Культура

Об одном городском журнале и его редакторе

040_11_2013.jpgЛюбая печатная продукция предназначена в первую очередь и главным образом для читателя. Для авторского самовыражения — это уже во-вторых. Поэтому попробуем взглянуть на один образец такой продукции глазами читателя.

Недавно в Доме творческих союзов состоялась презентация первого номера в текущем году литературно-художественного альманаха “Кузнецкая крепость”. Прямо скажем, долго готовился этот номер к изданию. И на дворе уже октябрь, а не февраль, и главный редактор альманаха Н.А. Ищенко в отставке, как и член редколлегии В.Г. Смолего. Но человек, по должности определяющий содержание и оформление журнала, литературный редактор, слава Богу, на своем месте. Оформление замечательное. Отличная бумага, хорошие цветные вкладки — фотографии картин Л.Н. Арбачаковой очень оживляют журнал. И материалы подобраны наверняка интересные, хотя, к сожалению, нет у меня возможности их характеризовать. Здесь нужен критик. И литературный редактор А.В. Ярмолюк себя как раз позиционирует так: “Писатель, публицист, литературный критик”. И в этих ипостасях он в журнале трижды выступает.

Я не читал произведений А.В. Ярмолюка кроме тех, что опубликованы в альманахе, и не могу судить о нем как о писателе и публицисте, а вот как критик и редактор он себя проявил достаточно. В разделе “Литературоведение. Критика” он публикует свой очерк прямо с интригующим названием: “Пророки, неофиты, фарисеи и те, кто в колодце”. Заявка очерка прояснена в подзаголовке: “Тема христианства в творчестве кузбасских авторов”. Глобальная заявочка. Правда, автор себя тут же скромно корректирует, что это “даже не статья, а некоторые, в достаточной мере хаотические, наблюдения, замечания и выводы”. Вот так бы и быть ему действительно скромным в своих “хаотических” наблюдениях и выводах. Но увы! Критика сборника “Собор стихов”, составленного и опубликованного четыре года назад в Кемерове, пошла самая разухабистая, псевдоироничная и - главное — никаким вообще анализом стихотворений не аргументированная и бездоказательная. Не считать же аргументами вырванные из контекста слова, строчки или тенденциозно, ради субъективного, произвольного вывода критика отобранные вещи. Как-то сама собой приходит на ум лермонтовская строчка из стихотворения “Журналист, читатель и писатель”, когда читатель говорит:

В чернилах ваших, господа,

И желчи едкой даже нету —

А просто грязная вода.


Первым объектом такой критики у господина Ярмолюка стали кемеровские авторы С. Донбай, Б. Бурмистров и А. Ибрагимов. Но бог с ними, с кемеровчанами: они живы, здоровы и при портфелях, все-таки возглавляют журнал “Огни Кузбасса” и сами в состоянии ответить Ярмолюку.

Но вот он дальше берется в той же манере судить о христианских мотивах в произведениях Любови Алексеевны Никоновой, с которой весь православный и литературный Новокузнецк с прискорбием простился в прошлом году. И заявляет, что она, во-первых, в христианской вере “неофит”. (И даже поясняет, что слово это “означает человека, только-только приступившего к постижению веры в Бога”.) И, во-вторых, что все они (ее произведения. - А.С.) “написаны исключительно елейно-суконным языком и лишены главных своих достоинств — художественной ценности и духовной назидательности”. После прочтения этого бреда первая моя мысль была, что он прибыл в наш город из такого прекрасного далека, где о месте Никоновой в духовной жизни и литературе Кузбасса и слыхом не слыхали. Оказывается, нет: не нашедший места в Прокопьевске журналист, пригретый то ли госпожой Ищенко, то ли кем-то из ее приятелей или приятельниц, назначенный редактором альманаха и назвавший себя “писателем, публицистом и литературным критиком”.

Кто дал ему право говорить о пути Никоновой к вере, к Богу? Что он знает об этом? Он ее духовник? Или он епископ Кемеровский и Прокопьевский? Что он знает об ее поэзии и прозе, об ее подвижнической многолетней работе с начинающими авторами, об ее духовной и творческой поддержке большинства ныне признанных новокузнецких поэтов, об ее творческих исканиях, наконец? Или он думает, что, глумливо пересказав содержание ее раннего рассказа “Барашек”, он раскрыл свой талант критика и публициста? О таланте этом можно судить, когда он, отчитавши Донбая, Бурмистрова, Ибрагимова, Никонову и Татьяну Николаеву, необычайно высоко оценивает стихотворения Анастасии Русских.

