Общество

Один день из жизни скрипача Александра Сасова

…Мой смычок, будь полон силы,

Будь ему послушна, скрипка!

Всё, что дорого и мило,

Я доверю песне зыбкой.

В скрипке громы раздаются,

Скрипка сердце рвёт на части.

Если струны не порвутся,

Я сыграю вам о счастье.

Алоиза Пашкевич

15 января 1983 года — тот далекий уже январский день Александр Юрьевич САСОВ до сих пор помнит так ярко и отчетливо, как будто это было вчера. В тот день он впервые ступил на порог Детской музыкальной школы № 6 не как ученик, не как сын знаменитых родителей-музыкантов, а как педагог. Радость, волнение, трепет — в душе тогда была целая буря эмоций… И сейчас, когда он открывает школьную дверь, его каждый раз охватывают те же самые чувства, что и 35 лет назад. Проведем обычный рабочий понедельник вместе с педагогом.

8.50. Первый урок в классе педагога А.Ю. Сасова. Ученица немного задерживается. Александр Юрьевич достает из футляра скрипку, подкручивает колки, осторожно касается струны, чему-то улыбается. Скрипке? И она отвечает ему тихо и нежно. Нарушить такой момент кажется кощунством, но Александр Юрьевич сам начинает разговор:

— Знаете, недавно прочитал интересную книгу известного скрипача, педагога Л. Граумана "Скрипка и ее скрипач. Ненаучное исследование". Уже по одному названию понятно, что книга слегка провокационна. Основные вопросы обучения игре на скрипке он рассматривает в очень необычном, отчасти хулиганском, но доступном для понимания даже непрофессионалу ключе. А еще говорит, наверное, о главных для каждого скрипача вопросах: зачем тот играет на скрипке и что за это бывает?

Но тут в класс заходит ученица, беседа прерывается и начинается урок. Первоклассница Тамара показывает домашнее задание — легкую пьесу. Но играет ее с ошибками. Александр Юрьевич не объясняет, где были ошибки, — просто берет скрипку, повторяет ее игру и предлагает ей самой сказать, где же она сыграла неверно. Потом играет правильно и предлагает девочке повторить. На этот раз Тамара справляется с заданием. Так преподаватель проговаривает каждую ошибку, проигрывает и объясняет: что такое открытая струна, почему в пьесе ее нужно играть чуть мягче, почему нужно играть полным смычком…

И вот финал урока: "Чтобы быстрее двигались пальцы, должна быстрее работать голова. Фальшиво играть трудно, чисто — легко. Ведь при чистой игре слышишь ноту вперед. А фальшиво получается медленнее".

9.30. Звенит звонок, ученица собирает скрипку и уходит, и прерванный разговор продолжается.

— Возвращаясь к книге: а зачем играете на скрипке вы?

— Я родился и вырос в семье музыкантов-педагогов Берты Яковлевны и Юрия Митрофановича Сасовых. Поэтому с раннего детства был погружен в музыку, в профессию. Это было так естественно, что думал — у всех так, все играют на каком-нибудь инструменте. Старшая сестра обучалась игре на фортепиано в классе мамы, ну а я пошел по стопам отца — выбрал скрипку. Этот инструмент казался мне более понятным. Учился достаточно прилежно, но настоящий, осознанный интерес появился только к концу обучения.

Окончив Новосибирское музыкальное училище в 1980 году, Александр Юрьевич был призван в армию. После двух месяцев строевой службы попал в ансамбль Внутренних войск Западной Сибири. Бесконечные репетиции, разъезды по городам и селам с шефскими концертами, выступления на различных площадках — для музыканта это и армейская служба и в то же время возможность не утратить навык игры на инструменте.

9.40. Вновь звенит звонок, и преподаватель уходит на второй урок. Этот ученик уже постарше, занимается не первый год и вполне уверенно выводит сложные пассажи и трели.

Мы знакомы с Александром Юрьевичем все те 35 лет, что работаем вместе, и я знаю, что у него никогда не было предпочтений: с малышами работать или с более взрослыми учениками. Ему одинаково интересно со всеми. В маленьких детях ему импонируют их открытость, непосредственность, искренность. В старших ценит умение рассуждать, отстаивать свое мнение. Ну а как же абсолютный музыкальный слух, который, как говорят, обязателен для скрипача?

— Да, есть такой миф, что на скрипке можно учиться и играть только людям с абсолютным музыкальным слухом. На самом же деле предпочтительнее иметь хороший относительный слух. Большинство людей имеют слух. И за все годы работы я ни разу не встречал ученика без слуха. Тем более слух можно развить.

10.20. У Александра Юрьевича неожиданно образовалось "окно" в расписании. Он приходит в библиотеку, чтобы посмотреть новинки учебной литературы для скрипки, и мы продолжаем.

— Посещали ли вас когда-нибудь сомнения в правильности выбора профессии. Никогда не возникало желание поменять ее?

