Публикации

Владислав Ходасевич

Прочитать Ходасевича мне «посоветовал» Андрей Вознесенский. Было это во времена перестройки, году в 87-88-м, когда стали печатать всех и всё. И вот в каком-то журнале я наткнулся на статью Вознесенского, в которой он горячо рекомендовал читать на десятилетия «забытого» в России Ходасевича. В статье обильно цитировались стихи. С каждой прочитанной строчкой я влюблялся в них все больше и больше, а когда дошел до этого: «Разве мама любила такого, // Желто-серого, полуседого// И всезнающего, как змея?», — то понял, что Ходасевич — навеки мой поэт. Говорю это абсолютно без иронии. Да и какая может быть ирония, когда говоришь о поэте такой щемящей душевности и проникающей искренности!Владислав Ходасевич родился в Москве в 1886-м, а умер в Париже в 1939 году. Прожил, кажется, не много — всего 53 года. Но когда я читал воспоминания о нем, то не мог отделаться от мысли, что Ходасевич умер не от болезни, а от того, что ему больше нечего было делать в этом мире, вернее так: больше нечего было сказать. С Поэтами такое бывает…

ПЕРЕД ЗЕРКАЛОМ
Nel mezzo del cammin di nostra vita*
Я, я, я! Что за дикое слово!
Неужели вон тот — это я?
Разве мама любила такого,
Желто-серого, полуседого
И всезнающего, как змея?

Разве мальчик, в Останкине летом
Танцевавший на дачных балах,-
Это я, тот, кто каждым ответом
Желторотым внушает поэтам
Отвращение, злобу и страх?

Разве тот, кто в полночные споры
Всю мальчишечью вкладывал прыть,-
Это я, тот же самый, который
На трагические разговоры
Научился молчать и шутить?

Впрочем — так и всегда на средине
Рокового земного пути:
От ничтожной причины — к причине,
А глядишь — заплутался в пустыне,
И своих же следов не найти.

Да, меня не пантера прыжками
На парижский чердак загнала.
И Виргилия нет за плечами,-
Только есть одиночество — в раме
Говорящего правду стекла.
_____________________________
* На середине пути нашей жизни (итал.)

Михаил Гревнёв Публикации 05 Июн 2008 года 47 Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.