Пикник на обочине

Вминувшее воскресенье прошло собрание новокузнецких пайщиков КПК “Гурьянин”. Учитывая место его проведения — под открытым небом на Площади общественных мероприятий, — можно сказать, что это был митинг. Но, думается, те, кто пришел на площадь, не согласились бы с таким определением. Поскольку собрание, в отличие от митинга, выносит юридически правомочные решения. Если, конечно, соблюден соответствующий регламент…

Все эти оговорки не случайны. В Новокузнецке действуют по меньшей мере три инициативные группы “гурьянинцев”, каждая из которых имеет свое представление о будущем кооператива и способе возвращения своих вкладов. И они начали оспаривать действия “партнеров-конкурентов”. Пайщики, собравшиеся на площади, выступили, в частности, против предыдущего решения по реорганизации кооператива, так как считают его сфабрикованным. А накануне другая группа сообщила через прессу о переносе собрания и объявила совершенно иную повестку.

Можно предположить, что нынешний накал страстей вызван недавним взятием под стражу главы “Гурьянина”. (По версии следствия, Александр Истомин противодействовал его проведению.) Но, скорее всего, это связано с тем, что 4 августа вступил в силу Федеральный закон № 190 “О кредитной кооперации”.

Увы, закон был принят уже по факту волны банкротств среди кредитных кооперативов, когда “пирамидальный” характер многих из них стал очевиден. Если только в Кузбассе пострадавшие пайщики исчисляют свои убытки десятками и даже сотнями миллионов рублей, то во всей России за первое полугодие 2009 года ущерб составил уже 32 миллиарда.

В свое время, давая “добро” на деятельность кредитных кооперативов, правительство надеялось, что эти финансовые учреждения станут чем-то вроде “народных банков”, которые поднимут потребительский спрос в провинции за счет дешевых и доступных кредитов. Прямо-таки по слогану: “Какой пикник без КПК…” На деле и займы оказались дороже банковских, и пресловутая коммерческая тайна поглотила ответ на народный вопрос, куда подевались деньги.

По новому закону, деятельность кредитных кооперативов будет контролироваться “самоуправляемыми организациями”, а те в свою очередь — государством. Тут тебе и обязательный резервный фонд на случай банкротства, и непременная “прозрачность”. Но, как говорят критики закона, предыдущий порядок тоже предусматривал госрегулирование деятельности КПК и КПКГ. И с какого ведомства спрашивать теперь за подобный надзор?

“Где деньги, Зин?..”

Еще один скандал, связанный с Новокузнецким фондом поддержки малого предпринимательства и его директором Виктором Барыльниковым, разгорается в нашем городе.

Первая волна возмущения граждан пришлась на начало года, когда после публикаций в газете о деятельности фонда многие пайщики кредитного потребительского кооператива “Городской” (который, напомним, прекратил свое существование, деньги граждан исчезли, а директор Ирина Трошкова скрылась в неизвестном направлении) высказывали претензии в наш адрес. Как, мол, мы можем писать что-то позитивное о Новокузнецком фонде поддержки малого предпринимательства, когда его директор, Виктор Барыльников, причастен к руководству “Городского”, выступал на собраниях и заверял в надежности кооператива. Что, в свою очередь, склонило недоверчивых к тому, чтобы разместить там свои деньги…

Виктор Владимирович, которому мы адресовали вопросы по КПК “Городской”, даже обиделся: “Я сам пайщик кооператива и пострадавший!” — заявил он. Признав тем не менее, что входил в состав правления и выступал на собраниях. С его слов, проведенные проверки по деятельности “Городского” не выявили ни его персональной вины, ни, собственно, денег пайщиков. Объявленная в розыск Трошкова до сих пор, к сожалению, не найдена. Будь она в наличии, ее показания могли бы пролить свет на роль каждого из персоналий. А на нет и суда нет.

…Теперь что касается вышеупомянутого скандала. В редакцию обратился гражданин Сергей Мельников, заявивший, что Новокузнецкий фонд поддержки малого предпринимательства в лице Виктора Барыльникова неправомерно удерживает деньги, которые тот передал фонду в управление на основании Договора инвестирования. Копия договора № 16-Д от 1 марта 2008 года за подписью Барыльникова находится в редакции. Согласно договору, клиент (Мельников С. Ю.) поручает исполнителю (НГФПМП в лице Барыльникова В. В.) управление денежными средствами в сумме 1 миллион рублей. Согласно данным таблицы процентных ставок, клиент ежемесячно должен был получать от 2,5 до 7 процентов от суммы инвестированных средств (от 30 до 84 процентов годовых, в зависимости от суммы вклада).