— Возникало. В 90-х во мне, как, наверное, и во многих людях в те годы, произошел какой-то надлом. Школа, как и вся страна, жила очень трудно. Бешеная инфляция, маленькая зарплата. Да и ту задерживали на несколько месяцев. Были мысли уйти из профессии. И, возможно, так бы и случилось, если б не одна встреча. Известный преподаватель Тверского музыкального училища С.О. Мильтонян, первая встреча с которым произошла в 1992 году, буквально перевернул мой взгляд на профессию, на музыкальное преподавание. Несколько раз ездил к нему на семинары с Санкт-Петербург и Тверь. Он предложил абсолютно новый взгляд на преподавание: теплый и живой. Для участников это было просто откровение. В советское время все работали в рамках командно-административной системы. Это было нормой для всех, никто не замечал весь ее ужас, нелепость и парадокс. И вот появился преподаватель, который просто и понятно объяснил наше состояние — то, что уже давно витало в воздухе, то, что чувствовали многие преподаватели музыкальных школ. Выход прост и одновременно сложен: увидеть Человека, Личность в ребенке, который стал твоим учеником, сделать его своим соратником и единомышленником.

11.20. Александр Юрьевич уходит на следующий урок, а я вспоминаю о том, как "рос" он как педагог; как совершенствовал и оттачивал преподавательское мастерство. Он понимает, как много зависит от первого впечатления, начиная от внешнего вида учителя, его манеры общения. Знает, что все дети — разные. С разными способностями, разными предпочтениями, разными интересами. И, главное, он действительно в каждом своем ученике видит Личность. Это позволяет ему найти правильную "ноту" в доверительных отношениях с детьми. Несмотря на внушительное количество грамот и дипломов, своей главной наградой он считает успехи своих учеников, любые. У одних — успех на конкурсе, у других — победа в классе над какой-то его проблемой. Радуется, когда ученикам что- то от него нужно, радуется их интересу, любому вопросу, даже "неудобному", — ведь это показатель их развития, движения вперед. Радуется, когда они побеждают на различных конкурсах и фестивалях. Да и даже когда просто принимают в них участие. Хотя признается, что к конкурсам у него двойственное отношение. С одной стороны, не приемлет их соревновательный, спортивный момент. С другой — отлично понимает, что в наших условиях это единственный способ продемонстрировать свой уровень.

Не всем ученикам А.Ю. предлагает участвовать в конкурсах — некоторым детям, в силу особенностей их характера, они просто противопоказаны. Ведь на конкурсе ребенок переживает сильное эмоциональное волнение, которое ни в какой другой ситуации он не переживал, происходит мощнейший выброс адреналина. И не каждая нервная система — даже взрослого человека, что уж говорить о детях! — способна с этим справиться. Тем же своим ученикам, кто стремится и готов выступать перед жюри и большим залом Александр Юрьевич предлагает относиться к конкурсам, как к приключению. Большинство про- ходят в других городах, поэтому поездка на поезде или в автобусе позволяет неформальное общение с учеником — более длительные беседы, выходящие за рамки обучения, позволяют узнать о ребенке что-то новое, укрепить контакт с ним. 

046_02_2018.jpg

Одна из самых запоминающихся конкурсных побед случилась три года назад — в 2015 году ученица Сасова Софья Забродова стала лауреатом II степени на областном конкурсе исполнителей на оркестровых инструментах. А через год повторила свой успех на международном конкурсе "Сибириада".

— Поехали поучаствовать, что называется, себя показать, на других посмотреть. Во время выступления заставила поволноваться, допустила небольшую помарку, исполняя Концерт ля минор А. Вивальди. Но так виртуозно и мастерски собралась и красиво по звучанию завершила выступление, что, видимо, подкупило жюри.

А.Ю. признается, что успех ученицы был для него в чем-то неожиданным: на конкурсе она "выдала" все, чему он ее учил, что вкладывал. До этого же момента результат обучения был не так очевиден. Захочет ли Софья Забродова стать профессиональным музыкантом? А.Ю. говорит: "Поживем — увидим".

12.00. И снова перемена. И еще один вопрос:

— Что вы считаете главным в своей профессии, что стремитесь обязательно донести до учеников?

— О важности музыкального образования многое уже сказано: развитие гармоничной личности и так далее. Но новые научные исследования, в частности, известного ученого в области нейро- и психолингвистики, профессора Т.В. Черниговской, показывают, что занятия музыкой, начатые в раннем возрасте, ускоряют и активизируют развитие мозга. Происходит своеобразная интенсивная тренировка мозга: "музыкальные долготы, длинноты, ударения" улучшают качество нейронной сети, улучшается пластичность мозга. А это и отложенный результат в пожилом возрасте, например снижение риска в заболевании синдромом Альцгеймера.

Игра на скрипке отлично развивает умственные способности. Исполняя какую-нибудь, даже простую пьесу, человек может как бы случайно решить некую сложную интеллектуальную задачу, на первый взгляд никак не относящуюся к скрипке и вообще к музыке. Вспомните Шерлока Холмса! Его создатель Артур Конан Дойл, по-видимому, знал об этом. А Альберт Эйнштейн, который всю жизнь играл на скрипке?!

