Присяжные решили: «Виновны!»

На прошлой неделе впервые в нашем городе подсудимые были признаны виновными в преступлениях вердиктом присяжных заседателей. В постоянной сессии облсуда в Новокузнецке вынесен приговор двум наркоманам по делу об убийстве их соседки, её 14-летнего сына-инвалида и краже принадлежащего погибшим имущества.Тела Натальи Крамаровой и её сына Саши были обнаружены в их квартире в доме на улице Дружбы в конце октября прошлого года. У женщины судмедэксперт насчитал 34 ножевых ранения, подросток был задушен. Вскоре оперативники первого отдела милиции задержали соседей погибших — 24-летнюю Оксану Солодникову и её 29-летнего сожителя Алексея Соломкина.
В ходе следствия Солодникова заявила о своем желании предстать не перед обычным составом суда с двумя народными заседателями, а перед судом с присяжными заседателями. Позже на предварительном судебном заседании о том же ходатайствовал и Соломкин.
Вот что представляют собой люди, видимо, надеявшиеся на снисхождение присяжных заседателей. Оба привлекались к уголовной ответственности по четыре раза: кражи, грабежи, хулиганство, наркотики. Обоим эксперты-наркологи поставили диагноз: опийная наркомания. Оба, как написано в приговоре, «ведут паразитический образ жизни». После двойного убийства прокуратура направила их на экспертизу к психиатрам, и вот что написали в своих заключениях врачи. Про Соломкина: «Особо за свои деяния не переживает, относится к этому с беспечностью и хладнокровием». Про Солодникову: «К своему образу жизни относится абсолютно спокойно, выдавая его за норму для себя».
Присяжные заседатели, в отличие от молчаливых народных заседателей, приятно поразили участников процесса своей активностью: задавали вопросы, вникали в детали…
Еще на следствии Солодникова выставляла себя чуть ли не жертвой: мол, Крамарова обвинила её в краже золотого кольца и при этом набросилась с ножом. Но вердиктом присяжных заседателей было признано, что угроза нападения на Солодникову отсутствовала, в её действиях нет необходимой обороны, подсудимая убивала не в состоянии аффекта. В итоге присяжные, согласившись в этой части с обвинением, признали Оксану Солодникову виновной в убийстве Натальи Крамаровой с особой жестокостью — в присутствии ее сына.
Соломкина признали виновным в краже. Узнав от Солодниковой об убийстве соседки, он пошел в квартиру погибшей. Тело женщины лежало в коридоре так, что обойти его было непросто. И он не раз перешагивал через труп, когда тащил из квартиры телевизор, ковер, дешевую магнитолу, одежду, пять комплектов постельных принадлежностей, вазы, бокалы, рюмки… Вещи они продали за бесценок, деньги тут же обменяли на Форштадте на опий и вскоре забылись в сладком дурмане.
В суде Солодникова и не отрицала, что била ножом Крамарову, а Соломкин — что крал. Но оба они клялись, что не убивали её сына и валили вину в смерти мальчика друг на друга. Здесь важно уточнить, что следователь прокуратуры предъявил обвинение в убийстве 14-летнего Саши Соломкину. И если бы это уголовное дело рассматривали судья и народные заседатели, Солодниковой по этому эпизоду ничего бы не грозило — обычный состав суда не может выйти за рамки обвинения. Но Солодникова сама попросила присяжных заседателей, не связанных таким правилом.
Присяжные заседатели пришли к выводу, что обвиняемые задушили мальчика вдвоем. В итоге Солодникова была признана виновной в убийстве, совершенном неоднократно, а оба подсудимых — в убийстве группой лиц по предварительному сговору с целью скрыть другое преступление. А за два преступления и за групповое, известно, больше дают.
Солодникова и Соломкин, как мне кажется, развращены подчас странным милосердием нашего правосудия. Они совершали новые преступления в течение непродолжительного срока после освобождения из колонии, после применения акта амнистии или еще не отбыв наказание за предыдущее преступление (в период прохождения назначенного судом испытательного срока). Но суд с народными заседателями, словно заколдованный, вновь и вновь выносил им условные наказания с испытательным сроком. А тут суд присяжных заседателей, известный своей гуманностью, придирчивостью к качеству доказательств, массой оправдательных приговоров. Похоже, подсудимые надеялись, что пронесет и сейчас. Но присяжные заседатели не дали себя одурачить.
При этом не могу упрекнуть суд с присяжными заседателями в обвинительном уклоне. К примеру, на основании вердикта присяжных, Соломкин был оправдан по обвинению в хищении паспорта и других важных документов Крамаровой: взяв в квартире её сумочку, он позже обнаружил там документы, умысла украсть их у него не было. Кроме того, из обвинения Соломкину в краже был исключен квалифицирующий признак «как лицом два раза судимым за хищение», так как Соломкин был освобожден от наказания за хищения по амнистии и юридически считается за это несудимым.
Солодниковой с учетом частично присоединенных наказаний по двум предыдущим приговорам облсуд отмерил 17 лет лишения свободы. Соломкину с тем же учетом — 15. Обоим — в исправительной колонии строгого режима. Кроме того, подсудимым назначили принудительное наблюдение и лечение у психиатра.