На всех половина
Только один подъезд остался от дома № 3 на улице Анны Рожковой в Абагуре. Другой сгорел. По данным Госпожнадзора, причиной пожара было “неосторожное обращение с огнем”. 1-м отделом милиции Центрального района “на граждан, виновных в пожаре, заведено уголовное дело” (здесь и далее цитаты из ответа на редакционный запрос, подписанного заместителем главы города — руководителем администрации Центрального района С.И. Климашиным).
На пепелище мы побывали на другой день после пожара. Останки сгоревшей половины дома, грязь от перемешанной с землей воды, стойкий запах гари… Рабочие разбирали завалы бревен, полуобгоревших нижних венцов, крыши. Припорошенный снежком, валялся скарб — спасенные из огня пожитки. А в уцелевшей половине дома работники местного жилищно-коммунального предприятия ООО “Комсервис” уже тянули трубы — восстанавливали поврежденную огнем систему отопления.
По словам пострадавших от пожара людей, территориальное управление “Абагур” администрации Центрального района намерено предоставить им жилье в нетронутой огнем половине дома. “Но как тут жить?” Люди показывали зияющие в шиферной крыше дыры (“Остались от пожара, который был 15 лет назад”), трубы подъездного теплоснабжения с заглушками: места общего пользования в доме, основная доля собственности в котором принадлежит муниципалитету, а в собственности жителей только одна квартира, не отапливались. “В квартирах зимой было не больше 8 градусов тепла”. Еще из коммунальных удобств имеется колонка, которой население старается не пользоваться (“Вода ржавая”), и выгребная яма.
Внутри дома обстановка подстать: отвалившаяся штукатурка, обнажившаяся дранка с остатками глины. “Пожар тушили — вылили на дом десятки машин воды”. В квартире на первом этаже (в нее, по словам жителей, собираются поселить одну из семей из сгоревшей половины дома) проваливается пол — доски сгнили, окна без стекол забиты досками. Бревна еле живые, тронь — труха сыплется… “Нас обязывают квартирный ремонт сделать самим. По сравнению с этой квартирой трущоба и та лучше”.
Пригоден ли вообще дом для жилья? ООО “Комсервис” с участием представителя территориального управления “Абагур” в начале года обследовало дома на улице Рожковой (их всего 4). “Техническое состояние неудовлетворительное”, — такие выводы сделала комиссия.
Годом раньше этот дом обследовала городская межведомственная комиссия. И приняла заключение “о соответствии помещений жилого дома требованиям, предъявляемым к жилым помещениям, и их пригодности для проживания”, подписанное председателем комиссии — первым заместителем главы города С.В. Зыковым, его заместителями и членами комиссии, в числе которых начальник Главного управления архитектуры и градостроительства Б.М. Маслов и другие.
Дом № 3 введен в эксплуатацию в 1962 году, согласно акту Бюро технической инвентаризации, его износ составляет 71 процент. После пожара, “учитывая сложное финансовое положение, было принято решение сохранить уцелевший от пожара 2-й подъезд — 8 квартир. Специалистами МУ “Дирекция единого заказчика” была составлена смета на выполнение работ по усилению несущих конструкций оставшейся части здания с восстановлением коммуникаций (электроэнергии, теплоснабжения). После проведения всех ремонтно-восстановительных работ будет дано комиссионное заключение о безопасности проживания граждан в сохранившейся части здания”.
Кто все-таки будет ремонтировать квартиры в уцелевшем подъезде? Муниципалитет или наниматели? В ответе администрации Центрального района сказано, что семьям, “чье жилье пострадало от пожара… будет предоставлено равнозначное ранее занимаемому жилое помещение”.
В разбитые квартиры люди не хотят переселяться. “Хороший хозяин в такой хлев скотину не поставит, а нас здесь жить заставляют”, — говорят погорельцы.