Нары для правозащитника

28 мая нынешнего года криминальный бомонд камеры предварительного задержания Куйбышевского райотдела милиции, именующейся еще в народе крысятником, был приятно удивлен. Милиционер ввел и предложил удобно располагаться представительному мужчине в модной рубашке и штиблетах. Пожилой бомж с фиолетовым синяком под глазом, собиравшийся смачно плюнуть в угол, только икнул и вытер рот замусоленным рукавом. Глупо хихикнул карманный воришка. Милиционер сочувственно пожал плечами и затворил дверь.С еще большим изумлением задержанного, а это был известный новокузнецкий адвокат Андрей Федоренко, встретили на другое утро в спецприемнике. «Е-мое, — глянув в постановление об аресте, не сдержался принимающий милиционер, — десять суток. За что?!»
Начались камерные будни. По утрам суточники ходили в кафе «Встреча» за пропитанием: ведром каши, ведром супа, мешком хлеба. Каждый питомец спецприемника получал в день порцию супа, каши, рыбную котлету, буханку хлеба и почему-то тарелку чаю. Потом следовал наряд на работу. «Операцию «Ы» помните? Мясокомбинат… Мы! — шаг вперед… нарядов на сегодня не прислал», — с юмором вспоминает сейчас Федоренко.
Тогда же было не до смеха. Однажды его тоже послали за харчами в кафе. Здесь, недалеко от своего офиса, он раньше обедал. Вот бы персонал удивился, узнав респектабельного недавно адвоката в небритом зэке. Федоренко упросил напарника одного получить дневной паек. Но, в общем, команда спецприемника отнеслась к нему с сочувствием. Бомжи дали ему прозвище «адвокат» и старались беречь его чувства, не слишком распространяясь о своих похождениях.
От пищи Федоренко отказался сразу и все десять суток пил лишь сок, который носила жена. Оставил на нарах 7 килограммов.
Но как же произошло, что молодой удачливый адвокат, с успехом защищавший своих клиентов, председатель «Общественной организации по защите прав потребителей, вкладчиков и акционеров», недавний кандидат в депутаты областного Совета народных депутатов, Андрей Федоренко оказался в одной камере с бомжами и уголовниками? А вот. Не зря есть в России поговорка: от сумы и от тюрьмы не зарекайся. Особенно, конечно, в России, которую ни умом не понять, ни законом общим не измерить.
Дело было так. Андрей Федоренко защищал в Куйбышевском суде интересы покупательницы из Осинников Любови Наумовой. Та купила на нашем крытом рынке пару бракованных зимних сапог, а поскольку найти справедливости сразу не смогла (на торговом павильоне не было данных торговца, а администрация рынка в помощи отказала), то обратилась за содействием к Федоренко. Иск о возврате денег недобросовестным торговцем пошел в суд, и тут между адвокатом и судом возникла первая распря. Мировой судья Ольга Чередниченко предложила Андрею Федоренко самому узнать фамилию торговца, а тот, памятуя о сложностях, обычно в таких случаях возникающих, считал, что по судебному запросу эти данные придут гораздо быстрее.
В итоге судья отправила запрос, и торговец, им оказался некий Зейнал Газиев, был найден. Он предложил закончить дело миром, то есть вернуть покупательнице ее две с половиной тысячи и закрыть иск. Истица этим предложением удовлетворилась, но возникла новая проблема: кто оплатит судебные издержки? Сумма эта ни много ни мало составила 3550 рублей. Согласно статье 101 Гражданско-процессуального кодекса РФ в случаях, подобных происшедшему, судебные расходы оплачивает ответчик, то есть торговец. С ходатайством обязать его сделать это Федоренко и обратился к мировому судье Чередниченко. Но та в удовлетворении ходатайства отказала, посчитав, что истец не исполнил определение суда в исправлении недостатков искового заявления.
С этим уже не согласился Федоренко. И написал жалобу председателю Куйбышевского суда с просьбой разобраться в ситуации и обязать мирового судью Чередниченко все-таки рассмотреть исковое заявление. Председатель Куйбышевского суда рассмотрел жалобу Федоренко и передал дело федеральному судье Галине Частной. И вот тут-то и возникло то, с чего мы начали наше повествование. Распря переросла в конфликт, конфликт породил арест, а в итоге Федоренко оказался в камере спецприемника.
С федеральным судьей Галиной Частной Андрей Федоренко уже конфликтовал год назад. Тогда, по его оценке, федеральный судья Частная мало способствовала нормальному ходу процесса. Но его тогдашние жалобы в Кемеровский облсуд удовлетворены не были. И вот — новая встреча.
Очевидно, она была столь мало полезной для обеих сторон, что через весьма короткое время адвокат Федоренко заявил федеральному судье Частной отвод и вознамерился покинуть место встречи, а федеральный судья Частная велела судебному приставу задержать его и, не сходя с места, написала постановление об аресте Федоренко на десять суток. Что вменялось в вину адвокату? «Федеральный судья, — сказано в постановлении, — установил, что Федоренко… оказывал давление на судью, угрожая заявлением отвода, а в случае его неприятия угрожал написанием кляузных жалоб председателю суда, в квалификационную коллегию, другие места, что он делал и раньше… Оскорбил весь Куйбышевский суд, пояснив, что в нем черт что творится»…
Эти обвинения особенно удивили адвоката Федоренко, поскольку он почти наизусть знал, что согласно статье 35 ГПК «лица, участвующие в суде, имеют право… заявлять отводы… задавать вопросы… заявлять ходатайства… обжаловать судебные постановления…»
Но… пришел судебный пристав, пришел милиционер, и вскоре Федоренко уже сидел в камере Куйбышевского райотдела. Что называется: вот так сходил в суд.
Выйдя из спецприемника, Андрей Федоренко разослал жалобы во все надзорные организации, президенту и Генеральному прокурору России. От них уже пришли уведомления о получении его жалоб. Коллеги-адвокаты с большим интересом следят за ходом тяжбы и всячески поддерживают Федоренко: они всерьез опасаются, что если Федоренко не победит сейчас, то и их положение чрезвычайно усложнится. А новокузнецкие судьи только качают головами: случай беспрецедентный.
Сам Федоренко спустя месяц после отсидки выглядит вполне бодро. Если его и хотели запугать, говорит он, то ничего из этого не вышло. Не испугался. А вот опыт приобрел. Он, как мы уже однажды писали, планирует в будущем стать высоким должностным лицом. И в этом случае знание того, как живется народу, будет ему весьма полезным.
Такая вот история. Чем она еще завершится?