Постэпоха, время искателя

Увидев новую работу Игоря Смирнова, я не сразу поверила глазам своим. Да, в выставочном зале присутствуют картины, но, кроме того, стоит включенный телевизор, а у голубого экрана расставлены… деревянные пеньки. Такого в новокузнецком Художественном музее еще не было.Подхожу к картинам на стене. Вот девушка ликует: присмотрела себе на рынке платье. Паренек в ушанке ожидает, когда торговец отвесит ему сочный ломоть мяса, и его, бедолагу, тоже распирает от счастья…
«Эти две работы не мои, — поясняет автор выставки. — Они из фондов музея. Очень неплохие, добротные образцы соцреализма. Я хочу показать, что сегодня они не имеют смысла. Как и любое достижение искусства, вырванное из исторического контекста. А потому неинтересно. Зачем, например, писать пейзаж или портрет, если все высказывания в этих областях живописи были сделаны задолго до нас?»
Идею Смирнов не только декларировал, но и проиллюстрировал собственноручно. Античных богов изобразил вперемешку с теми же пеньками. Потому что все равно.
Вот как. А вы думали, шутка или, того хлеще, бессмысленный эпатаж? Но если вы так и не изменили мнения, можете распространить свой негатив на все актуальное искусство как явление мировой культуры. Приемы, художественные средства — все у Смирнова отсюда.
Вспомним Энди Уорхола. Однажды, когда этому парню надоело придумывать рекламные плакаты, он сделал карандашом два рисунка: на одном долларовые банкноты, на другом — банка супа из супермаркета. Выставил их в Нью-Йоркской галерее — и сразил наповал искусствоведов 60-х годов… Он же создал «золотую Мэрилин» — портрет Мэрилин Монро в технике шелкографии, пропитанный анилиновыми красками — наподобие близкого его сердцу рекламного плаката. И много-много сходных вещей. Был при жизни объявлен королем поп-арта, стал культовой фигурой номер один в актуальном искусстве. Можно по-разному относиться к Энди, но ему было что сказать современникам. Он умудрился придать американской массовой культуре романтический глянец, чем и заслужил вечную любовь своего тщеславного народа.
Игорь Смирнов пока не претендует на эпохальные открытия и широкую известность. Но он молод, убежден и бесстрашен. Художник по жизни, а не только и не столько по дипломам. Родился в Иркутске, там же окончил художественное училище, в Красноярске — художественный институт. Участвовал в нескольких выставках актуальной направленности в Красноярске. Когда приехал в Новокузнецк (по иркутским понятиям, пролетарский город средних размеров с минимальной прослойкой интеллигенции), единомышленники пригласили: оставайся у нас, продвигай искусство, прививай актуальные идеи на кузнецкой почве!
Уже два года Смирнов живет в Новокузнецке. Преподает в Новокузнецком училище искусств. Создал «Артшколу» — объединение юных и талантливых, которых сподвиг на свершения собственным примером. Вместе с «артшкольниками» организовал ряд эстетических акций. Однажды на фестивале современного искусства всем желающим раздали пепси-колу и попкорн — обливать и осыпать этими продуктами американского производства нескольких девушек, привязанных к стульям. Акция была направлена против политики США. Кому-то, возможно, памятен «оживший» летом прошлого года «цветок дружбы народов» у «Универбыта»: ребята в национальных костюмах стояли под ним, взявшись за руки.
А пеньки — это, конечно, метафора. Только в пеньки можем превратиться мы с вами в неблагополучной культурной атмосфере. «Дубовый» масскульт, воздействуя на умы, производит нечто по своему образу и подобию… Мысль не нова, однако, спору нет, актуальна. Уже где-то полвека длится эпоха постмодерна. Общество у нас постиндустриальное, взгляды — постсоветские, а искусство вот — постмодернистское… Какая-то мутная «постэпоха», без собственного лица.
«Прежние идеи в искусстве развенчаны, а новых еще нет,- говорил на открытии выставки культуролог Александр Жарких. — А потому, по большому счету, нет и новых шедевров. Художник сегодня должен самостоятельно искать идею — подлинную, высокую, без которой искусство невозможно. Игорь — один из тех, кто ищет».
Реакция городских художников и других зрителей на выставку оказалась неоднозначной. Кто-то очень возмутился, о чем и написал в книге отзывов. Кто-то горячо поддержал автора — например, искусствовед Татьяна Высоцкая. А я в очередной раз убедилась в том, что Смирнов знает, что делает. Даже когда кажется странным и противоречивым. Это его время — время искателя.