А по Сеньке ли шапка?
Известно, что короля играет его свита. Насколько приближенные славят своего властелина, настолько и он проникается собственным величием. Применительно к нашему случаю можно сказать так: столицу играет ее население. Насколько жители города, претендующего на столичность, возвышают его своим трудом, отношением, куражом, наконец, настолько этот город и будет иметь столичный лоск. И деньги с госучреждениями тут, думается, ни при чем. Столичность, как порода, или она есть, или ее нет. Не зря существует поговорка «как корове седло». Лощади, особенно породистой, седло, если можно так выразиться, «к лицу». Корову оно делает смешной.Когда я служил в армии, жителя столичного града Москвы среди прочих служивых можно было определить сразу. Был у них особый какой-то гонор. И хорошо, если нос задирал житель самой Москвы, пусть и не бывавший ни разу в своих знаменитых музеях, театрах и дворцах спорта, что коренным москвичам очень присуще. Ладно, думалось, гордись, коль ты москвич. А то ведь и жители Московской области, выходцы из глухих деревень, в которых из культурных объектов — школа-восьмилетка, приспособленная под клуб церквушка да сельпо, и те норовили выпятить грудь: «Мы — москвичи».
Мы, жители крупных сибирских городов, говорили им: «Какие вы москвичи? Вы же кроме сельского клуба ничего не видели!» Но нет. У них Москва была под боком, жили они в Московской области, а это, как сейчас говорят, — фирма. Товарный знак. Порода.
К чему я об этом вспоминаю? Вот мы сейчас убеждаем друг друга в том, что если какому из городов и быть столицей объединенного Южно-Сибирского края, то никак не Кемерову, а только Новокузнецку. (Что интересно, Барнаул в качестве претендента даже и не рассматривается, что алтайцам может показаться обидным). Мол, Кемерово — это выскочка с неизвестно какими заслугами, зато Новокузнецк — весь заслуженный-перезаслуженный, много зарабатывает, и происхождение у него еще то — дореволюционное. Все это так, но давайте спросим себя: а ощущаем ли мы в себе этот столичный кураж, столичную гордость и даже в некоторой степени столичную спесь?
Ведь не ощущаем же. Я по себе это вижу. Вот пример. Сижу я как-то утром на кухне, завтракаю. Слышу, за окном что-то жирно шлепается об асфальт. Выглядываю: лежит на тротуаре целлофановый мешок с кухонными отбросами. Это недавно переехавшая из сельского пригорода соседка решила таким образом проблему отсутствия в доме (пятиэтажка) мусоропровода. И вот я сижу себе и по-интеллигентски рассуждаю, как мне поступить. Пойти к ней и вежливо сказать, что воспитанные люди так не делают, — не поймет. Наорать, мол, ты чего себе позволяешь, такая-сякая?! Не на свалке живешь! — не могу в силу собственной интеллигентности. Объявить веско и твердо, что это приличный город, в котором люди подчиняются правилам приличия, тоже не могу, не приучен. Нет во мне той аристократической безапелляционности, которая помогает недовоспитанных людей подчинять правилам приличия, даже если они не понимают, зачем это нужно.
Не понимают у нас, кстати, зачем нужно подчиняться правилам приличного поведения, очень и очень многие люди. Возможно, даже половина населения. Эта половина засыпает город мусором, пьет пиво и сквернословит в общественных местах, разъезжает на автомобилях по газонам, детским площадкам и тротуарам, губит окружающую природу, включает по ночам громкую музыку, нарушает законы и правила и вообще делает все, чтобы город как можно меньше походил на столицу (пусть даже «южную столицу Кузбасса», как у нас любят говорить), а напоминал что-то среднее между диким поселением и заштатным провинциальным городком.
Я знаю, другая половина новокузнечан всего этого безобразия не совершает. Эта другая половина состоит из хороших, вежливых, уважительных людей, которые не выгуливают своих собак на детских песочницах, не сморкаются на пол в общественных заведениях и не говорят громко по мобильным телефонам во время театрального спектакля.
И живи у нас в городе только такие люди, проблемы с определением столицы никогда бы и не возникало. Кемеровчане сами бы обратились к нам с просьбой взвалить на себя бремя представительности перед московским начальством, иностранными гостями и обменными делегациями школьников.
Но в том-то и дело, что хороших и правильных людей у нас немного — всего половина. А какая вторая половина — мы уже сказали. И правильные новокузнечане, не ощущая в себе столичного гонора за свою особенность, не рвутся перевоспитать новокузнечан других. Даже замечания порой стесняются сделать. Хорошо, есть такая общегородская жилетка под названием газета «Кузнецкий рабочий», в которую можно поплакаться, практически не опасаясь, что тебе откажут в сочувствии. Но этого для обретения столичного уровня, согласитесь, мало.
Что же делать, если столицей стать хочется, а показателей для этого маловато? Я думаю, нам надо попробовать изменить себя и свое отношение к городу. Избавиться от мусора. Никакой город, населенный людьми, претендующими на столичность, не может считать себя достойным этой чести до тех пор, пока мусор чувствует себя на его улицах и дворах так же вольготно, как на городской свалке. Никогда люди, швыряющие не задумываясь на асфальт свои отбросы, не могут рассчитывать на статус столичных жителей. Столица, как мы уже говорили, — это фирма, порода, настоящий столичный житель скорее съест окурок, чем бросит его на чистоубранный тротуар, если рядом нет урны. (Хотя в столице урны всегда есть).
И еще нужно начать уважать друг друга. Ведь как у нас бывает: идет по тротуару старушка, а за ней едет (по тротуару же) могучий «Лэндровер» и мощно гудит, требуя уступить ему дорогу. У него на этот тротуар выходит дверь офиса, и он привык парковаться у любимого крыльца. В столицах так не бывает. Если не приведи господь в столицах так все же случается (переехал, скажем, молодой бизнесмен из провинции и еще не выучил наизусть столичных правил поведения), из кустов, из-под земли, из внезапно приземлившейся летающей тарелки, как черти из табакерки, выскакивают сотрудники ГАИ, берут нарушителя под белые ручки и выписывают ему такое наказание, что он до смерти зарекается не то что выезжать на тротуар, но и даже думать о нем пока за рулем.
Ну и так далее, и тому подобное. Вот что такое столица.
А взять и просто столичную вывеску перевесить с Кемерова на Новокузнецк — этого мало. Даже если в придачу к вывеске вернуть нам все честно заработанные деньги и позволить тратить их так, как нам вздумается. Ведь на что мы их можем пустить? На ремонт школ? На создание университета? На строительство нового театра кукол? На создание парков и скверов? На организацию памятников, реконструкцию исторических зданий и открытие мемориальных зон?
А может быть, мы начнем строить дешевое жилье для молодых, откроем для них новые рабочие места и вернем малышам отнятые у них когда-то детские садики? Начнем развивать науку, культуру, образование, а заботу о своем будущем сделаем главной задачей?
Если мы сможем так поступить, тогда да, думаю, мы будем достойны столичного звания. А если пустим все деньги на развлечения, на показуху да на обогащение одних в ущерб другим — тогда о столичности нужно забыть.
Тогда мы будем ничем не лучше тех самых кичливых городов-выскочек, вроде того, с которым сейчас соревнуемся за высокое звание столицы.
