Торгуют мальчики, торгуют девочки…

В марте прошлого года был введен в действие федеральный закон, который исключил уголовную ответственность за незаконное приобретение, хранение в целях сбыта наркотических средств или психотропных веществ массой менее крупного размера. Было изменено и понятие крупного размера. Это привело к тому, что люди, употребляющие наркотики, стали приобретать свои разовые дозы уже без оглядки на работников милиции. По моему глубокому убеждению, принятие нового закона загнало проблему наркомании внутрь, а наркоманы продолжают оставаться потенциальными преступниками…
Хотя нет худа без добра. Усилия милиции теперь направлены на выявление наркосбытчиков, которые находят все более изощренные способы ведения своего преступного бизнеса.Наиболее распространенный вид торговли — привлечение подростков в возрасте от 12 до 16 лет. Почему именно этот возраст? Да потому, что уголовная ответственность за сбыт наркотиков наступает с 16 лет. Наркодилеры договариваются с ребятами о продаже зелья, объясняя им, что «за это ничего не будет», и обещают 100 рублей — оплату за «работу». И подростки торгуют. Торгуют в подъездах, на улице, на территории детских садов и школ. Причем такой «подработкой» не брезгуют и дети из вполне благополучных семей, в том числе и из материально обеспеченных. Дети, зарекомендовавшие себя только положительно. Торгуют мальчики и девочки, братья и сестры…
К счастью, хитрость не всегда позволяет избежать ответственности. Новоильинским судом 17-летний Попов (фамилии несовершеннолетних изменены) осужден к трем годам лишения свободы. В районе железнодорожного вокзала он приобрел марихуану, расфасовал ее по пакетикам и передал для продажи двенадцатилетнему Копылову, при этом пообещав ему «за работу» 100 рублей. Копылов сбыл один пакетик, но тут же был задержан. У него оказалось при себе еще пять пакетиков. Суд учел все смягчающие обстоятельства и назначил Попову наказание условное.
Несовершеннолетние девушки Дутова и Сомова, купив в районе Форштадта опий, ангидрид уксусной кислоты и таблетки нитрозепам, решили, что более безопасно будет, если одна будет торговать опием, а вторая — ангидридом и таблетками. Однако просчитались. После того как они реализовали наркотики, их задержали. Девушкам было предъявлено обвинение в сбыте наркотических средств и сильнодействующих веществ в крупном размере по предварительному сговору. Судом Сомова осуждена к условной мере наказания, а Дутовой, поскольку она совершила преступление в период испытательного срока, по совокупности приговоров было назначено три года один месяц лишения свободы в колонии общего режима.
Распространителями зелья становятся и молодые мамы. Двадцатитрехлетняя Елена Кулемина, дочери которой едва исполнилось три года, решила пополнить семейный бюджет за счет торговли наркотиками. Закупив у цыганки на Форштадте опий и ангидрид уксусной кислоты, она дома все это расфасовала в удобную для сбыта упаковку, а потом отправилась торговать в березовую рощу неподалеку от Новоильинского района, надеясь, что милиция там ее не найдет. Но она просчиталась. Кулемина была задержана и осуждена к реальному лишению свободы.
Решая вопрос о наказании, суд абсолютно по каждому делу индивидуально подходит к личности подсудимого. При этом учитывает все обстоятельства, как смягчающие, так и отягчающие, и если есть возможность, то дает шанс на исправление без лишения свободы. Например, так было с другой молодой женщиной — двадцатилетней Первушиной.
13 августа 2004 года она была осуждена за сбыт наркотиков к пяти годам лишения свободы условно. Однако ею не был использован этот шанс на исправление. Буквально через две недели она вновь вышла на «промысел» в ту же березовую рощу и была задержана. Наркотики, изъятые у Первушиной, были направлены на исследование в химическую лабораторию, а сама женщина была отпущена до получения его результатов, но через три дня она уже сбывала наркотики на территории школы N 36 одному из учеников. Потом в суде Первушина пояснила, что с первой закупки у нее остались наркотики, они стоят денег — не пропадать же добру. Но подобная расчетливость сильно Первушину подвела: пять с половиной лет она должна провести в колонии.
Освободившись условно-досрочно за хорошее поведение из колонии, где он отбывал наказание за грабеж, Белканов занялся сбытом наркотиков. Для этого он облюбовал рощу неподалеку от ПАТП‑4. К сожалению, ни следствию, ни суду происхождение наркотиков у Белканова выяснить не удалось — назвать поставщика он отказался. В ходе предварительного следствия и в суде он отрицал свою причастность к сбыту, поясняя, что в роще он оказался случайно и наркотики, которые были обнаружены при нем, он не продавал, а купил. Но доказательства были неопровержимы, Белканов был осужден к четырем годам лишения свободы. С учетом неотбытого по предыдущему приговору наказания ему было назначено четыре года девять месяцев лишения свободы в колонии строгого режима.
Конечно, эти примеры единичные — трудно дается борьба со сбытчиками наркотиков, но она ведется, и это обнадеживает.