Публикации

Время — назад?

Лет через двадцать, а то и раньше, из крупного промышленного и социокультурного центра
российского масштаба Новокузнецк может превратиться в заштатный городок областного калибра.
Это произойдет, если в ближайшие годы кардинально не изменятся тенденции и вектор экономического развития «южной столицы Кузбасса».То, что экономика Новокузнецка, а значит, и город в целом рано или поздно столкнутся с проблемой собственного «усыхания», было понятно давно. Не мог город, надеждой и опорой которого являются промышленные предприятия образца социалистических 30-х и 60-х годов XX века, безболезненно «переместиться» в век XXI с его высокими технологиями и жесткой конкуренцией. Об этом некоторые наши земляки — не обремененные властью люди, но очень хорошие специалисты — заявляли и во времена перестройки, и позже — в начале «нового» капитализма. Но их голоса не были услышаны. Новокузнецк, как и вся страна, жил тогда другими страстями, при этом — одновременно! — пребывая в спячке относительно своего будущего.
Город стал креститься, когда грянул гром, — начались преобразования на КМК. То есть когда владелец первенца пятилеток «ЕвразХолдинг» приступил к операции по превращению гиганта индустрии в небольшой рельсоделательный завод.
Собственно говоря, «ЕвразХолдинг» никогда и не скрывал своих намерений. Хотя до поры до времени особо и не афишировал их. В 2002 году город крайне болезненно пережил реструктуризацию ОАО «КМК», в результате которой некогда могучее предприятие было поделено на несколько обществ с ограниченной ответственностью — дочерних по отношению к комбинату структур, а 70 лет называвшийся Кузнецким был переименован в Новокузнецкий меткомбинат.
Как тогда дружно уверяли и сами евразовцы, и представители власти, все это делалось ради физического спасения предприятия (к тому времени и в самом деле колосса на глиняных ногах). В этом утверждении правды, скорее всего, больше, чем неправды. Но дъявол, как известно, кроется в деталях. А деталей-то истории, как на самом деле пилилась сталь, мы вряд ли когда-нибудь узнаем. А и узнали бы, что бы это нам дало, что изменило? Поэтому, не вдаваясь в подробности, освежим в памяти лишь известные факты.
Вспомним, что еще пять лет назад КМК находился под внешним управлением и сумма его долгов была столь велика, что от полного банкротства (фактически продажи с молотка), которое, по мнению многих специалистов, уничтожило бы комбинат как значимую экономическую единицу, его могли спасти лишь некие экстраординарные меры.
И тогда руководством «ЕвразХолдинга» была предложена, а администрациями Новокузнецка и Кемеровской области (под поручительство которых с июля 2000 года внешнее управление на КМК было продлено на срок до 10 лет) одобрена та самая схема реструктуризации с делением большого предприятия на несколько дочерних, технологически связанных и находящихся под общим управлением. И вот после определенных официальных процедур, предусмотренных законом, «дочки», как говорится, оказались на свободе с чистой совестью, при этом была выплачена существенная часть кредиторской задолженности. То есть у первенца пятилеток, освобожденного от непосильного груза финансовых обязательств, началась новая жизнь.
Уже тогда, в 2002 году, руководством «ЕвразХолдинга» были сверстаны планы модернизации комбината — о них, в частности, можно было узнать из книги «Корпорация без секретов», — согласно которым в ближайшем будущем на предприятии должно было быть ликвидировано мартеновское и другие устаревшие производства. И все же сообщение о ликвидации ООО «Сталь НК», куда эти производства в основном и входили, произвело в городе эффект разорвавшейся бомбы.