Сергей Мельников впечатления типичной жертвы финансовых пирамид не производит. Образован, неглуп, окончил, с его слов, курсы работы на валютной бирже в 2006 году. Но самостоятельно выйти на “Форекс” не решился — без опыта и значительного капитала риск потерять все слишком высок. Но тут ему организаторы курсов посоветовали обратиться к помощи сотрудника фонда Сергея Березикова, который имел достаточный опыт и квалификацию, оперировал значительными суммами, что, по мнению Мельникова, значительно снижало риск. Ну а главное — гарантом сохранности своих средств Мельников считал фонд, одним из учредителей которого являлась администрация Новокузнецка.

Заключив в 2006 году договор с фондом (после договоры периодически перезаключались на новый срок) и внеся деньги (частично свои, частично других граждан, доверявших ему), Сергей Мельников получил от Сергея Березикова долговую расписку — впоследствии долговые расписки станут основными документами, определяющими взаиморасчеты между сторонами. В первые полтора года проценты начислялись и выплачивались исправно. Можно было их забирать, можно было оставлять “в рост”. Потом пошли затяжки с выплатами (Барыльников, со слов Мельникова, объяснял это тем, что “рынок просел, потом все устаканится”), наконец выплаты кончились.

Последняя расписка за подписью Березикова, датированная 11 сентября 2008 года, гласила о том, что на основании договора инвестирования от 1 марта 2008 года кредиторская задолженность увеличена до 1,64 миллиона рублей. Мельников обратился к Барыльникову в фонд с требованием вывести средства из управления и выплатить полную сумму задолженности. И получил отказ — в связи с тем, что “вами требования договора не выполнены, так как денежные средства от вас в Новокузнецкий городской фонд поддержки малого предпринимательства не поступили…”.

Мы связались с Виктором Барыльниковым и попросили прокомментировать ситуацию. Тот ответил, что Мельников, собравший деньги с других людей и попытавшийся заработать, получил денежные средства от Березикова в размере, превышающем на 20 процентов сумму вложенных средств. “Договор действительно был заключен, там стоит моя подпись, но деньги Мельников отдал не фонду, а частному лицу под расписку. Он считал, что внес их в фонд, но на самом деле вступил в новые правоотношения” (Мельников уверяет, что директор НГФПМП после подписания с ним договора сам направил его к Березикову, сказав, что все вопросы надлежит решать именно с ним, и на протяжении всех лет сотрудничества был в курсе их отношений). Виктор Барыльников признал, что фонд в самом деле привлекает средства физических и юридических лиц, располагает иными источниками, от аренды до взносов, при этом оказывает поддержку субъектам малого бизнеса.

Березиков, со слов Барыльникова, около года был в штате менеджером, преподавал на курсах, организованных фондом, но с 2006 года сотрудником фонда не является. Соответственно, все претензии обманутым инвесторам надлежит адресовать частному лицу Сергею Березикову. Как сообщил Сергей Мельников, только четыре известных ему “инвестора” вместе с ним самим имеют претензии к Барыльникову и Березикову в размере около двадцати миллионов рублей. О других ему достоверно не известно. Барыльников на вопрос о 20 миллионах ответил кратко: “Такие деньги в фонд не поступали”.

…Наше счастье, наверное, что мы живем не в Албании и не в Аргентине, где возмущение обманутых вкладчиков (пайщиков, инвесторов) выливается в демонстрации, столкновения, дебош и кровопролитие. Мы как бы изначально подозреваем, что нас могут обмануть, но надеемся, что все обойдется. Потому сначала вкладываем деньги под аппетитные проценты в сомнительные предприятия, потом либо сокрушаемся и проклинаем обидчиков на митингах, либо (если коснулось не нас) злорадно удивляемся: каким же надо быть лохом, чтобы поверить таким обещаниям?

…Людей обманывают. Лишают денег. А виноватых почему-то нет. Как-то поинтересовался в УВД Новокузнецка: “Какими победами над экономическими преступниками может похвастать ОБЭП?” — “Да ничего особенного в этом году не было”, — ответили. “Ну а в прошлом году?” — “Да и в прошлом ничего…”

Сергей Бабиков.