Долгая дорога к правосудию

Эту уголовно-судебную историю, начавшуюся довольно ординарной дракой, без преувеличения можно назвать уникальной, а ее финал — сенсационным. Уже признанным виновными в совершении уголовного преступления четверым молодым людям тем не менее удалось добиться оправдательного судебного решения. Хотя, казалось бы, у них не было никаких шансов, поскольку такому решению сопротивлялась вся правоохранительная система города и области.
О том, как эта история начиналась, «Кузнецкий рабочий» рассказал летом 1999 года.Это случилось 7 июля 1999 года в шестом часу утра в районе летнего кафе «Балтика», что на пересечении улиц Бардина и Кирова. Его владелец Магомед Оздоев собрался уходить. В это время к палатке очень кстати подъехал автомобиль, и племянник Магомеда Абубакар Оздоев попросил водителя отвезти своего родственника домой. Тот согласился. Магомед сел в салон машины вместе со своей знакомой Еленой Кондруцкой, которая попросила «подбросить» ее по дороге домой.
Тут к палатке подъехал автомобиль «Хундаи», в котором находились Вячеслав Ивков, А.Ратниченко и еще двое людей, мужчина и женщина. Между водителями двух машин завязался разговор. Он продолжался довольно долго, поэтому Магомед Оздоев спросил «своего» водителя, скоро ли они поедут. В ответ на это из иномарки послышалась брань, «оскорбительные, унижающие человеческое достоинство высказывания: «поедешь, когда разрешу; чурки обнаглели и т. п.» (из приговора Центрального районного суда от 3 декабря 2001 года). Водитель автомобиля, в котором находились М.Оздоев и Е.Кондруцкая, заявив, что ему проблемы не нужны, высадил несостоявшихся пассажиров и уехал.
В.Ивков и А.Ратниченко также вышли из иномарки. Между ними и М.Оздоевым завязалась перебранка. Заметив это, к ним подошел Абубакар Оздоев, которому также досталась «порция» оскорбительных высказываний. После этого мужчины прошли за палатку, где между ними произошла драка. Кроме них в драке на стороне Оздоевых участвовали также их товарищи Зяудин Пугоев и Тамерлан Евлоев. Так показали В.Ивков и А.Ратниченко, суд счел их аргументы убедительными. Но сам Т.Евлоев это последовательно отрицал, в чем его поддерживали свидетели Е.Кондруцкая и Н.Радостева.
Перипетии самой драки — кто с кем схватился, кто кого и как сильно ударил и т. д. — описывать не будем. Они так по-разному изложены конфликтующими сторонами и свидетелями, что можно запутаться и решить, что это два совершенно разных события.
В результате схватки В.Ивкову и А.Ратниченко были причинены телесные повреждения, квалифицируемые судом как легкий и средней тяжести вред здоровью.
Драка прекратилась после того, как на место происшествия прибыли проезжавшие мимо сотрудники ГИБДД. Тут В.Ивков вызвал по рации экипаж ОМОНа, который задержал Оздоевых и их товарищей (кстати, все они тогда были студентами новокузнецких вузов).
В районе 1-й горбольницы, как утверждает Магомед Оздоев, его высадили из милицейской машины и жестоко избили. Омоновцы это категорически отрицают. Они показывали на следствии и в суде, что заезжали в санпропускник 1-й горбольницы для оказания помощи В.Ивкову и А.Ратниченко, после чего отвезли задержанных в Центральный райотдел милиции.
В травмпункт 1-й горбольницы Магомед Оздоев смог обратиться лишь около 12 часов дня, где в журнале первичного приема был зафиксирован следующий диагноз: «Сотрясение головного мозга, гематома мягких тканей головы, ушиб мягких тканей лица, гематомы, ушиб левой ушной раковины. Ушиб грудной клетки слева. Ушиб, гематомы средней трети левого бедра. Закрытый перелом ладьевидной кости левой кисти».
М.Оздоев обратился с заявлением в прокуратуру Центрального района. Но уголовное дело по факту причинения сотрудниками ОМОНа вреда его здоровью было возбуждено лишь 5 октября 1999 года. И не местными правоохранителями, а прокурором отдела по надзору за расследованием преступлений органами прокуратуры областной прокуратуры Т.Носковой — и то только после многочисленных жалоб Оздоевых во всевозможные инстанции, обращения депутатов областного Совета к губернатору Кузбасса, письма депутата Госдумы О.Морозова и. о. Генерального прокурора РФ В.Устинову.
Следует заметить, что во всех этих жалобах и обращениях акцент в числе прочего делался и на национальной теме. «Поводом для избиения М.Оздоева послужило то обстоятельство, что он по национальности ингуш, и преступные действия сотрудников милиции были направлены, прежде всего, на унижение его национального достоинства», — считает, например, О.Морозов.
Правда, правоохранительные органы национальный аспект проигнорировали. Как, впрочем, проигнорировали они и все дело, условно назовем его: М.Оздоев против В.Ивкова и экипажа ОМОНа э 718.