Ведь что такое КМК для Новокузнецка? Неизмеримо больше, чем просто предприятие, даже гигант индустрии. Это наше все, совершенно серьезно повторил бы я фразу, сказанную по другому поводу. Без Кузметкомбината не было бы нашего города, который несколько десятилетий строился и развивался вокруг этого предприятия, в то время чрезвычайно нужного стране, если хотите, был его придатком. В летописи Нового Кузнецка КМК занимает львиную долю страниц — и жизнеутверждающих, и трагических. С комбинатом так или иначе связаны судьбы едва ли не всех новокузнечан — сотен тысяч человек, умерших и живых…
И вот перестали гореть горевшие и день и ночь почти три четверти века мартеновские печи (а до этого были остановлены четыре из пяти домен, шесть из восьми коксовых батарей и т.д.)… Момент чрезвычайно драматичный, с «вкраплениями» мистики. Будто под семидесятипятилетней историей комбината и Нового Кузнецка была подведена осязаемая почти физически жирная черта, и Река Времен, которая, согласно Державину, «в своем теченьи уносит все дела людей», приступила к своей вечной безжалостной работе…
Давно было понятно, что избежать коренной модернизации первенца пятилеток невозможно, что устаревшие, нередко допотопные технологии и донельзя изношенное оборудование просто физически похоронят его. Предприятие не может выжить в современной рыночной экономике с ее жесточайшей конкуренцией, выпуская продукцию чуть ли не с самой высокой в мире себестоимостью, имея в своем составе убыточные подразделения, в том числе такое крупное, как ООО «СтальНК».
Но так ли она должна была проходить, эта самая модернизация? Вопрос этот, по моему мнению, до сих пор не утратил своей актуальности. Некоторые специалисты считают, что «ЕвразХолдинг» пошел по пути наименьшего сопротивления, руководствуясь исключительно интересами своего бизнеса и не учитывая долгосрочные интересы Новокузнецка. Скажем, такой авторитетный в металлургии человек, как бывший гендиректор Запсиба Борис Кустов, убежден, что план оздоровления КМК мог быть не столь радикальным, хотя не менее эффективным. Можно было, например, оставить не одну, а две доменные печи, не две, а четыре коксовые батареи, ведь товарные чугун и кокс востребованы на рынке. Правда, при этом пришлось бы изрядно потратиться на переоборудование агрегатов, в том числе и с учетом экологической составляющей… А доктор экономических наук Игорь Степанов, кстати, руководитель группы разработчиков плана развития Новокузнецка до 2017 года (о нем мы еще поговорим), почти десять лет назад предлагал отказаться от так называемой тактики латания дыр и построить на КМК новые рельсобалочный и листопрокатный цехи. Это потребовало бы еще больших финансовых вложений, но, по мнению Игоря Степанова, безусловно себя оправдало бы…
Были другие варианты решения судьбы и непосредственно ООО «СтальНК». Известно, например, что у «ЕвразХолдинга» была возможность продать это предприятие компании «Эстар», управляющей семью металлургическими предприятиями в разных регионах России. Почему он ею не воспользовался? «Мы не стали продавать «Сталь НК» компании «Эстар» потому, что мы посчитали это для себя экономически невыгодным, мы с ними не договорились по цене», — сказал на пресс-конференции 27 апреля нынешнего года президент ООО «ЕвразХолдинг» Александр Фролов. Хотя аналитик «Брокеркредитсервиса» Вячеслав Жабин считает, что сделка эта сорвалась вовсе не по финансовым причинам. «Площадку, на которой располагается «СтальНК», технологически сложно выделить из общей территории НКМК, — размышляет аналитик в газете «КонтинентСибирь». — Скорее всего, «Евраз», просто не захотел пускать чужаков на площадку, которую он, предположительно, планирует использовать для расширения мощностей НКМК».
Можно предлагать и другие версии срыва данной сделки (предположение В. Жабина кажется мне сомнительным), но ясно одно: ООО «СтальНК» могло остаться жить — с другим хозяином, если бы «ЕвразХолдинг» был более уступчив. Известно, что компания «Эстар» всерьез намеревалась приобрести каэмковскую «дочку», недаром возможности продажи с руководством «Евраза» обсуждались несколько раз. Понятно и то, что новый хозяин не избежал бы модернизации производства, о направлении и масштабах которой мы теперь можем лишь догадываться.
