Весеннее легкомыслие

Картинка четверга. Душный вечер, присыпанный песочком порывистого ветерка откуда-то из непрогретых солнцем подворотен. В тени кинотеатра «Октябрь» старик в белой полотняной кепке торгует огоньками, уминая беззубым ртом булку и тягуче гудя стоящим на остановке: «Первые цветы». И смешно оттопыривая при этом большой палец: мол, здорово. Народ в массе своей индифферентен, цветами не интересуется. Старик гудит, но внимания на него не обращают. Разве что кто-то из мужиков, стоящих на остановке, наливает ему пивка в протянутый пластмассовый стаканчик.Через дорогу стоит группа ребят-выпускников: парни в костюмах, в остроносых штиблетах, девчонка с большим белым бантом. И у всех — ленты цветов российского флага с цифрами «2006». Они светлы, нарядны и без пива в руках. Что, простите, даже странно как-то: утром, идя на работу, видел девчонку в белом фартуке и в белых гольфах, покупающую в киоске сигареты. «Я ведь взрослая совсем».
День как бы вместил в себя все, что происходило за неделю: наступившее тепло, буйно выпроставшие листья деревья, конец учебного года.
* * *
По моим заметам, первыми зацветают ранетки на Октябрьском — между «Гранделем» и Комсомольской площадкой. Со мной можно спорить, конечно, но именно здесь я каждую весну в первый раз натыкаюсь на роскошь цветущих ранеток — не то невесты, не то школьницы в белых фартуках, не познавшие вкуса пива. Хорошо. Подойдешь ближе, и ветерок доносит тонкий, сладковатый аромат. Нынче, правда, недолго «моим» ранеткам было стоять одним в нарядах — зацвели дружно и повсюду. Люблю это время, когда листья нежно-зеленые, когда зацветают ранетки.
* * *
На Левом берегу разбирают деревянный дом. Выбиты стекла, болезненно прогнулась полуразобранная крыша. Отжил свое старина. Остался один деревянный жилой дом — через дорогу. А было, если считать клуб Левого берега напротив здания бывшего ВД-30, дай бог памяти, три деревянных дома. Клуб вспыхнул темной ночью, один из жилых домов разобрали, остался один. И он, видимо, долго не протянет. Хорошо бы сохранить здание бывшего ВД-30. Его, мы говорили, в свое время отмечали как пример деревянного зодчества Сибири. Своего рода раритет, очень оживляющий пейзаж Левого берега. Потеряем — глазу скучно будет. А город жив деталями, всякими милыми штучками, которыми обставляется. Хотя мне лично не шибко по душе пластиковые окна в этом деревянном сооружении, но оно, я убежден, должно сохраниться.
* * *
Завтра празднуют свой день пограничники. Бравые ребята, зеленые фуражки. Правда, напиваются порой, как сапожники. Вот интересно, почему в свой праздник космонавты не купаются в фонтанах, напялив на голову космические шлемы, не пытаются начистить кому-нибудь не понравившееся лицо? А ведь у них там целый отряд…
* * *
Звонок в редакцию женщины, работающей рядом с ГАИ. Сердобольная, она печалится о тех, кто стоит в многочасовых очередях без туалета. «Как же так можно относиться к людям?» — спрашивает она. И не она первая — вопрос задавался неоднократно. Все без ответа. Говорят, что на Орджоникидзе собираются строить новое здание ГАИ — старое не справляется. Может, там подумают об удобствах для людей, вынужденных маяться по заугольям, соседним конторам, оторвавшись от очереди. А ведь не мелочи все это, не мелочи. Как театр начинается с вешалки, так и любое присутственное место, наверное, должно начинаться с туалета.
* * *
Хотя сегодня не хочется о грустном. Дамские пупки, украшенные всякими финтифлюшками и без оных. Кому идет, кому нет. Но, видно, всем (дамам, естественно) хочется слегка приоткрыть животы, ноги. Такое невинное весеннее легкомыслие.