Забытое имя
До чего же тосклив ранней весной пейзаж на Форштадте! Серые улицы расцвечивают лишь яркие кучи мусора. Ровные линии в дефиците, валятся из стороны в сторону не только переулки, местами асфальтированные, но и заборы, стены домов и силуэты прохожих. Уныло-безнадежной выглядит и улица имени Толмачева, куда завело нас желание побольше узнать об истории города. Правда, прошлого тут “накопать” мы не смогли, зато современности хоть отбавляй.
“Изюминкой” улицы, да простят меня её обитатели за такое сравнение, являются ободранные двухэтажные бараки. Сгрудившись в кучку, стоят они, неживописно окаймленные болотом, рукотворным и горячим на ощупь даже в морозы. По словам местных жителей, теплотрасса еще в январе лопнула и с тех пор поливает землю кипятком. А если к этому прибавить, что всё пространство около домов превращено в свалку и отхожее место (из удобств в домах только отопление), то можно себе представить какое “амбре” распространяется вокруг. Помнится, когда В.В. Путин заходил в бараки на улице Крупской, то наш губернатор просил извинения за запах. Право, на Толмачева премьер-министр получил бы более яркие впечатления. Но, чу, брезжит надежда, что до следующего высокого визита бараки эти не доживут.
— Нас ведь сносят! Говорят, в июне уже переедем! — не может сдержать волнения жительница дома № 49 Валентина Мантай. — Кажется, дождались!
В ответ на её восклицание загомонили жители других бараков, которым, по их словам, на снос только намекали, но счастье в июне никто не обещал: “Ну что же, неужели один дом снесут, а все остальные оставят? Поди, и мы до такой радости доживем!” Как водится, посыпались жалобы на мусор, отсутствие ливневой канализации и прочие пакости. Вопрос о том, знают ли они, кто такой Толмачев, на улице имени которого имеют сомнительную честь проживать, поставил собравшихся в тупик. Вскоре пришли к выводу, что человек, верно, был хороший: “Ученый? Поэт! Герой войны или космонавт!” Сообщение, что Дмитрий Михайлович Толмачев был кузнецким революционером и родился непосредственно на их улице, моих собеседников… опечалило: “Бедный, где родиться привелось”. Но, думаю, в 1905 году Форштадт все же выглядел поприличнее.
Дмитрий Толмачев был сыном местного каменщика и жил на улице с соответствующим названием 3-я Кирпичная. Закончил кузнецкое начальное училище, был одним из первых комсомольцев города. Вел борьбу с бандитами вместе с Николаем Метелкиным и Виктором Полосухиным, да так активно, что был отправлен на учебу в Томское артиллерийское училище. И стал бы он кадровым военным, но тяжелое ранение во время конфликта на Китайско-Восточной железной дороге вынудило оставить армейскую службу. Пришлось вернуться в Кузнецк.
В нашем городе Толмачев не затерялся. Он работал в кузнецком отделении знаменитого Осоавиа-хима (Общество содействия обороне, авиационному и химическому строительству), заведовал военной кафедрой в учительском институте, читал лекции в СМИ. В 1938 году Дмитрий Михайлович вернулся в армию, возглавлял штаб дивизиона во время боевых действий на Халхинголе и воевал с белофинами. Великую Отечественную войну Толмачев начал на Западном фронте командиром 27-го гвардейского истребительного дивизиона. Награжден орденами и медалями. В 1944 году участвовал в военной операции в Прибалтике и погиб в Латвии. В советские времена на его могиле был даже памятник, существует ли он сейчас?
Во время нашей прогулки по улице Толмачева мы попытались выяснить, где стоял домик нашего героя. Но никто из прохожих или владельцев домов не смог ничего сообщить. “Да разве об этом здесь голова болит?” — с усмешкой сказал один из аборигенов. Оно и правда, тут есть из-за чего голове болеть и без отвлеченных вопросов по истории города. Например, из-за детей, которые выглядывают из окон завалюх и бараков. Больно смотреть на милые детские лица сквозь грязные и треснувшие стекла. Как не избита фраза, но точна: не за такую жизнь боролся и умирал Д.М. Толмачев. И, пожалуй, горечь и стыд испытал бы он, увидев улицу своего имени.