Очень жаль, что все эти альтернативные варианты решения судьбы бывшего гиганта индустрии не были доведены до широкой общественности. Еще хуже, что не было практически никакой дискуссии специалистов. А было все как в известном анекдоте, герой которого изрек: «Есть две точки зрения: одна моя, другая неправильная». «Евраз» вел активную и довольно агрессивную РR-компанию, пропагандируя свою «точку зрения», при этом и гласно, и негласно поддерживаемый властями города и области.
Почему из всех металлургических гигантов России такая печальная участь постигла только Кузнецкий металлургический комбинат? Да, первенец социндустрии, да, устаревшие технологии и изношенное оборудование. Но ведь, скажем, легендарная Магнитка не менее почтенное по возрасту предприятие, чем КМК, тем не менее она мощно развивается, подтверждая звание гиганта металлургии, в то время как Кузметкомбинат скукожился до состояния мини-завода (в 2006 году на ММК было произведено 12428,6 тысячи тонн стали и 11462,5 тысячи тонн проката, на НКМК, соответственно, — 1439 и 1688,4 тысячи тонн; как говорится, почувствуйте разницу).
Так получилось, что КМК всегда оказывался, пожалуй, самым обделенным из всех крупных металлургических предприятий Советского Союза. На нем так и не была проведена коренная реконструкция. Ее предполагалось сделать в 60-х годах, чему помешал другой замысел партии и правительства — строительство Запсиба. Для КМК не осталось финансовых ресурсов. Обновление первенца пятилеток велось, но выглядело это так, будто от заслуженного ветерана попросту хотят отделаться. На новый виток развития комбинат могло вывести строительство современного прокатного производства с востребованной во всем мире продукцией и замена архаичного сталеплавильного — мартеновского — на технологически более прогрессивное. Что касается строительства нового прокатного стана, то, насколько известно, даже разговоры об этом пресекались на корню — у плановой экономики были свои особенности. Обновление же сталеплавильного производства проходило по какому-то странному сценарию. Мартены решено было оставить, а в помощь им построить электросталеплавильную печь. Но не доведя до должного уровня электросталеплавильный, приступили к строительству кислородно-конвертерного цеха. Результат известен: новое производство так и не поднялось «с нуля», фактически в землю, без какой-либо пользы для комбината зарыто около 200 миллионов долларов….
И все же в чем причины прямо-таки фатальной «невезучести» Кузметкомбината? Завод, давший начало Новому Кузнецку, был жизненно необходим стране в 30-е, 40-е военные и в послевоенные годы восстановления народного хозяйства. Все эти десятилетия страна не могла без него обойтись. Но со временем, в течение которого строились новые заводы (Западно-Сибирский, Череповецкий — ныне «Северсталь») и более интенсивно обновлялись старые (та же Магнитка, например, или Новолипецкий меткомбинат), КМК стал оттесняться на экономическую периферию. Страна уже не так остро нуждалась в его продукции, и чем дальше — тем меньше.
Сейчас бывший Кузметкомбинат (ныне  ОАО «НКМК») с его полутора миллионами тонн стали в год — еле различимая величина на экономической карте России. Рельсы, за счет которых он пока держится на плаву, со временем могут перестать играть роль спасительной соломинки. Неумолимая экономическая целесообразность может распорядиться таким образом, что кузнецкие рельсы станут лишними на рынке этой продукции. Ведь мало того, что в случае необходимости можно увеличить мощности рельсового производства Нижнетагильского меткомбината, также принадлежащего «ЕвразХолдингу». Жестокие законы конкуренции и жажда новых прибылей могут толкнуть на рельсовый рынок таких гигантов металлургии, как «Северсталь», Магнитогорский и Новолипецкий меткомбинаты, располагающие мощнейшими финансовыми возможностями. Наверняка не избежать конкуренции с зарубежными производителями, теми же японцами, о которых мы в последние годы почему-то подзабыли. Не исключено, что могут объявиться и другие потенциальные могильщики КМК. Ведь в мире работает огромное количество металлургических предприятий, производящих колоссальное количество стали.
