилось, что когда-то нам не хватило одной-двух пятилеток, чтобы догнать и перегнать Америку. Бог с ней, Америкой, она далеко и не умеет играть в футбол, но совсем недавно нам не хватило пяти-десяти минут, чтобы отобрать у братьев-славян путевку на чемпионат мира в ЮАР. Откуда этот хронический цейтнот? Давайте разбираться, что мы делаем не так.
В среду Совет Федерации утвердил госбюджет, принятый Госдумой в конце прошлой недели. И это хорошо — стране случалось начинать новый финансовый год и без него. И тогда все шло наперекосяк. Однако госбюджет на 2010 год — дефицитный, и это плохо. Зато он социальный, говорит правящая партия, и это очень хорошо.
Но оппозиционные партии, которые солидарно голосовали против, утверждают, что новый бюджет идеально подходит для “страны-лежебоки”, ждущей экономического роста в виде “ветра с Востока” или успехов американской ипотеки. Наш госбюджет не инвестирует в собственную экономику, и это очень плохо.
Правящая партия негодует по поводу этих инсинуаций и доказывает, что инвестиции нельзя распылять. Деньги будут концентрировано вложены в точки роста. И это очень хорошо, учитывая кризис.
Но тут президент сам обнаруживает несколько точек такого роста и говорит, что это не есть хорошо. Речь, к примеру, идет о 40-километровом шоссе в черте Петербурга, в строительство которого предполагается вложить два с лишним миллиарда долларов. Даже в Америке — а там, по слухам, куда лопату ни воткни, наткнешься на иск о компенсации — такие дороги обходятся раз в десять дешевле. Дмитрий Медведев полагает, что при таком отечественном прейскуранте можно укатать всю страну, а бездорожье останется. Ему через Интернет отвечают: что делать, раньше был дорог овес, а нынче откаты.
Мне припоминается, как прошлым летом была отремонтирована и местами даже заново спланирована гравийная дорога, ведущая из Мундыбаша в дачный поселок Подкатунь. И всего-то — полтора десятка миллионов рублей за цельные десять верст. Правда, уже осенью по обочине пошли трещины шириной в автомобильную шину. Не исключено, что по весне дорога сползет под откос вместе со снегом. Но, согласитесь, провинциальная коррупция, которая от слова “рупь”, обходится на несколько порядков дешевле. И это хорошо.
Плохо только, что о воровстве, об отсутствии реальной политической конкуренции, о дискредитации института выборов у нас, в том числе в послании президента, говорится лишь как о вещах, которые мешают технологической модернизации страны. Ну а будь у нас с хай-теком и вай-фаем все тип-топ, неужто комфортно было бы жить в дерьме?
Хорошо бы задать этот вопрос не только власти, но и себе. А то ведь самой популярной стала точка зрения наблюдателя. Хорошая позиция — глядеть удобно, вмешиваться — ни-ни. Только “комменты” на сайтах. Кстати, о дорогах в последнее время заговорили не из-за коррупции. Исключительно из-за неудачного транспортного налога. Безмятежная дорожная проза. Все у нас путем, кроме автомобильных путей сообщения. А кузбассовцы и вовсе могут уже сейчас рапортовать об исполнении самого конкретного задания президента — насчет перевода стрелок.
Вот интересно, вспоминал ли Дмитрий Медведев, сидя на трибуне в словенском Мариборе, о своей идее синхронизации управления Россией? И о том, что присутствие руководства в точке судьбоносного события еще не гарантирует его успешного исхода. Конечно, плохо, что проиграли. Но ведь жизнь — это не результат, а процесс. И это хорошо.