Расследовалось оно из рук вон плохо. Что хорошо видно из приказа и. о. прокурора области В.Демидова от 19 октября 2000 года. В числе других в этом документе приведены факты прямо-таки вызывающей волокиты со стороны следователя В.Журбия, нарушения им нескольких статей УПК. Поэтому В.Демидов вынужден был «за ненадлежащее исполнение служебных обязанностей, выразившееся в волоките, нарушении уголовно-процессуального закона и невыполнении указаний прокурора при расследовании уголовного дела… следователю прокуратуры Центрального района г.Новокузнецка… Журбию В.В. объявить выговор. На период действия дисциплинарного взыскания доплату за сложность, напряженность и высокие достижения в труде не производить».
Не правда ли, весьма красноречивый и крайне любопытный документ. Областные прокуроры буквально на коленях умоляют районного следователя по закону, объективно разобрать дело, а он пренебрежительно и дерзко от них отмахивается.
В конце концов, «открывшись» и «закрывшись» то ли пять, то ли шесть раз, это дело было окончательно прекращено, правда, уже в городской прокуратуре.
Уголовное дело «В.Ивков против М.Оздоева», которое долгое время вел тот же В.Журбий, ждала более «счастливая» судьба. Хотя нарушений и волокиты при его расследовании было допущено тоже более чем достаточно. Только один пример. 17 июля 2000 года определением Центрального районного суда дело было возвращено в прокуратуру для дополнительного расследования. И после этого, в нарушение уголовно-процессуального закона, три месяца без движения пролежало в сейфе следователя В.Журбия. «За ненадлежащее исполнение служебных обязанностей, выразившееся в отсутствии надзора и контроля за расследованием уголовного дела» и. о. прокурора области А.Гапоненко объявил прокурору Центрального района Б.Панову замечание и лишил его доплаты за сложность, напряженность и высокие достижения в труде. В.Журбия повторно наказывать не стали. Вскоре ему предложили уволиться из прокуратуры. Что он и сделал.
Все же почему отправленное для дополнительного расследования дело пролежало в прокуратуре без движения три месяца? Наша версия: видимо, В.Журбий и стоящие за ним правоохранители ждали, надеялись, что сломается Иса Оздоев (старший брат Магомеда Оздоева), ключевая фигура в этой истории со стороны «ингушской диаспоры», как сказано в одном документе. Сломается от угроз, уговоров, в конце концов, расшибет лоб о стену солидарности правоохранительной системы.
Но в этом они определенно просчитались. Дело было доведено до оправдательного решения в отношении четырех ингушей.
Но сначала Центральным районным судом (председательствующая в процессе судья Л.С.Коптева) они были признаны виновными по ряду статей Уголовного кодекса за причинение телесных повреждений В.Ивкову и А.Ратниченко, квалифицируемых как легкий и средней тяжести вред здоровью. Но сразу же освобождены от уголовной ответственности по истечении срока давности этого дела.
При этом «инициаторами конфликта суд признает потерпевших Ивкова и Ратниченко», которые «спровоцировали драку. Более того, суд считает, что поведение потерпевших носило явно провокационный характер, когда в адрес подсудимых были допущены оскорбительные, унижающие человеческое достоинство высказывания». В то же время «показания потерпевших Ивкова и Ратниченко, утверждавших, что подсудимые беспричинно начали избивать сначала Ратниченко, а затем Ивкова, суд оценивает критически…»
То есть, логика районного суда такая: когда унижают твое человеческое достоинство и при этом спровоцировали против тебя драку — не защищайся, а то еще ненароком причинишь обидчику непозволительные телесные повреждения и сам будешь наказан.
С такой логикой согласилась коллегия по уголовным делам Кемеровского областного суда, оставившая приговор районного суда без изменений, и председатель областного суда В.М.Вьюнов, не нашедший оснований, достаточных для пересмотра дела по жалобе осужденных.
Основания нашел заместитель Председателя Верховного Суда РФ Р.М.Смаков, принесший протест (в порядке надзора) в президиум областного суда на приговор районного суда и кассационное определение областного суда. Небольшая цитата из этого документа: «Телесные повреждения осужденные причинили потерпевшим в ходе драки, инициаторами которой явились последние, и в данном конкретном случае умысел Оздоева М., Оздоева А. и Пугоева при нанесении ими ударов Ивкову и Ратниченко был направлен не на причинение им телесных повреждений, а на защиту себя и своих прав от имевшего места посягательства со стороны потерпевших, что явилось доминирующим мотивом их действий. При этом явного несоответствия защиты характеру и степени общественной опасности не было, в связи с чем следует признать отсутствие в действиях указанных лиц состава преступления».
Что касается Т.Евлоева, то Р.М.Смаков считает, что в деле вообще нет достаточных и достоверных доказательств его участия в драке, а потому требует отмены приговора.
Президиум Кемеровского областного суда нашел доводы протеста Р.М.Смакова убедительными и в своем постановлении от 16 сентября 2002 года отменил приговор районного суда и определение коллегии по уголовным делам областного суда.
То есть, все четверо осужденных оказались полностью оправданными.
Но, как мы уже говорили, они не собираются ставить в этом деле точку. Поскольку намерены добиться, во-первых, возмещения им имущественного и морального вреда и, во-вторых, наказания виновных, по их мнению, В.Ивкова и других омоновцев из экипажа э 718.