Общество

Ехал Чехов по Кузбассу

Кузбасс — это почти страна, с территорией чуть больше Венгрии и немногим меньше Кубы! Богатства земные — вся таблица Менделеева. Природа — от равнин и озёр до горных рек и снежных вершин. Горная Шория — жемчужина не только Кузбасса, но и России. История региона настолько богата и интересна, что если по ней сделать фильм, то получится захватывающий, многосерийный бестселлер с битвами кочевников, «золотой лихорадкой» и гигантской индустриальной стройкой прошлого века.
А уж какие известные люди хаживали по этой земле! Но попробуйте спросить кузбасского обывателя: кто из классиков русской литературы первой величины посещал наш регион? Ответ будет очевидным: Федор Михайлович Достоевский. И лишь единицы назовут Антона Павловича Чехова. Да-да, того самого Антошу Чехонте, написавшего такие произведения, как «Вишнёвый сад», «Чайка», «Дама с собачкой» и, конечно же, «Каштанка». Ну, с Фёдором Михайловичем всё достаточно понятно: любовь — Кузнецк — венчание. С Чеховым иначе.
26 января 1890 года московская газета «Новости дня» выдаёт сенсационную новость: известный писатель А.П. Чехов намерен совершить путешествие по Сибири с целью изучения быта каторжников. Причём он был первым из русских писателей, кто по своей воле решил отправиться в Сибирь. Друзья и родные отговаривали его от столь опасной и рискованной авантюры. Но классик был непреклонен, считая данное путешествие «самым важным в своей жизни» событием.
Итак, 21 апреля, упаковав багаж, из пункта Москва в пункт Сахалин с револьвером в кармане тридцатилетний писатель выдвигается в путь. Добравшись в достаточно комфортных условиях до Тюмени, он не стал дожидаться открытия речной навигации, а, пересев в экипаж, пустился в «конно-лошадиное странствие» по Сибирскому тракту: «От Тюмени до Томска 1500 вёрст, страшенный холодище днём и ночью, полушубок, валенки, ветры и отчаяния (не на жизнь, а на смерть), война с разливами рек; реки заливали луга и дороги, а я то и дело менял экипаж на ладью и плавал, как венецианец на гондоле; лодки, их ожидание, плавание и прочее — всё это отнимало так много времени, что в последние два дня до Томска я при всех моих усилиях сумел сделать только 70 вёрст, вместо 400 — 500; бывали к тому же ещё весьма жуткие, неприятные минуты, когда вдруг поднимался ветер и начинал бить по лодке…» Очень яркое описание. После этих строк так и хочется сказать: ну чего тебе, Антон Палыч, в столицах-то не сиделось?
Всё увиденное, все свои впечатления о поездке Чехов подробно и красочно описал в очерках «Из Сибири» и «По Сибири». Поэтому испытывающий жажду познания да прочитает. Мы же продолжим «сближать» писателя-путешественника с Кузбассом. Конечно, в Кузбассе как таковом он не был, не существовало тогда такого административного образования. Но населённые пункты, через которые Чехов проезжал по Томской губернии, существуют и поныне. Так вот, часть из них, после территориальных делений, с 1943 года оказалась в Кемеровской области, то есть в Кузбассе.
Переносим путь писателя на современную карту. 13 мая на лодке, в районе села Красный Яр, Чехов пересекает Обь и прибывает в село Дубровино (ныне Новосибирская область). В этот же день через деревню Проскоково (а это уже Кузбасс) он попадает в село Варюхино с намерением сразу же ехать до Томска. Но на почтовой станции из-за сильного разлива Томи в лошадях ему было отказано. Вариант переправиться лодкой через Томь тоже не сработал — Антон Павлович просто опаздывает к переправе, лодка уже ушла. Это обстоятельство вынуждает его остановиться на ночлег в одном из варюхинских домов.
На вопрос: «Нет ли чего закусить?», Чехову предлагают хозяйские щи. «О, восторг! О, пресветлого дне! И в самом деле, хозяйкина дочка подает мне отличных щей с прекрасным мясом и жареной картошки с огурцом? После картошки разошелся я и сварил себе кофе. Кутёж!» — восторгался классик, погрузившись в благодушное состояние.
В Варюхине писатель находился не более суток. Но этого хватило, чтобы дом, в котором он останавливался и ночевал, стал местной достопримечательностью на долгие десятилетия. Дом жив и сегодня. Хотя слово «жив» слишком преувеличивает его нынешнее состояние. Сейчас в нём никто не живёт, да и ему самому недолго осталось. Глядя на центральную улицу села омертвелым взглядом пустых оконных глазниц, он медленно умирает. И, судя по всему, всем абсолютно безразлична его судьба.