Вряд ли стоит надеяться на безоблачное будущее и другой надежды и опоры Новокузнецка — Запсиба. Конечно, технически и технологически более молодой и экономически более здоровый ЗСМК чувствует себя уверенней своего пожилого соседа. Но в сортаменте его продукции нет ничего такого, чего не производят или в принципе не могли бы производить другие металлургические предприятия, прежде всего отечественные и зарубежные гиганты индустрии. Заготовка и арматура — это не та продукция, которая может обеспечить Запсибу долгую стабильную жизнь на отечественном и мировом рынках.
Знаете, в чем, на мой взгляд, самая главная проблема наших предприятий и города в целом? В том, что Новокузнецк — это географическая и экономическая периферия. Мы расположены далеко и от центров интенсивного экономического развития, и от основных транспортных путей и узлов перегрузки продукции (то есть от главных железнодорожных и автомобильных магистралей и от морских портов), а потому ее доставка из нашего медвежьего угла до потребителя ложится тяжким бременем на ее себестоимость.
А теперь подведем некоторые итоги. Итак, что ждет в ближайшем будущем две пока еще главные надежды и опоры Новокузнецка — НКМК и ЗСМК? Новокузнецкому комбинату его владельцами, как уже отмечалось, уготована судьба небольшого рельсоделательного завода. Возможно, сохранятся какие-то «побочные» производства, например, листопрокатное. Как считают разработчики плана развития Новокузнецка до 2017 года, к этому времени на предприятии будет работать 5-6 тысяч человек (в настоящее время здесь трудятся порядка 10 тысяч человек).
А по мнению некоторых экспертов, штатная численность НКМК через несколько лет будет составлять не более 2-3 тысяч человек — ровно столько, сколько обслуживает металлургические заводы, производящие менее двух миллионов тонн стали в Европе, США, Японии и Корее.
Необходимость следовать мировым стандартам (производительность труда, прибыль от реализации продукции на одного работающего, другие показатели), согласно тем же прогнозам, приведет к тому, что через десять лет или даже раньше на ЗСМК будет трудиться в два с лишним раза меньше народу, чем сейчас, то есть порядка 10-12 тысяч человек.
О том, в каком направлении будет развиваться Запсиб, каким будет «набор» его ведущих производств, пока мало что известно. Прошла информация, что руководство «Евраза» планирует реконструировать здесь современный проволочный стан. Но даже если этот проект будет осуществлен, он не изменит в основном сырьевое лицо комбината — производство проволоки заберет лишь небольшую часть из семи с лишним миллионов тонн стали, выплавляемых здесь.
Ведутся туманно-смутные разговоры о возможном строительстве на Запсибе мощного прокатного стана, на котором будет изготавливаться востребованный на мировом рынке и имеющий высочайшую рентабельность автомобильный лист. Что было бы логично, ведь на комбинате построена и исправно функционирует машина непрерывного литья заготовки (слябов), годовой производительностью 2,5 миллиона тонн, предназначенной как раз для дальнейшей переработки на прокатных станах. Но у руководства «Евраза», видимо, другая логика, по которой интересы собственного бизнеса превыше всего. Известно, что большая часть запсибовской заготовки продается на заводы «Евраза» в США, Италии и Чехии, на которых как раз и производится тот самый дорогой лист. Как отмечается в сообщении Reiters, приобретая металлургические предприятия за рубежом, «Евраз» «обеспечивает себе стабильную клиентскую базу для сбыта слябов за пределами России». Что это значит? А то, что «Евраз» на самом деле, видимо, и не собирается строить прокатный стан для производства продукции высокого передела на Запсибе, поскольку на то нет резона: зачем тратить гигантские суммы на новое производство где-то в медвежьем углу, если таковые производства уже имеются в Европе и Америке, как раз там, где и расположены центры автомобильной промышленности?!
