Понедельник, 29 Мая 2017 года
Издаётся с марта 1930 года
Алекс Гарин

Нестор 4

4

Она так же, как в прошлую ночь, орудовала в потрохах, нагло и больно проходилась по печёнке, шуровала в кишках, добиралась до желудка. Потом, ухватив его желчный пузырь, настойчиво потянула. Но в этот раз рука, странным образом, показалась Нестору знакомой. Он мучительно припоминал, где он мог её видеть. Где он мог видеть этот синий перекошенный якорь?!
Открыв глаза в испарине, тяжело дыша, Нестор искал эту отвратительную руку, стараясь сбросить её с себя. Скинув липкое от пота одеяло, он доскакал до окна и, цепко схватившись за подоконник, прильнул горячим лбом к холодному стеклу. Снег, как рассыпанный фарфор, светился под луной. Контур куста сирени показался Нестору поразительно похожим на медвежью морду. Нестор отшатнулся от окна, взмахнул руками и, теряя равновесие, грохнулся на пол. Падал он молча и, уже лёжа и чувствуя нестерпимую боль в левом локте, подумал: почему же он привычно не выругался?
Утро застало Нестора разбитым вконец и растерянным. Долго скобля затупившейся бритвой подбородок, он не решался поднять глаза и встретиться с собой взглядом. Достав из шкафа свежую рубаху, Нестор подержал её, потом, отложив, стал искать другую - белую, купленную года три назад, когда ему, ударнику комтруда, вручали в шахтовом актовом зале очередную грамоту за успехи в соцсоревновании. Поплевав на сапожную щётку, прошёлся ею по добротной коже унтов. При этом Нестор поймал себя на мысли, что как будто он, а скорее, душа, отлетевшая от него, наблюдает за всеми его действиями - пристрастно и оценивающе. От этого Нестор съёжился и сглотнул привычный матерок...
В столь ранний час лишь пёстрая стайка студенток щебетала на автобусной остановке. Глянув на острые, туго обтянутые капроном коленки этих пигалиц, Нестор вспомнил мамкину присказу: <Сам дрожу, а форс держу>. Чернобровая, в каракулевой шапке и ярко красной куртке склонилась к подруге. Они громко прыснули и в упор посмотрели на Нестора. Нестор сел на лавку и сунул в рот папироску. <К чему всё это? Что за блажь такая?!- подумал он. Не докурив, он далеко забросил окурок и решительно поднялся.
Подошедший автобус скрипнул с трудом открывшейся дверью. Уже сидя на неудобном, изрезанном ножом сидении, Нестор увидел себя как бы со стороны, неловко впихивающегося в неполно открывшуюся дверь автобуса, и как прыщавый белобрысый юнец уступает ему своё место...
Несмотря на ранний час, густая, плохо выспавшаяся толпа огибала Нестора, вяло бредущего по скользкому тротуару. Сумрачные и молчаливые, с поднятыми воротниками прохожие, горбясь подставляли бока снежным порывам ветра. Вдали замаячил высокий забор, выкрашенный белой краской, за которым угадывался облепленный лесами храм.
Нестор, не поднимая головы, проследовал вдоль шеренги сморщенных, как сухофрукты, старушенций, державших крошечные жёлтые ладошки лодочкой и истого осенявших себя крестным знаменем. Не поднимая глаз, сунул кому-то из них смятый рубль. Стянув ушанку и держась за перила, чтоб не упасть на скользких ступенях, Нестор неуклюже поднялся на крыльцо. В лицо ему пахнуло ладанной вонью и спёртым воздухом, пропитанным свечной копотью. Он, почему-то одеревеневшей рукой, попытался положить крест. И сейчас он видел себя со стороны: видел, как вконец стушевавшись, он неумело крестится - больше того, складывает, как делала это его мать-староверка, пальцы в двуперстие; видел, как укоризненно и недобро посмотрела на него низко повязанная с поднятыми губами женщина, как что-то прошамкала скрюченная старуха, трясущимися руками подносившая тонкую свечку к бронзовому подсвечнику.
Купив свечку, Нестор долго не решался зажечь её, а затеплив, не спешил расстаться с нею. Шипящее пламя свечи гипнотизировало Нестора, он не в силах был отвести от него взгляда. Наконец, он вставил свечку в отверстие широкого подсвечника, под которым было выведено: <За упокой>. Сделав шаг назад, Нестор коротко перекрестился, шепча молитву враз высохшими губами. Взяв огрызок карандаша, он открыл поминальник и в графе <За здравие> неровно написал: <Фёдор>. Отойдя шагов на пять, вернулся и подписал: <Нестор>. Потом, не кладя карандаша и найдя графу <За упокой>, медленно и крупно вывел: <Михаил>.
Сойдя с крыльца, косматый, прижимая ушанку к груди, Нестор оглянулся на образ Божьей матери, намалёванный над входом в церковь. Тяжёлый ком, саднивший ему гортань, растаял, дышать стало легче. Увлажнившимися глазами Нестор обвёл стрельчатую колокольню, одевающиеся жестью луковки куполов. Жёсткие пряди привычно рассыпались по воспалённому лбу - ну, сущий Нестор!

Александр Замогильнов
09.04.2017 113
Комментарии читателей
Войдите на сайт, чтобы оставлять свои комментарии к материалам
Логин:
Пароль:

Регистрация    Забыли свой пароль?