А ведь в 1982 году, во времена «треклятого» Советского Союза, дом был включён в список объектов культурного наследия. На его стене была размещена мемориальная доска: «В этом доме в 1890 году, по пути на Сахалин, останавливался выдающийся русский писатель Антон Павлович Чехов». К счастью, этот музейный экспонат сохранился и бережно хранится у одного из сознательных жителей села.


Покидая Варюхино, 14 мая при переправе через Томь Чехов попадает в «речной шторм». По реке под раскаты грома проносятся порывы ветра, сыпят и дождь и крупа. На огромных волнах лодку бросает по всем направлениям координат. Из письма писателя сестре Марии: «Плыли мы молча, сосредоточенно… Помню солдатика, который вдруг стал багров, как вишневый сок… Я думал: если лодка опрокинется, то сброшу полушубок и кожаное пальто… потом валенки… потом и т.д. Но вот берег все ближе, ближе… На душе все легче, легче, сердце сжимается от радости, глубоко вздыхаешь почему-то, точно отдохнул вдруг, и прыгаешь на мокрый скользкий берег… Слава Богу!»
Оказавшись на правом берегу Томи, в селении Ярское, Антон Павлович, согласно современным административным границам, временно покидает Кузбасс и перемещается в Томскую область. Здесь его пребывание из-за непогоды затянулось на неделю. Не очень лестные впечатления о Томске и томичах Чехов оставил в своих путевых заметках:»Томск город скучный, нетрезвый, красивых женщин совсем нет, бесправие азиатское. Замечателен сей город тем, что в нем мрут губернаторы». (Вероятно, в отместку за это томичи и поставили ему у себя такой «необычный» памятник.) Наконец, 21 мая на новой, приобретённой за 130 рублей коляске с откидным верхом он покидает Томск. Примерно 22 — 23 мая, в районе села Ишим, Чехов вновь въезжает в Кузбасс. 25-го он уже в Мариинске. Единственное место, где классик отметился в этом городе, — почта. В отправленной своему семейству открытке он сообщает о своих дорожных впечатлениях, о вещевых приобретениях, о том, что жив и здоров, и не слова об усталости и неудобствах. Хотя позже, из Иркутска, в письме писателю А.Н. Плещееву читаем: «От Томска до Красноярска 500 верст, невылазная грязь; моя повозка и я грязли в грязи, как мухи в густом варенье; сколько раз я ломал повозку (она у меня собственная), сколько верст прошел пешком, сколько клякс было на моей физиономии и на платье!.. Я не ехал, а полоскался в грязи. Зато и ругался же я! Мозг мой не мыслил, а только ругался. Замучился я до изнеможения и был очень рад, попав на Красноярскую почтовую станцию».
Теперь не сложно представить то истинное морально-физическое состояние, в каком Чехов 28 мая прибыл в Красноярск. Из этих 500 вёрст «бездорожного путешествия», примерно половина приходится на Кузбасс. Если прибавить сюда расстояние от точки въезда Чехова в наш регион до Варюхинской переправы, то аккурат выходит около 300 вёрст. По суммарному же времени Антон Павлович «гостил» на нашей территории 6 — 7 дней и покинул её пределы скорее всего 26 мая за посёлком Итатским.
Вот такое получилось историческое пересечение великого драматурга Чехова с Кузбассом. В 2025 году этому событию исполнится 135 лет. И наверняка найдутся любители круглых дат, готовые вставить его в обойму юбилейных празднований, поставленных у нас на поток. Не нужно этого делать. Это хоть и исторический факт, но не значимый. Да и Антон Павлович, будучи человеком весьма скромным, вряд ли бы оценил какие-либо фестивали и фейерверки в свою честь. А вот на дом внимание обратить стоит…

Андрей Чекалин, научный сотрудник музея-заповедника "Кузнецкая крепость" Общество 13 Дек 2022 года 35 Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.