Подборка ее стихотворений в альманахах опубликована. Не знаю эту поэтессу и не хочу ее обидеть, но полагаю, что она и сейчас поёживается от тех характеристик, что дает ее стихам г-н Ярмолюк. Она “создатель гениальных сочинений”. Она “одна из лучших современных русских христианских поэтов не только в Кузбассе, но и в России в целом”. В аннотации к подборке ее стихов Ярмолюк пишет: “Она виртуозно владеет словом, рифмами и образами. Ее стихи многослойны и многообразны”. На три раза перечитал всю подборку и так и не увидел там ни веры, ни души, ни Бога, ни виртуозного владения словом, рифмами и образами. Долго думал над смыслом образа “И котангенс нуля истекает в число авогадро”, но так и признал свое невежество. Кто увидит рекламируемые критиком Ярмолюком достоинства, покажите! Буду очень признателен.

И в заключение немножко об Ярмолюке-редакторе. Афиширует открытие в альманахе новой рубрики “Точка зрения”. Здесь, по его словам, “всякая творческая личность будет иметь право опубликовать… свое мнение. Причем — на любую тему и по любому поводу… Лишь бы это было интересно, познавательно, поучительно, остроумно и высокохудожественно”. Как хорошо и заманчиво. Первую публикацию, “Страсти по Флоберу”, высокохудожественной не назовешь, но зато она и к Флоберу ни малейшего отношения не имеет. Зато вторая, некоего Святослава Логинова (если это не псевдоним самого “писателя, публициста и литературного критика”), “О графах и графоманах, или Почему я не люблю Льва Толстого” наводит на некоторые размышления.

В последнее время необычайно модным и распространенным стал публичный стёб на любые темы, особенно на те, которые прежде считались неприличными, закрытыми, недопустимыми для порядочного и образованного человека. Широчайшую трибуну для такого стёба предоставил Интернет. Любой бездарь и невежда, которому совсем недавно даже в рождественском сне не приснилось бы, что его кто-то когда-то и где-то опубликует, получил возможность выйти в Сеть и получать там “славы дань — кривые толки, шум и брань”. Свобода! Да кто бы был против нее, если бы она хоть чуть сочеталась с моральной ответственностью за то, что ты несешь. Дорогу вот такому опусу, да не краткому, а на четырех листах, восьми страницах журнального объема предоставляет редактор Ярмолюк.

Основные претензии к Толстому такие: неумение строить сюжет (со ссылкой на “примитивный” сюжет повести “Хаджи Мурат”, “Крейцеровой сонаты”, романа “Анна Каренина”), назойливый дидактизм и фальшивость образов (образы князя Андрея и Наташи Ростовой — это “романтико-реалистические уродцы”, иное дело герои Виктора Гюго и Александра Дюма, особенно “любимый многими поколениями бессмертный образ Д’Артаньяна”), отсутствие гуманизма, одна кровожадность, особенно нелюбовь к детям и незнание детской психологии - он всего лишь начитался Руссо; и далее - по мелочи: “повтор слов”, “тавтологии”, “паразитные рифмы”, неумение подобрать правильное слово и т. п. Отсюда вывод: “Лев Толстой позволяет себе… гнать заведомую халтуру” и ликующее восклицание в конце опуса: “Люди! Король-то голый!”

Вполне можно бы сказать: пусть себе дурачится Вовочка с последней парты, если бы не надутая невежественная псевдонаучность, которую автор называет неоднократно анализом. Если бы не промелькнувшая мыслишка столько же невежественная, сколько подловатая: “Великая английская литература в этот период представлена творчеством Диккенса и Теккерея, великая французская литература могла гордиться именами Бальзака, Виктора Гюго и Александра Дюма. А великая русская литература не могла похвастаться ничем”. Вот тут уже слышится не вовочкин голос. Тут уже слышатся голоса бесчисленных ныне телевизионных оракулов, так любящих постебаться по поводу русской истории и литературы. Ярмолюк на этом фоне всего лишь мелкая сошка, но он ведь делает это не за свой счет, а в городском журнале, издаваемом на средства городского бюджета, то есть на наши деньги, деньги налогоплательщиков.

О третьем “произведении” этой новой рубрики и говорить не стоит, такая же чистая отсебятина. Но не могу не высказать одно закравшееся предположение. Все три опуса подписаны разными авторами. Но стилевая манера у всех одна: беспардонность, дурновкусие и воинствующая безграмотность. Не один ли у них автор, “писатель, публицист и литературный критик”? Очень уж много страниц отдано им в гонорарном журнале - аж четырнадцать. На них больше нечего было поместить?

Как выразился однажды Маяковский о публикациях в парижской прессе: “Провинция — не продохнуть”.

На фото: Анатолий Семёнович Сазыкин

Анатолий Сазыкин, читатель Культура 03 Окт 2013 года 1093 Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *