— Бэрримор, что это? — Овсянка, сэр!

Имперская столица встретила меня вечерним ароматом цветов. Предоставленные мне пятнадцать дней в Лондоне пролетели в вихре событий. Каждый день был расписан. Показали почти все: быт, культуру, музеи, театры, магазины, море и Темзу. Из этого роя воспоминаний хочу выделить одно самое яркое. Big Bus, двухэтажный автобус, везет меня на Бейкер-стрит, 221б. По этому известнейшему в мире адресу расположен музей Шерлока Холмса.

Тысячи людей со всего мира пишут Шерлоку Холмсу и доктору Ватсону, а порой и самой собаке Баскервилей, что они создают клубы и общества в честь этих героев книг Артура Конан Дойла.

Отстояв в очереди два часа, с замиранием сердца я попадаю в обстановку викторианской эпохи конца ХIХ века. Дом на Бейкер-стрит был построен в 1815 году и внесен в список зданий Ее Величества королевы Англии.

До посещения самого музея я постоял у дома в Южном Норвуде, где жил писатель. Об этом информирует синяя табличка. Я поклонился этому дому и пообещал, что загляну на Бейкер-стрит.

Прежде чем зайти в музей, хочу напомнить, что писатель родился в Шотландии, в Эдинбурге, в семье ирландских католиков, известной своими достижениями в искусстве и литературе. Имя Конан ему дали в честь дяди отца, художника и литератора Мишеля Конана. Отец — Чарльз Алтамонт Дойл, архитектор и художник, в возрасте 23 лет женился на 17-летней Мэри Фоули, страстно любившей книги и обладавшей большим талантом рассказчицы. От неё Артур унаследовал свой интерес к рыцарским традициям, подвигам и приключениям. “Настоящая любовь к литературе, склонность к сочинительству идёт у меня, я считаю, от матери”, — писал Конан Дойл в автобиографии.

Прежде чем войти в музей, задайтесь вопросом, к какой категории посетителей вы относитесь.

Если вы видели один или несколько фильмов о приключениях Шерлока Холмса, например фильм “Собака Баскервилей”, то вы знаете не очень много. Вы пришли из любопытства.

Если вы много знаете о Шерлоке Холмсе — прочитали большинство его рассказов, видели фильмы — вы истинный знаток автора детективов. Вы решили увидеть обстановку, где целых двадцать пять лет жил знаменитый сыщик.

Как я узнал у экскурсовода, встречаются истинные эксперты, знатоки и тонкие ценители Шерлокианы. Они вступают в дебаты и приводят аргументы в свою пользу.

Трудно сказать, к какой категории я себя отношу. Читал его произведения, смотрел фильмы, знаю актеров, исполнявших роли…

К какой бы категории вы ни принадлежали, обязательно надолго запомните посещения музея. В моей очереди я видел людей разных национальностей, из разных стран.

Я попал с группой японских туристов. И со своими английскими друзьями снимался везде, где пожелаю. Горничная была только рада и выражала готовность предоставить трубку, котелок и скрипку для съемки.

Комнаты, которые сдавала миссис Хадсон, были весьма маленькими. Фотографии, картины и газеты - подлинными. Музейные работники собрали вещи, упомянутые в рассказах писателя. Антураж был полный.

Честно сказать, в этой приятной обстановке я забыл об английском этикете. Фотографировался с бюстом мистера Холмса, с его героями. Ходил и упрашивал “самого” писателя (манекен), чтобы поменьше было крови в его рассказах. Умолял профессора Мориарти, злейшего врага Холмса, не убивать сыщика. Стоял и всматривался вместе с Холмсом и Редженалдом Месгрейвом в неподвижную фигуру дворецкого Брантона, который склонился над шкатулкой со старинными драгоценностями.

Я брал пожелтевшую книгу, выпущенную в начале ХХ века, читал рассказ в присутствии автора. Просил, чтобы мисс Виолетта Хантер не убивала своего мужа. Но автор дал понять, что жанр требует расследования, преследования, убийств, погонь, выстрелов и крови. Японские туристы из трех человек тоже фотографировали мои “актерские игры” с героями.

Покидая музей, я на выходе сфотографировался и поблагодарил полицейского (Бобби!), который был одет в униформу ушедшей эпохи. Бобби, не моргнув глазом, отдал честь!

Кстати, об овсянке. В Лондоне мне пришлось дважды ее пробовать! Каша из пшена мне больше нравится!..