Родная девяносто вторая
Известно, что первые рельсы до Кузнецка были проложены в период гражданской войны красноармейцами. Учитывая разнообразие природных богатств: угля, руды, леса, было принято решение поднять в этих местах промышленность, а следовательно, развернуть строительство железной дороги. За рельсами потянулись рабочие, в их семьях были дети, которых надо было учить. Так в Кузнецке появилась железнодорожная школа, и номер у нее был тоже не городской, а железнодорожный — N 92. Ей уже более восьмидесяти лет, но школа не может быть старой, с годами лишь интереснее становится ее история.В далеком 1924 году, напротив современного локомотивного депо, на горе рядом с березовой рощей («Садом угольщиков», позднее он стал называться «Сад шахтеров») был построен одноэтажный деревянный барак, побеленный известью. Это и было начало, первый исток железнодорожной школы N 92. В ней учили не только ребятишек, но и готовили специалистов для работы на железнодорожном транспорте. К сожалению, не удалось установить фамилию первого директора школы, а вот второго разыскали, им оказался Антон Иванович Полосухин. Культурный, благородный человек, великолепный педагог, досконально знающий свое дело. Он отдал много сил для того, чтобы решился вопрос о постройке настоящей средней общеобразовательной школы.
Где-то в 30-х годах прошлого века на пригорке в частном секторе на улице Весенней выросли два деревянных здания (сейчас там расположен детский сад). Большое состояло из четырёх светлых классов, просторного фойе, кабинета директора, учительской, буфета и раздевалки. В малом здании размещались четыре класса и раздевалка. Хотя там было печное отопление, но это было уже настоящее «учебное заведение». Так школа N 92 получила вторую прописку и второе рождение.
На долю учащихся этой деревянной школы пришлось немало испытаний. Это и культ личности Сталина, и Великая Отечественная война, унесшая жизни сотен выпускников и многих учителей. В военные годы многие подростки не смогли вовремя сесть за парты и оказывались в первом классе лишь в возрасте 10-11 лет. Зачастую у родителей не было возможности одеть и обуть ребенка, некоторые ребята вплоть до октября-ноября ходили в школу босиком. Я очень хорошо помню то время. Рожденный в 1937 году, в школу я пошел в год Победы. Нелегкими были и послевоенные годы. Тем не менее школа жила, учила, выпускала в светлую жизнь, а рядышком на алее, заложенной еще выпускниками 30-х годов, шумели листвой молодые деревья.
Постепенно создавался педагогический коллектив единомышленников. Особенный расцвет школа получила, когда ее возглавил учитель математики и астрономии Тимофей Дмитриевич Резниченко. Ставя на первое место получение образования, он приложил все усилия к развитию творчества учащихся, и в школе издавались два литературных журнала. Ребята писали стихи и прозу. Пионерский «Огонек» возглавляла словесник Августа Алексеевна Туманова, а комсомольский литературный кружок (и журнал) «Чайка» ее коллега Николай Георгиевич Кострицын. Кстати, его картины, написанные маслом, долгие годы украшали стены школы. Под руководством преподавателя немецкого языка Павла Ивановича Ламма был создан струнный оркестр. На сбитой из досок сцене ставились пьесы Гоголя, поэма Некрасова «Кому на Руси жить хорошо» и многое другое. А какие в школе были спартакиады! Футбольная молодежная команда «Локомотив» отстаивала честь общества и школы в городских соревнованиях и даже на первенстве Западно-Сибирской железной дороги.
В начале 50-х годов старая школа уже не могла вмещать в себя учащихся завокзального района и частного сектора. Тогда же было принято решение о строительстве новой школы. Помню, как директор Тимофей Дмитриевич Резниченко собрал нас, учеников старших классов, и предложил пройтись по окрестностям, чтобы определиться с местом под строительство будущей школы. И мы, конечно, с помощью взрослых выбрали улицу Вокзальную, где в середине 50-х и была построена нынешняя трехэтажная школа. Туда почти в полном составе перешел педагогический коллектив вместе с директором Александрой Андреевной Рябышевой. Учиться в ней мне и моим одноклассникам не довелось, но в ней учились уже наши дети и даже внуки. Так начался новый виток в истории моей родной девяносто второй.
