Человеческое измерение

Генрих Боровик

• Сам я родился в Минске. Кстати, в Полесье есть две деревеньки — Боровики. Их жители почти поголовно носят фамилию Боровик, да и грибов в тех лесах очень много. Как-то в Нью-Йорке, в былые времена, телефонистка, соединяя меня с Москвой, немного исказила фамилию: “Мистер Большевик?” — уточняла. Ну, с ними все ясно было: либо шампиньоны, либо большевики…

• Папа не был склонен к громким фразам. Но дома у нас висел небольшой плакатик: “Не говори длинно, ибо жизнь коротка!” Я об этом не забываю.
• Меня на самом деле никогда не интересовали интервью с политиками — заранее известно, что они будут говорить.
• Власть все равно всегда стремится ангажировать журналиста — это её естественный импульс. Единственным “иммунитетом” от того, чтобы быть подкупленным или устрашенным — эти две опасности всегда подстерегают людей нашей профессии, — может быть, повторяю, то, что журналист хочет докопаться до правды и движим этим желанием в первую очередь.
• Что же касается нашего социализма, то, конечно, со временем я увидел все его изъяны. Одна из главных бед состояла в том, что нами руководили малообразованные люди. Была сделана ошибочная ставка на “классово близких”, а не на самых умных и знающих.
• Мы начисто перечеркнули свое прошлое и, вместе с сатанинским сталинизмом, вычеркнули всё доброе и хорошее. Мы забыли, что многие люди искренне верили в высокие идеалы и святые цели. Мы просто отбросили то время, пинаем его ногами, иронизируем над ним, презираем его — и это не самое правильное отношение к своему прошлому. Тут даже не вопрос порядочности, проблема гораздо серьезнее. Если мы будем так относиться к прошлому, мы не сможем извлечь из него уроки.
• Был Нюрнбергский процесс. Его решения подписаны представителями великих держав, в том числе США. Смысл решений состоит в том, что гражданин не имеет права подчиняться законам своей страны, следовать приказам своего правительства, если эти законы и приказы бесчеловечны, если они идут против элементарных понятий человеческой совести.
• Фашизм — мой личный и самый главный враг.

Генрих Боровик, журналист, писатель, сценарист.

Добавить комментарий