Анатолий Смолянинов. Уйти, чтобы остаться
Как мы уже сообщали, наш коллега заместитель главного редактора Михаил Гревнёв написал книгу “Анатолий Смолянинов. Уйти, чтобы остаться”. Она издана, прошла ее презентация. И сегодня мы публикуем в родной газете автора главу из этого произведения “Антикризисный управляющий”. Это ключевая глава книги, а изложенные в ней события — начало вывода из кризиса Запсиба — одна из ключевых глав жизни Анатолия Смолянинова. Руководителя, благотворителя, мецената — личности, оставившей яркий след в истории Кузбасса, в сердцах людей.
Антикризисный управляющий
Переход Смолянинова из угольной сферы в металлургическую получился таким плавным и естественным, что широкая общественность сочла его само собой разумеющимся. Дескать, занимался человек одним большим делом, теперь ему доверили другое, еще более крупное.
Но знатоки карьерных выдвижений назначение Смолянинова фактически руководителем Запсиба восприняли по-иному: зачем, мол, успешному бизнесмену-угольщику эта головная боль… Что-то тут не так…
А среди сведущих и заинтересованных была группа людей — кредиторов Запсиба, прежде всего московских, которые назначение Смолянинова восприняли особо нервно, решив, что власть прислала на комбинат комиссара, чтобы не в их пользу распорядиться собственностью, которую они почему-то считали уже без пяти минут своей.
Но прежде чем рассказать о вкладе Смолянинова в историю Запсиба, вспомним о том, что представлял из себя гигант индустрии в конце лета 1998 года.
Где-то с середины 90-х годов прошлого столетия Запсиб на всех парах несся к своему банкротству. Сам Смолянинов был уверен, что первопричины этого процесса нужно искать в глобальном социально-экономическом сдвиге конца восьмидесятых — начала девяностых годов прошлого столетия. “Перестройка, первая модель хозрасчета, вторая модель хозрасчета, самоуправление и выборы руководителей трудовыми коллективами, госприемка, приватизация, первый передел собственности, второй, “павловская” денежная реформа, “черный вторник”, “валютный коридор”, шахтерские забастовки и “рельсовые войны” — что только не пережили наши предприятия за эти годы бесконечных экспериментов”, — писал Смолянинов в одной из своих газетных публикаций.
Мир стремительно менялся, а комбинат никак не мог освободиться от старых социалистических привычек. Долги сначала банкам, а затем и другим структурам — таможенному комитету, Пенсионному фонду, бюджетам всех уровней, железнодорожникам, энергетикам, и так далее — росли как снежный ком, в результате достигнув астрономической суммы в пять с лишним миллиардов рублей.
История с займами и неминуемым банкротством все больше трансформировалась в детективный сюжет с элементами криминального чтива. Здесь были и взаимные упреки в некомпетентности, стяжательстве и даже преступном умысле. Было и решение арбитражного суда об аресте счетов комбината и запрете ему торговать продукцией без контроля одного из банков. В качестве ложной кульминации фигурировало обвинение руководства Запсиба в продаже металла по заниженным ценам и переводе экспортной разницы на счета их собственных зарубежных фирм.
Весной 1997 года прокуратурой Кемеровской области было возбуждено уголовное дело против комбината по факту, который не был обнародован. В июле было возбуждено еще одно уголовное дело, но на сей раз по факту известному — потере той самой части валютной выручки, которую якобы прикарманили некоторые руководители Запсиба.
Ну а подлинной кульминацией всей этой истории было, разумеется, решение областного арбитражного суда от 24 июня 1997 года о введении на Запсибе процедуры внешнего управления и назначении внешним управляющим представителя “Кузбасспромбанка” Андрея Воронина.
Внешнее управление — это такая развилка. Только в отличие от известной сказки в ней не три, а две дороги. Направо пойдешь: то есть наладишь производство, привлечешь хороших инвесторов и в результате рассчитаешься с долгами — все, предприятие ожидает безбедная жизнь и светлое будущее. Налево пойдешь: не сможешь сделать ничего из вышеперечисленного — и ждут тебя распродажа с молотка и очень печальные перспективы.
Андрей Воронин фактически так и остался стоять у развилки. Конечно, он предпринимал определенные усилия. Но в целом и специалистами, и представителями власти деятельность молодого внешнего управляющего была оценена как вялая, неадекватная тем проблемам, в которых погряз комбинат. Недоволен работой Андрея Воронина был и только что вернувшийся к управлению Кузбассом Аман Тулеев. Губернатор считал, что из тяжелейшего кризиса Запсиб может выйти только в том случае, если здесь значительно увеличится производство продукции. А для этого нужен серьезный инвестор.
Андрей Воронин продержался у руля комбината всего три месяца. В сентябре 1997 года арбитражный суд назначил на должность внешнего управляющего Запсибом представителя “Альфа-групп” Бориса Кабака.
Благодаря финансовым вливаниям этой мощной структуры несколько оживилась текущая работа комбината. Но время шло, а заметных изменений на предприятии не происходило. Серьезные ремонты практически не велись. Новый внешний управляющий очень скупо платил налоги и рассчитывался с поставщиками сырья и услуг. И вот уже многие кредиторы стали обвинять Бориса Кабака в том, что он работает исключительно в интересах “Альфа-групп”, цель которой — подвести Запсиб под конкурсное производство (распродажу) и прибрать его к рукам.
После одиннадцати месяцев правления Борис Кабак был отстранен от должности собранием кредиторов Запсиба. Через несколько дней — 14 августа 1998 года — областной арбитражный суд это решение утвердил и назначил новым — третьим за год с небольшим — внешним управляющим комбинатом представителя “Кузбасспромбанка” Игоря Фролова.
