Протокол обыска

В Новокузнецком краеведческом музее немало вещей, принадлежавших людям, попавшим под молот политических репрессий. Среди них есть и протокол обыска, и накомарник, в котором на сибирских стройках работал Виктор Николаевич Ушатин. Один из тех, кого называют «репрессированными».Виктор Николаевич Ушатин был в числе первых строителей Туркестано-Сибирской железной дороги. После Турксиба был направлен в Москву, где познакомился с академиком Бардиным. Ивану Павловичу понравился этот скромный человек с аналитическим умом, специалист по дорожно-строительным работам, и академик пригласил его на Кузнецкстрой.
— Привез начальника механизации, — представил И.П.Бардин начальнику Кузнецкстроя С.М.Франкфурту молодого инженера. — Руководил строительством Турксиба, возглавлял управление механизации наркомата путей сообщения. Думаю, подходящий!
Так, в 1930 году на Кузнецкстрое появился «главный землекоп», как затем долгое время называли Ушатина в городе.
Площадка, на которой велось строительство цехов металлургического цикла, была изрыта глубокими котлованами. После дождей стояла непролазная грязь. Говорят, что однажды жидкая глина так засосала сапоги Бардина, который вместе с Ушатиным контролировал стройку, что вытащить их так и не удалось.
Жили в землянках, вырытых прямо на строительной площадке. Ни помыться, ни одежду просушить. Гнус, налетевший с болотных топей, заедал кузнецкстроевцев. Вот где пригодился Ушатину его походный накомарник! Инженеры, прибывшие вместе с Виктором Николаевичем с Турксиба, приняли решение: доставить оттуда уже готовые камышовые бараки. Новое жилье очень выручило кузнецкстроевцев.
— Многие думают, что хозяйкой на Кузнецкстрое была лопата. Это не совсем так, — впоследствии вспоминал Виктор Николаевич. В ушатинском хозяйстве были экскаваторы, паровозы, краны. Правда, было их не густо. Каждая машина на счету. А потому отдача от каждой требовалась максимальная. Только экскаваторы за сутки при трехсменной работе перерабатывали до пяти тысяч кубометров земли. Виртуозной красивой работой машинистов, говорят, восхищались американцы. Что удивительно: работали без простоев и поломок. Настолько было отлажено ушатинское хозяйство! За три с половиной года на Кузнецкстрое было вынуто и вывезено около десяти миллионов кубов земли, уложено пять миллионов кубов бетона.
Когда прибавилось машин на стройке, В.Н.Ушатину поручили руководить еще одним участком — Земжелдорстроем. Работы — непочатый край. Пришлось строить подземные коммуникации, водозаборы, шоссейные и железные дороги на Кузнецкий металлургический комбинат, мост через Томь в Старокузнецк.
В 1938 году Виктор Николаевич Ушатин был репрессирован. Интеллигентный и прямой в высказываниях человек, высокого класса специалист вызывал подозрения. Властям в то время не нужны были умные, все понимающие люди. Так появился протокол обыска, ставший потом музейным экспонатом.
После реабилитации с 1956 по 1959 год Виктор Николаевич Ушатин работал в тресте «Кузнецкпромстрой», руководил одним из стройуправлений. По сути это было новое, созданное Ушатиным управление. Строил седьмую и восьмую коксовые батареи на КМК, Кузнецкую комсомольскую доменную печь, реконструировал железнодорожный узел доменного цеха. Строил и Запсиб.
Даже выйдя на пенсию, он оставался в гуще жизни. Много лет работал в общественной приемной «Кузнецкого рабочего». Писал заметки обо всем, что трогало его душу. В основном о стройках города. Не было у Виктора Николаевича ни больших наград, ни громких титулов, но он прожил долгую, сложную и интересную жизнь. Говорят, что несмотря на горькие и страшные в его биографии страницы, он до последних дней оставался оптимистом, верящим в светлое будущее.