Четверг, 27 Апреля 2017 года
Издаётся с марта 1930 года
Алекс Гарин

Первое крещение

Как всегда инициатором был Паша. Он умел быть убедительным, свою пламенную речь подкрепляя энергичными жестами.
- Шурик! Ты не представляешь, как это здорово! Тем более я договорился с новокузнечанами и нам дадут катамаран на выходные. Гидрокостюмы не нужны, мы же по локальным порогам будем кататься. Каски и спасжелеты тоже дадут. Кат, двойка, нам на троих хватит, это большая двойка, рассчитанная на двух пассажиров с большими рюкзаками.
Мы стояли с Виктором, но Паша обращался, по обыкновению ко мне, так как основным оппонентом его идей был я. Мы часто спорили по всяким поводам, и частенько аргумент <кто кого перекричит> был не на последнем месте. Паша был умён, но частенько необъективен, он был изобретателен, но региден и с трудом поддавался переубеждению. Для Паши изменить своё мнение, что Родину предать. Противоречия бушевали в нём, как брага в бутыли, иногда выплёскиваясь в виде сверхценных идей. Хотя, если по правде, все начатые дела он успешно доводил до логического конца, и с ним было интересно. Это было время, когда у нас не было ни одного сшитого катамарана, и мы ещё не прошли тех рек: на Алтае, Горной Шории, Саянах, Джунгарском Алатау. Всё это будет потом. Против его уговоров аргументов не было. Я имел опыт сплава на резиновой лодке (во имя рыбалки) по таёжным рекам без категории, а Паша участвовал в нескольких категорийных походах на байдарке и катамаране. То есть мы с Витьком были чайники, а он матёрый. Крыть было нечем. Дух авантюризма требовал точку приложения, а надпочечники ждали удобного случая выбросить в кровь адреналин.
Суть предложения была такова. Мы в пятницу двигаем за Лужбу и выходим из электрички в устье Казыра. Строим кат, форсируем Томь и поднимаемся вдоль Казыра до первого порога с названием Трек. Разбиваем лагерь, заносим кат до нужного места, катаемся по порогам. Просто и со вкусом. Я видел Казыр в верхнем течении от места слияния большого с малым и выше, когда ходил на Зубья. Обычная шустрая горная речка с чистой ключевой водой, берущая начало от вечных снежников цирков. И мне было интересно глянуть на Казыр в нижнем течении, попить <казырной> водички, подышать тайгой, куснуть черники. Короче, качайте люстру, я плачу!
Катамаран был примитивный и тяжёлый (по сравнению с теми, которые мы изготовили в последствии сами). Рама из берёзы, внешняя оболочка в виде двух труб из овизента, баллоны просто завязывались верёвочками и напоминали большие конфеты. Раму в те времена вязали не резиной, а тоже верёвочками на скрутку. Верёвочки мочили в воде, дабы при высыхании, они натягивались сильнее. Спасжелеты из кислородных подушек, каски шахтёрские. Одним словом - карикатурная группа.
Стоял прекрасный месяц август, а на Треке была уютная поляна, и моста через Казыр ещё и в помине не было. Были славные времена. На Треке можно было найти дрова для очага. Потом на Казыре стали проходить соревнования по водному туризму и всё истоптали, а что не смогли истоптать - сожгли. Турки собирались группами более чем пятьсот человек, с детьми. Понятно, что вся река стала сплошной стоянкой со всеми вытекающими последствиями.
Вода была малая, и пороги скалились зубастыми пастями. Не было мощи и силы, было мало пены, хотя мне для тревожного ожидания всего увиденного было вполне достаточно. И были мы одни на пустынном берегу (теперь, наверное, таких моментов нет). Паша провёл экскурсию, бойко назвал поименно все пороги и объяснил, как вести себя на воде:
- Чтобы не случилось, весло держи. Без весла никак. Главное?- держи весло. А спасик тебя сам вынесет и без паники, старайся плыть ногами вперёд, лучше камни ногами встречать, чем другими частями тела. И старайся грести к берегу, как сможешь. Поактивнее, если рядом катамаран, хватайся за него, так надёжнее.