Свидетельством того, что «Евраз» не очень охотно вкладывается, скажем так, в высокотехнологичное развитие, является и довольно невысокая сумма инвестиций на тонну произведенной продукции — 39 долларов США (эти данные приводятся в статье «Где завалялась сталь», «Новая газета» за 4 июня 2007 года). При этом следует учесть, что кроме НКМК и ЗСМК у «Евраза» есть еще и крупный Нижнетагильский меткомбинат, на обновление которого ему тоже приходится тратиться. Иными словами, от тех 39 долларов НКМК и ЗСМК перепадает, скорее всего, немногим больше половины.
Теперь посмотрим, какова сумма инвестиций на тонну произведенной продукции на других гигантах металлургии России. На «Северстали» это 70 долларов, на Новолипецком комбинате — 68 долларов, на Магнитке — 46 долларов. Как видим, и без того мощные и хорошо себя чувствующие в мировой экономике НЛМК и «Северсталь» развиваются гораздо интенсивнее, чем «ЕвразХолдинг», и, как писали при социализме, темпов сбавлять не собираются. Не менее благополучный ММК по этому показателю пока не столь стремителен, но вот стало известно, что комбинат уже заключил четыре контракта на приобретение оборудования на общую сумму около двух миллиардов долларов — для строительства и реконструкции производственных мощностей, а в целом его весьма впечатляющая инвестиционная программа спланирована до 2013 года.
«Евраз», судя по всему, не имеет иных инвестиционных замыслов в отношении своих новокузнецких металлургических предприятий, кроме тех, о которых мы уже рассказали. Наверное, они, эти замыслы, гармонично встраиваются в стратегию бизнеса «ЕвразХолдинга», но с интересами Новокузнецка, как мы уже говорили, сочетаются плохо. Урезанный до размеров рельсоделательного завода НКМК и экономически и технологически ординарный Запсиб не в состоянии будут справляться с ролью надежды и опоры и главных кормильцев пятисоттысячного города.
Ведь основной приток денежных средств и основные их потоки внутри Новокузнецка осуществлялись за счет этих двух гигантов индустрии. Поясню, что здесь имеются в виду и формирование городского бюджета (в нем велика доля подоходного налога от зарплаты десятков тысяч трудящихся комбинатов), и «заработки» партнеров и смежников металлургов — железнодорожников, строителей и многих других, и обороты потребительского рынка, в значительной степени «живущего» на зарплату металлургов, и т.д. и т.п.
Так вот, эти финансовые реки, речки и ручейки уже стали менее полноводными, а со временем они «похудеют» и еще, иные же и вовсе пересохнут.
Что касается такой важнейшей составляющей жизнедеятельности города, как рынок труда, то относительно благополучная ситуация на нем, наблюдающаяся сейчас, уже через несколько лет может взорваться.
По мнению директора городского центра занятости Аллы Семеновой, события на НКМК — реорганизация 2002 года с делением на «дочки» и ликвидация ООО «Сталь НК» в 2007 году — лишь в незначительной степени повлияли на ситуацию с занятостью в Новокузнецке. Большая часть каэмковцев была трудоустроена в «дочках» или на других предприятиях «Евраза» и города. А большинство оказавшихся «лишними» для комбината — таковых за все годы «реформ» набралось порядка 2,5 тысячи человек — нашли работу через биржу труда, где ежедневно предлагается до четырех тысяч рабочих мест.
Серьезной проблемой (по словам А. Семеновой, больно ударившей по судьбам людей) сокращение стало для представителей специфических, скажем так, совсем уж узких профессий, а также для женщин в возрасте, занимавшихся низкоквалифицированным трудом или имеющих неходовое нынче образование. К таким рынок труда, мягко говоря, неласков, определяя в категорию хронических безработных.
