Урок такого педагога дорогого стоит

Одиннадцатиклассников ждал не простой урок. На свидание с детьми, школой пришла Валентина Николаевна Аверченко. Она преподавала в Сидоровской школе 42 года, и теперь возможность пообщаться с учениками в формате урока — это подарок. Подарок не только для заслуженного и уважаемого учителя, но и для нынешних детей. Урок такого педагога дорогого стоит! Лекции Валентины Николаевны нужно слушать душой. Они обращены к чувствам. И задуманы так, что хочется после урока взять книгу автора и читать стихи, как их читала любимая учительница трепетно и на пределе чувств.

У меня нет сомнения, что улыбчивая, ироничная, интеллигентная, тонкая и такая прогрессивная учительница была любимой для всех своих учеников. В то время, когда поэзия Бродского, Визбора, Галича, проза Булгакова, Дудинцева, Солженицына, Шаламова, Жигулина и Приставкина были “вне закона”, она открывала тайну пытливым умам воспитанников и показывала историю страны настоящую. В мое время уже можно было читать этих авторов, но они тогда еще были в журналах. Я помню затертые сборники “Нового мира” и “Современника”, помню тот трепет от сознания, что соприкасаюсь с историей, которую еще недавно запрещали. Приглашение на урок по Бродскому я приняла с благодарностью.

“Конец прекрасной эпохи” назывался урок-лекция в исполнении Валентины Николаевны. Суд над “тунеядцем”-поэтом стал расправой бюрократии над литературой. Того, чей талант впоследствии удостоили Нобелевской премии, бездарно топтали, обвиняя в нематериальности создаваемого. А как почувствовать, потрогать, оценить в звонких монетах чувства, душу, эмоции? Как завести в жесткие совдеповские рамки свободу? На поэта сыпались вопросы стандартные: в каком издательстве, какие договоры, где учились… Увы, поэт окончил семь классов, а потом за границей его слушали в университете, а стихи переведены на многие языки. А он, удаленный от своей страны в чужестранье, все дышал молитвой на Родину:

Ни страны, ни погоста

Не хочу выбирать.

На Васильевский остров

Я приду умирать…

Валентина Николаевна вела рассказ неспешно, словно сама впервые открывая для себя любимого поэта. Много имен, строки из стихотворений. Она словно протягивала ниточки от эпохи к эпохе, от имени к имени. Вот перед нами портреты Ахматовой, Маршака. Вот Чернышевский, Достоевский. Вот маршал Жуков, о котором Бродский слагает оду. Это люди одной земли, которая рождает сильных духом, талантливых и до боли любивших родину:

Пока мне рот не забили глиной,

Из него раздаваться будет

лишь благодарность.

Дети слушали — ни шепотка, ни звука не было в классе. А учитель рассказывала о поэте, творчество которого религиозно, потому как взывает к самому сокровенному, потаенному. Человеколюбие вопреки всему — вот мотив Бродского. Пройдя испытания, он остался тем же поэтом, для которого родина и честь превыше всего.

После урока мы еще говорили с Валентиной Николаевной о ее любви к литературе и малой родине. Она из того талантливого выпуска, который дал пединституту ярких преподавателей Сазыкина и Афузову. Думаю, теперь, когда с благодарностью буду вспоминать своих учителей, Тамилу Борисовну и Анатолия Семеновича, могу и с радостью сказать, что Бродского мне преподавала в Сидоровской школе их не менее талантливая однокурсница Валентина Николаевна Аверченко.

В Сидорово на работу молодая учительница шла устраиваться пешком от Кузнецкой крепости. Шла целый день, как оказалось, навстречу судьбе. Она всем сердцем полюбила и Сидорово, и своих учеников, и свою работу. И даже потом, когда мужу предложили перебраться в город, не оставила своих учеников, свою школу. Да и муж Илья Михайлович привык к сельской жизни: “Он жадный до травы. Из Воронежа, там же травы нет”. Валентина Николаевна шутит, рассказывая про летние покосы и о хозяйстве, которое у них, как и в любой деревенской семье, было обширным. Они воспитали троих детей. О своих детях она говорит уважительно, всех называя по отчеству: Лариса Ильинична, Елена Ильинична, Владимир Ильич. Хотя, тут я уточню, детей у нее, талантливого учителя из Сидорова, очень много. В каждого воспитанника вкладываешь частичку души. И так приятно, когда они навещают ее, свою обаятельную и такую родную Валентину Николаевну.

Я искренне завидую ученикам Валентины Николаевны. Легкая, общительная, начитанная, она увлекательно рассказывает и о своей библиотеке, и о тех, с кем пришлось работать, и о прошлой жизни. Как ладно и складно, с большой любовью звучат слова о тех временах: “В старой школе приходилось учиться в три смены. Михаил Сергеевич Радченко, директор школы, всех заставил учиться. Учились даже в вечерней школе серьезно — четыре дня в неделю. И с удовольствием”. А потом рассказывает о своих ученицах, которые заинтересовались “Белыми одеждами” Дудинцева, говорит с гордостью за них, таких понятливых и умненьких девчонок сложного времени, где всякое свободомыслие было наказуемо.

Это не первый урок в исполнении Валентины Николаевны и не последний. Ее с удовольствием ждут и ученики, и учителя.

Фото автора