Не забыты!

Считают, что родные ждут и разыскивают своих невернувшихся солдат с момента окончания Великой Отечественной войны. Нет, они ждут их с тех 1939-1940 годов, когда Красная армия только начала боевые действия на Халхин-Голе, в Польше и Финляндии. Уже тогда похоронки и извещения о пропавших без вести шли потоком. Затем — миллионы погибших в 1941-1945 годах… «Мы за ценой не постоим!..» Но была Великая Победа! А Отечественная война не закончилась до сих пор. Она будет греметь, полыхать и тлеть, пока живы на этом свете «дети войны», дети павших безвозвратно и искалеченных отцов, пришедших с фронта, но вскоре умерших от полученных ран. Не закончится она, пока жива память о тех, кто устилал своими телами необозримые степи, леса, овраги и болота от западных границ до Волги и обратно — от Волги до Эльбы…Вот только один бой немного к западу от Киева, у города Брусилова, при наступательных прорывах Красной армии в 1943 году. Офицер немецкого Генерального штаба, специалист по танковым тактическим операциям, пишет: «Кольцо вокруг наступавших русских замкнулось. Осталось лишь уничтожить войска внутри кольца. К 24 ноября мы взяли множество пленных, а также 153 танка, 70 полевых орудий и 250 противотанковых пушек. Поле боя устилали тела трех тысяч погибших русских солдат и офицеров». (Ф.В. фон Меллентин. Танковые сражения. 2005). А что было в трагичные 1941-1942 годы при отступлении до Москвы и Сталинграда?.. Из шести миллионов красноармейцев, попавших в плен за годы войны, 4 миллиона умерло в германском плену. Их могилы, похоже, не найти никогда…
Шестьдесят лет моя жена считала, что ее отец Санников Михаил Михайлович погиб где-то на Дальнем Востоке. И только запрос в Центральный архив Министерства обороны показал совсем иное: ее отец скончался от тяжелых ран в полевом госпитале 30 апреля 1945 года и похоронен в Германии. Теперь она знает, где могила отца.
По тому же адресу я запросил сведения о своем дяде по материнской линии Червове Спиридоне Кузьмиче. Он был призван из села Журавлево Кемеровской области Титовским военкоматом. Моя бабушка Червова Степанида Осиповна отправила на фронт четырех сыновей: Ивана, Григория, Тимофея и Спиридона. Трое вернулись, а самый младший — Спиридон пропал без вести. Сильно убивалась бабушка Степанида по нему. Была у солдата невеста, тоже из нашего села Журавлево. Помню, где-то в 1947 году пришла она «отпрашиваться». «Больше ждать не могу, он не вернется. Меня сватают, я выйду замуж…» Бабушке — матери Спиридона — горько было слышать эти слова, они звучали приговором. Но она ждала сына до последнего дня. Перед своей смертью в марте 1952 года она попросила меня найти хоть какие-то сведения о Спиридоне.
Ответ из Центрального архива Министерства обороны РФ (142100, г. Подольск Московской обл.) гласил: «По документам учета безвозвратных потерь сержантов и солдат СА установлено, что рядовой Червов Спиридон Кузьмич, 1921 года рождения, уроженец Кемеровской области, с. Журавлево, пропал без вести в ноябре 1941 года. В какой воинской части проходил службу, где и при каких обстоятельствах пропал без вести, сведений нет. Сложная обстановка на фронтах Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. не позволяла точно установить судьбу некоторых военнослужащих, поэтому они были учтены пропавшими без вести».
Где место гибели, совсем не захоронен он или опущен в братскую могилу? Не успокоившись, я написал в Российский государственный военный архив (125212, Москва, ул. Адмирала Макарова, 29). Ответ: «Сообщаем, что в РГВА за период Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. хранятся только документы частей войск НКВД. Документы частей Красной армии с 1941 г. хранятся в ЦАМО РФ, г. Подольск. Видимо, Червов С.К. проходил службу в войсках Красной армии. В неполных учетных документах РГВД на граждан, находившихся в годы Второй мировой войны в концлагерях, гетто, лагерях военнопленных, а также на работах в Германии и оккупированных ею странах, Червов С.К. не значится». Даже это уже хорошо! «Пропал без вести» означало тогда: добровольно сдался в плен, дезертировал, изменник Родины. Вот такой навешивали позорный ярлык. В плен не сдаваться, только смерть!.. Такого не было ни в одной армии мира, кроме еще японской, с такими же камикадзе.
В третий раз я сделал запрос в группу «Поиск»: 393776, г. Мичуринск Тамбовской обл., ОС-16, абонементный ящик N 31. Вместе с письмом вложил чистый конверт. Ответ пришел очень быстро: «Получили ваше письмо с просьбой о розыске вашего дяди Червова Спиридона Кузьмича и заверяем, что сделаем все возможное, все, что в наших силах, чтобы прояснить его судьбу. Если только в военном архиве сохранились о нем документы, мы узнаем, в каком бою он погиб и где его могила. Но в любом случае доброй памятью о вашем дяде будет наша Книга Славы и Памяти. Группа «Поиск» и ее руководитель Василий Григорьевич Мединский. Город Мичуринск Тамбовской области».
Группа «Поиск» дает советы людям, которые ищут своих воинов, куда обращаться за сведениями. Это прежде всего краевые и областные государственные архивы. Военные архивы в Подольске, Пушкине, Омске, Гатчине, Ленинградский музей военно-медицинских документов. А еще есть Мемориалы павших воинов на Мамаевом Кургане в Сталинграде, на Пискаревском кладбище в Ленинграде и в Москве на Поклонной горе, где бережно хранятся и постоянно пополняются банки данных на миллионы погибших и пропавших без вести солдат и офицеров Красной армии. И есть еще архивы КГБ в Омске, где пылятся на полках документы бывших фильтр-лагерей СССР, через которые прошли все узники концлагерей. Это надо знать всем, кто ищет пропавших, вернее, погибших за Родину солдат.
Сейчас ищут даже внуки и правнуки погибших солдат и офицеров. Внукам уже не нужны справки для пособий за потерю кормильца или начисление льготной пенсии, как о том до сих пор просят дети погибших отцов. Внуки хотят знать, в каких боях участвовали их предки, были ли награждены орденами и медалями и можно ли получить из архива их наградные документы для родословной их семьи и рода.