Слушая его инструкцию, я мысленно представил себя плывущим вне катамарана и поёжился. Кто ответит мне на вопрос <Почему я иду на поводу у чувства ложного товарищества? Что заставляет меня, человека не особенно храброго участвовать, в разного рода, авантюрах?> И каждый раз я втихушку крещусь перед добрым порогом (хотя добрым его назвать не есть правда). И бросаю горсть воды на лицо, понимая, что это ритуалы страха. Но всё это будет потом.
Мы прошли Трек для разминки, затем Кашу и сходили посмотрели Три Фашиста и Молоко. Всё выглядело (в глазах чайников) внушительно и жутковато. Трек мы прошли разными вариантами, он вообще считается самым простым порогом, даже если не грести, струя всё одно вывезет. А вот Кашу, шли самым простым вариантом. Интересно, сколько раз я смотрел на эти пороги, они всегда были разными, как и уровень воды в Казыре. В тот раз, чуть выше основного слива на Каше, находился какой-то стоячий обливной камень, который живописно торчал в виде водяного столба. Кстати, больше я его не видел после этого сплава. Паша предложил на него наехать баллоном. Мне не особенно хотелось, и я был против. Паша настаивал. Витёк пожал плечами, мне мол, всё равно. Получилось, что я струхнул, пришлось уступить. Было решено сплавиться по Молоку, пройти Три Фашиста, а уж потом ходом зайти на Бучу (так я мысленно обозвал это место). Всё шло по плану, и вот мы идём прямо на Бучу. Дальнейшее я помню с трудом, я увидел перед собой водяную горку, которая мне показалась стеной. А потом я упал с баллона в воду. Меня крутанула вода и я потерял дно и небо, затем меня протащило вперед ногами по всей Буче, причем весло, которое я держал в руках, брякало о все каменные выпуклости. Под каской у меня была одета вязаная шапочка и это была ошибка. После того, как спасжелет вынес меня на свет Божий, вода с этой шапочки стала стекать по лицу и я, ослеплённый, не увидел, что рядом со мной баллон ката. Тем более - я двумя руками вцепился в весло. Спортивный, атлетичный Витёк сиганул с катамарана, дабы зачалить его к берегу, благо недалеко. Но обманулся прозрачной водой и ушёл под воду с головой, ударился голенью об острый камень и снова запрыгнул на катамаран. Что-то больно ткнуло меня в бок и я инстинктивно ухватился за этот предмет. Боковым зрением я увидел, как кат уходит в слив с двумя пассажирами и одним веслом. Паша сидел на баллоне и максимально наклонился к другому баллону, дабы придать кату устойчивость, и Витёк, распластанный поперёк.
Я сидел на обливном остром камне, в десяти метрах от слива в порог Каша. Камень острым ребром возвышался над водой на несколько сантиметров, время от времени он обливался полностью, и тогда седалище моё ощущало температуру тающих снегов. В руках моих было спасённое весло. Товарищи ушли в лагерь за верёвкой и запасным веслом. Ещё одна ошибка. Нужно было оглядеться. Слева основное русло, и река как будто замедляется перед ступенькой, дабы обрушиться вниз, создавая пенную бочку, в которой волне может и попридержать. Справа быстроток, шириной метров пять. Глубокий выход на скальную стенку. Не перепрыгнуть, и догрести не успеешь, унесёт в порог. Ну и что, не такая там и бочка, может и пронесёт. А дальше что? Вода холодная, не очень-то поплаваешь вразмашку. Лучше сидеть и ждать. Опыта прохождения порогов в спасжелете у меня не было. Ждать пришлось довольно долго. Я порядком продрог, и тело закоченело. Но вот спасконец брошен, и я на спасительном берегу.
- На кате поплывёшь или по берегу?
- Я бегом, нужно согреться и кости размять.
- Ну давай, беги.
То ли от пережитого, то ли от холода меня трехобачило крупной дрожью. Витёк достал фляжку со спиртом и протянул мне:
- Выпей, станет легче.
Я налил в кружку и шарахнул неразведённого, это сразу привело меня в чувство. Наступило расслабление, и Мир втиснулся в привычные рамки. А всё-таки жизнь прекрасна и удивительна, если есть с чем сравнивать.

Александр Серенко
09.01.2017 186
Комментарии читателей
Войдите на сайт, чтобы оставлять свои комментарии к материалам
Логин:
Пароль:

Регистрация    Забыли свой пароль?