Главное же в профессии педагога, как бы банально это ни звучало, стремление сделать мир лучше. Так сказать, "накопление критической массы": чем больше красивого и позитивного, тем мир лучше. Еще — любовь к детям. С детьми же невозможно работать без любви к ним! Без нее не найти подход к ним, таким разным, установить взаимопонимание. Ну и, конечно, терпение. Почти бесконечное терпение…

12.40. А.Ю. спешит на репетицию струнного ансамбля Allegro, в котором играет почти 25 лет.

— Какое значение для вас имеет игра в квартете? Наверное, сложно совмещать педагогику и исполнительство?

— Любовь, если хотите — страсть, к хорошей, качественной музыке. Я с детства другой и не слышал. Мои родители тоже всю жизнь занимались, кроме педагогики, исполнительской деятельностью. В городе очень мало коллективов, исполняющих классическую музыку, поэтому, с одной стороны, это вынужденная просветительская необходимость, так как город не может жить и выжить без классической музыки. С другой — процесс музицирования интересный и созидательный. Потребность в этом обоюдная, хоть ломящихся залов нет, но востребованность определенно есть. В месяц бывает до пяти концертов. Иногда останавливают на улице с вопросом: "Где вас можно услышать?" Безусловно, это приятно, чувствуешь свою нужность, что не напрасно занимаешься этим. Вот все это, видимо, и движет мною в этом процессе.

14.20. После репетиции небольшой перерыв, и начинается следующий урок. Урок ансамблевой игры.

— "Ансамбль — это наполненное профессиональным содержанием регулярное общение со сверстниками" — это слова опять же С.О. Мильтоняна. Дети все любят играть в ансамбле. Конечно, я это поощряю, так как в ансамбле проще объяснить задачу. Ученики приобретают музыкальные навыки, повышается качество овладения инструментом, приобретается опыт выступления перед публикой. У некоторых учеников реализовываются творческие амбиции. Есть у нас ансамбль с виолончелью, которая более низким голосом придает яркие краски звучанию. Есть опыт совместного выступления детского ансамбля и педагогического струнного квартета Allegro.

15.10. Очередной урок. Опять терпеливо А.Ю. объясняет и показывает все, что хотел бы услышать в исполнении ученика. Это последний урок в расписании, и он может уделить ученику больше времени, повторить и закрепить материал. Никакой усталости или внутреннего сопротивления у юного скрипача не замечаю.

16.00. Наша беседа продолжается, и я задаю очередные вопросы.

— Александр Юрьевич, вы никогда не жалели, что выбрали эту профессию?

— Нет, никогда! Не представляю себя ни в какой другой сфере. Мне нравится учить, мне нравится общаться с ребятами, мне нравится самому меняться с годами и смотреть, как меняются мои ученики. И это "освежает", не позволяет закостенеть, дает новый виток в развитии. А ученики меня постоянно удивляют. Время сейчас такое, что дети в общении с педагогом стали более раскованы, иной раз непредсказуемы. Могут задать "неудобный" вопрос, не совсем корректно пошутить и даже разыграть. Нет, это не обидно и тем более не оскорбительно, но они другие, нежели были мы. Этим и интересны!

— Вы столько лет работаете в школе — несколько слов о том, как она менялась, какие времена были самыми непростыми, какая она сейчас, по вашему мнению?

— Школа пережила разные периоды. ДМШ № 6 объединили с двумя другими в одну — Детскую школу искусств № 48. Но школа-то не исчезла, работает тот же коллектив, те же ученики. Место расположения то же. Поэтому неправильно считать, что школа существует всего три года. Она была образована в 1936 году. За более чем восемь десятков лет существования это четвертое переименование, но никогда возраст школы заново не отсчитывался от момента переименования. Наша школа — одно из немногих образовательных и культурных учреждений, чей возраст сопоставим с 400-летием Новокузнецка. Это часть живой истории города. По сути, музыкальная культура города началась с ДМШ № 6. Простая истина — прошлое и настоящее определяет будущее. Нельзя терять инструментальные традиции, заложенные в первые годы существования основателями. Это основа музыкального образования. Нельзя терять школьные традиции, преемственность, основанные великолепной плеядой педагогов, работавших в школе в 50 — 60-е годы. Ведь приобщение к мировой музыкальной культуре идет через классическую музыку.

Наталья Иващенко, заведующая библиотекой ДШИ № 48

P.S. 17.00. Закончен один из многих рабочих дней Александра Юрьевича. Мы прощаемся. Но на выходе из школы опять вижу А.Ю., он уже собирается уходить. В руках — два скрипичных футляра.

— Одна скрипка ваша, а вторая?

— Ученическая. Взял домой, нужно кое-что подклеить. Приходится ремонтировать, искать хорошие инструменты через Интернет, с рук, у мастеров. Вообще, скрипка — такой инструмент, что из ста фабричных может звучать только одна. А если ученик играет на скрипке, не имеющей хорошего звука, он и мыслит тем же плохим звуком, которым играет. Вот и ищу хорошие инструменты для класса.
Наталья Иващенко Общество 12 Июн 2018 года 1117 Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.