«Тяжела ты, шапка Мономаха, без тебя, однако ж, тяжелей!»
В шутах есть что-то от мудрецов — пусть чуть-чуть, на понюшку табака. Госдума сурово осудила попытку пролетарского политика-самородка Василия Шандыбина послать послание президента Федеральному Собранию и на месяц отлучила от микрофона. Потерялся Шандыбин, долго бродил меж фракциями с немым укором. И сжалился собрат по цеху Владимир Жириновский, отвел мальца в сторону и долго толковал перед телекамерами, в чем оступился рабочий трибун. Вольфыч сравнил Федеральное Собрание со свадьбой, а Путина, соответственно, с невестой. И разве хорошо, если на свадьбе какой-нибудь парень встанет и начнет бесчестить молодую, вспоминая ее грехи?!- Ну, можно в день свадьбы про девочку ничего не говорить?
Мы не услышали ответ Василия Иваныча. Наверное, он сказал что-то вроде «Она сама первая начала!»
Потому что в тот день Владимир Владимирович действительно в послании позволил себе весьма едкую реплику в адрес депутатов-коммунистов: «Те, кто не стесняется публично называть предпринимателей не иначе как «грабителями» и «кровопийцами», беззастенчиво лоббируют интересы крупных компаний».
Фраза странная для ежегодного послания. Резкая, эмоциональная. И в то же время необычайно двусмысленная. Вроде бы и предпринимателей нехорошо называть грабителями, однако ж и лоббировать их интересы — последнее дело, потому как все-таки они кровопийцы. Неимущий электорат увидит в этом осуждение непоследовательности и продажности коммунистических лидеров и поймет, кто настоящий защитник их интересов. Бизнесмены расценят эту фразу как критику коммунистической идеологии и тоже сделают правильный выбор…
Ежегодное послание фактически трансформировалось в предвыборное. И похоже, тактика предвыборной борьбы та же, что у «Единой России» — отобрать у левой оппозиции ее лозунги. Без особых последствий для реальной политики. Ну и что из того, что президент формирует правительство? Неужели ж отдать эту благодатную тему — критику правительства — на растерзание коммунистам? А удвоение валового внутреннего продукта за десять лет — «задача вполне реалистичная, хотя и чрезвычайно сложная» живо напомнила хрущевское «догнать и перегнать», андроповское «ускорение» и горбачевскую «перестройку». А также раннего Путина с рассуждениями, как настич Францию и Португалию.
В послании, кстати, не говорится, как это сделать, какие шаги предпринять хотя бы в ближайший год. Ясно только, что «удвоение» — своего рода идеологическая база для смены «неамбициозного» правительства Касьянова. Это очень необходимо для победы на выборах, но, похоже, и только.
В речи президента, как уже заметили иностранные обозреватели, нет ключевого слова — слова «олигархи». Нет упоминания о людях, присвоивших национальные богатства и заставивших страну работать на себя. О продажных чиновниках, взимающих «административную ренту» говорится, а об их хозяевах — ни слова.
Не был ли отказ говорить о настоящих хозяевах обусловлен тем, что президент согласился: президентские кампании всегда являются сделками с Дьяволом? — рассуждает Джон Хелмер в «The Russian Journal». И предупреждает: «Однако помните то, что средневековые политики понимали лучше, чем теологи: цена платится на земле и сейчас, а не на небесах и потом».
Добавлю, что всегда платили за все мы, а не депутаты, министры и президент. И кажется, что счет уже подан: министр финансов России заявляет, что министерство не собирается ограничивать объемы внешних заимствований российских компаний, хотя заметил, что их рост настораживает Минфин. Еще бы не настораживал: уже сейчас некоторые крупные компании трудно назвать национальными, а что будет дальше, сможет ли государство сохранить хотя бы теоретическую возможность защищать интересы страны?