О «преимущественном праве»

В прессе сообщается, что комиссионер НХЛ Гэри Бэттмен дал инструкцию хозяевам заокеанских клубов не приглашать российских игроков, если у них есть договор с клубом суперлиги.В пресловутой «инструкции Бэттмена» говорится, что обратное возможно в том случае, если игрок (или его агент) докажет, что его контракт в суперлиге не действует. А он, игрок, сможет легко доказать в суде США или Канады, что этак лет в 16 его просто заставили подписать контракт — иначе он не мог бы играть в суперлиге.
И что это будет именно так, достаточно взглянуть на Регламент российской Профессиональной лиги.
Вкратце и вольном переложении интересующие нас выдержки звучат так.
Контракт с клубом НХЛ может заключить игрок, достигший 16-ти лет.
Выпускники ДЮСШ обязаны заключать первый контракт с хоккейным клубом, куда входит ДЮСШ. Первый контракт заключается сроком на пять лет. После чего клуб получает преимущественное право на игрока, который обязан заключить новый контракт на 3 года. Если клуб предложит в письменной форме 30-процентную надбавку к его совокупному доходу за пятый последний год истекающего контракта. Это для суперлиги.
Десятипроцентная надбавка для игрока клуба высшей лиги немного приоткрывает порядок цифр — сказано: не менее 30 000 долларов в год.
Не кажется ли вам, что слова «преимущественное право» имели некогда другое звучание: крепостное право? Российским хоккейным фукционерам не кажется. Правда не всем. Председатель профсоюза игроков Анатолий Бардин именно так и считает: слова «крепостное право» — его: «Игрок подписывает копеечный контракт, который свяжет его на восемь(!) лет.»
Правда и то, что Профессиональная хоккейная лига этот профсоюз пока не признала. Так что можно сказать это частное мнение Бардина.
Кстати, вице-президент ПХЛ Владимир Шалаев признает, что доказывать «давление» и не нужно: «Разорвать контракт можно элементарно, без пафосных заходов о принуждении». Так что — читайте Регламент.
Любопытно, что он, Шалаев, криво относится к «бунту на корабле» в виде профсоюза игроков: «Я не знаю такого профсоюза и кто им руководит. Никаких юридических отношений с этими людьми поддерживать не будем». Почему? Потому что, мол, профсоюз может иметь дело только с объединением работодателей в лице клубов НХЛ, а такого не имеется в наличии.
И, похоже, создавать его не будут. Если, конечно, это не заставит сделать профсоюз игроков. Правда, чтобы сделать боевой профсоюз, надо сплотить хоккеистов, готовых защищать свои права. Найдутся ли таковые в стране, где настоящих профсоюзов не было никогда? События приобретают очень любопытный оборот.
Таким образом компенсацию за российских игроков, уехавших в НХЛ, никто платить не собирается. И не будет. Но конфликт с НХЛ, предлагавшей нам умеренные компенсации, вдруг обнаружил, что мы не в ладах с законом. Точнее, пишем законы для чиновников, а не для людей, которые обязаны по ним жить.