Какое-то время — год, два, три? — эта относительно благополучная картина с занятостью в Новокузнецке, скорее всего, будет сохраняться. Но потом она станет меняться вхудшую сторону. Рано или поздно дадут о себе знать и дальнейшее сокращение кадров на НКМК, и грядущая реорганизация Запсиба, которая, по расчетам ученых и специалистов-практиков, также не обойдется без освобождения значительного числа работников. Большое давление на рынок труда окажет подрастающее поколение «кадров» — тысячи ежегодно приходящих на него выпускников школ, профтехучилищ, техникумов и вузов, — и все это приведет к тому, что спрос на нем наверняка — и существенно — обгонит предложение. Попросту говоря, тысячам молодых и прочих новокузнечан дееспособного возраста негде будет работать.
Есть ли возможности остановить «усыхание» нашего города и не дать ему скатиться в разряд населенных пунктов с областной судьбой? Ответ положительный: да, пока еще есть. По крайней мере, теоретически. И эти возможности описаны в том самом плане развития Новокузнецка до 2017 года, о котором мы уже упоминали.
Что же нужно делать (кроме модернизации металлургических комбинатов, которая, по моему мнению, направлена преимущественно на решение проблем бизнеса «ЕвразХолдинга» и в гораздо меньшей степени учитывает интересы Новокузнецка)? Нужно диверсифицировать экономику города, то есть видоизменить ее, наполнять новым содержанием: развивать машиностроение, производства строительных материалов, сферу переработки техногенных отходов, которых у нас скопились сотни миллионов тонн.
С этими предложениями разработчиков программы трудно не согласиться — они вполне реалистичны, учитывают специфику Новокузнецка. Хотя, на мой взгляд, им все же не хватает некоторого полета фантазии. Все их идеи «вертятся» опять же вокруг металла и промышленных свалок. А почему бы не задуматься и о более мощном рывке в экономику XXI века — о создании в нашем городе высокотехнологичных наукоемких производств?
Не считая эту идею утопичной, спущусь, тем не менее, с «небес» на землю. Как известно, для реализации даже самых реалистичных проектов нужны деньги. У кого они есть в Новокузнецке? Прежде всего у того же «ЕвразХолдинга» с его внушительными металлургическими и угольными активами. Но новые проекты вряд ли его привлекут: финансовые ресурсы необходимы ему для модернизации уже имеющихся производств. Думаю, подобными же соображениями будут руководствоваться и другие сильные компании, имеющие свой бизнес в Новокузнецке, — алюминщики и угольщики.
Деньги, как мы знаем, есть у государства, но и оно, скорее всего, не станет участвовать в диверсификации экономики Новокузнецка, то есть фактически вкладываться в частный бизнес. По крайней мере, государство в таких проектах пока замечено не было.
Кто остается? Потенциальные частные инвесторы со стороны, в том числе и иностранные. Как их привлечь в наш город? Нужно, уверен доктор экономических наук Игорь Степанов, на всю страну и даже, по возможности, на весь мир внятно и громко заявить, что наш город нуждается в создании таких-то производств и что здесь сделают максимум возможного для эффективной работы частных инвесторов.
Иными словами, нужна мощнейшая пиар-кампания, инициаторами которой должны выступить администрация и Горсовет. Понятно, что в продвижении и реализации глобальных замыслов диверсификации экономики Новокузнецка местные власти не обойдутся без помощи властей региональных. Поскольку придется лоббировать, «пробивать» решение таких вопросов, которые находятся в компетенции либо федерального правительства, либо Государственной Думы.
Делается ли что-то в этом направлении в Новокузнецке после того, как в нынешнем году была утверждена программа его развития до 2017 года? Возможно. Но нам об этом ничего не известно… А время, между тем, стремительно уходит. И работает оно не на наш город.

Михаил Гревнёв Публикации 11 Дек 2007 года 48 Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.