Людям несведущим эта “рокировка” казалась чуть ли не абсурдной. Зачем доверять руль фактически прежней команде “Кузбасспромбанка” (Воронин и Фролов просто поменялись ступеньками на должностной лестнице), если она уже пыталась управлять больным гигантом индустрии, но надежд не оправдала?
Все встало на свои места после того как выяснилось, что реально управляют Запсибом не Игорь Фролов и его команда, а Анатолий Смолянинов и возглавляемая им Сибирская горная компания, учрежденная администрациями Кузбасса и города Новокузнецка.
* * *
Сейчас невозможно определить, кому первому в голову пришла идея создать управляющую Запсибом компанию. Да и вряд ли был человек, который подобно Архимеду воскликнул “Эврика!” — “Я нашел!” Скорее всего, идея эта — плод совместной интеллектуальной работы нескольких человек. И одним из инициаторов этого мозгового штурма и, как рассказывают, самым активным его участником был Анатолий Смолянинов. В эту группу “нескольких” входили также президент группы предприятий “Евроазиатские металлы”, впоследствии переименованной в “ЕвразХолдинг”, Александр Абрамов и, разумеется, представители местной власти. Понятно, что последнее слово при создании горной компании принадлежало губернатору Аману Тулееву.
Суть и смысл идеологии управляющей компании, которые в конечном итоге и “подкупили” губернатора, состояли в следующем. Она должна была действовать строго в интересах самого Запсиба, всех — а не отдельных — кредиторов, а значит, в интересах Новокузнецка и Кузбасса. Казалось, все просто и правильно. Но так это выглядит с расстояния десяти лет, а тогда, в годы переделов, захватов и наездов, в ситуации, когда Запсиб был окружен группами и бригадами тянущих на себя одеяло, — тогда подобная идеология выглядела чуть ли не откровением.
Итак, обе команды — Игоря Фролова и Анатолия Смолянинова — зашли на Запсиб практически одновременно. Существовала предварительная договоренность о согласованных действиях, о том, что будет не очень продолжительный переходный период сотрудничества, после которого Фролов все же уступит дорогу Смолянинову. Но из договоренностей ничего не вышло. И вместо сотрудничества разразился конфликт.
Если сравнивать его с перетягиванием каната, то сила изначально была на стороне Смолянинова и его команды. Хотя порой ситуация напоминала ту, что описана в бессмертной басне Ивана Крылова “Лебедь, рак и щука”. Фролов с коллегами пытались выстроить “свои” схемы сбыта металла, в том числе на экспорт, и найти “свои” каналы поставок на предприятие необходимых сырья и материалов, пытались они влиять и на его финансовые потоки. Но их желания были далеки от их возможностей.
Рычаги управления комбинатом находились в руках Смолянинова и его коллег. Этого удалось добиться еще и потому, что горную компанию и ее руководителя однозначно поддержали производственники во главе с генеральным директором комбината Рафиком Айзатуловым и директором по производству Александром Лавриком. Анатолий умел устанавливать контакты и ладить с людьми, с уважением относился к опытным запсибовским спецам.
Реальная власть Смолянинова и управляющей компании была главным условием инвесторов и банкиров — без этого они не рискнули бы вкладывать деньги в Запсиб. А основным, можно сказать, генеральным инвестором комбината стал, как нетрудно догадаться, “Евраз”. Гигантом экономики эта компания станет спустя несколько лет, но уже тогда это была довольно мощная, динамично развивающаяся структура, располагающая немалыми деньгами и хорошими связями в деловом мире. Что немаловажно, к этому времени Смолянинов с Абрамовым были знакомы уже года два, успели подружиться, и это облегчало и их личное деловое общение, и контакты их специалистов.
Конечно, Смолянинов уже к началу своей запсибовской карьеры сам по себе был немалой силой: за ним стояли набиравшие ход шахтоуправление “Антоновское”, “Кузнецкуглесбыт”, “Сибуглемет”, его поддерживали городская и областная администрации и лично губернатор Тулеев. И все же этой его, Смолянинова, силы было недостаточно для полноценной работы на Запсибе без поддержки больших денег.
Для “Евраза” Запсиб был достаточно рискованным проектом, по крайней мере до августа 1998 года, пока шли переговоры и принималось решение о совместной работе с кузбасской командой. Можно не сомневаться, что были договоренности, которые смягчали риски, но, с другой стороны, грохнуться ведь можно было так, что никакая соломка не помогла бы. Тем не менее евразовцы решили с Запсибом работать. Возможно, помимо прочего, свою роль тут сыграла интуиция Александра Абрамова, без которой, как известно, таких высот в бизнесе не достигают.
В августе грянул дефолт, обрушивший рубль и доведший страну до полуобморочного состояния. Впрочем, не всю страну: предприятиям, экспортирующим значительную часть своей продукции, в том числе Запсибу, слабость рубля и, наоборот, усиление доллара, оказались выгодными. То есть ситуация для “Евраза” существенным образом поменялась. Он шел на предприятие с тьмой проблем и слабыми проблесками надежды, а пришел в то время, когда эти проблески стали лучиками.
До сих пор еще нет-нет да всплывает мнение, что, мол, Смолянинову, Абрамову, Айзатулову и всем другим, кто занимался оздоровлением Запсиба, просто повезло, что в их успехах “повинен” исключительно дефолт. Конечно, это не так. Неожиданной и невольной помощи дефолта никто не отрицает. Но появившимися в связи с ним возможностями нужно было еще суметь воспользоваться.
Долги комбината исчислялись гигантскими суммами, не меньшие деньги требовались и на оздоровление производства, запущенного до состояния, близкого к катастрофическому. И никакой дефолт не помог бы подняться предприятию с колен без согласованной, умной и чрезвычайно энергичной работы производственников, финансистов, коммерсантов, управленцев-организаторов.