Суббота, 25 Ноября 2017 года
Издаётся с марта 1930 года
Алекс Гарин

Дрм на краю света (сказка)

ПРОЛОГ
Этот дом стоял возле самого края света. Вернее, был поселок, но в нашем повествовании он почти не будет участвовать, потому что дом держался обособленно, отгораживался невысокой горой и заросшими пустырями, на которых некогда стояли его собратья.
Был дом старым, трёхэтажным, сложенным из потемневших от времени брёвен. В единственном подъезде аж до самого чердака вздымалась скрипучая деревянная лестница с широкими ступенями.
От дома, отделённый заросшей дорогой, сплошной массой отходил тёмный и таинственный лес. Простирался он до самого края света...
Жили в доме обычные люди.
Витя и Наташа – молодая супружеская пара. Витя был преуспевающим поэтом, рассылал свои стихи в разные журналы и, почему-то, получал за это гонорары. Наташа нигде не работала, потому что в их семье ожидалось прибавление...
Санька и Игорёк – братья-двойняшки. Жили в доме вместе со своими родителями. Они внешне ничем не отличались друг от друга, а внутри были совершенно разными. Чтобы отличить одного от другого, достаточно задать им один вопрос и посмотреть, как они будут отвечать. Игорек отвечает солидно, вдумчиво, а Санёк смущается или говорит какую-нибудь глупость...
Дед Корней и бабка Марфа – успели уже сильно состариться, но держались моложаво. Сына они вырастили, женили, и теперь он работает в крупном городе, на крупном заводе крупным специалистом. И тоже растит сына Феликса и дочь Дашу. Иногда сын (который деда Корнея) приезжает проведать родителей, но нечасто, потому что крупный город далеко от края света. Приезжает один, но в это лето он поступил по другому, и кое-кто приехал с ним...
Ещё нужно не забыть Валеру. Валера – писатель, но неудачник. Его нигде не публиковали, так что работать приходилось в посёлке, в столярной мастерской, где он, по странному стечению обстоятельств, был электриком.
Валентин Андреевич – когда-то работал геологом и всю страну исколесил в экспедициях, однако теперь он вышел на заслуженный отдых, но не угомонился. Окрестные леса исхожены им вдоль и поперёк. Жаль, что в нашем повествовании, он упоминается только вскользь...
И ещё два жителя, обитающих на чердаке. Чёрно-пушистый умудрённый опытом кот Лентяй, любящий поспать на солнышке, и серо-полосатый Мурзик, дон Жуан, заводила всех поселковых кошачьих сборов.
Кажется, все?.. Нет, был ещё один жилец в доме у края света, но о нём позже...

1. КТО-ТО БРОДИТ ПО ДОРОГЕ
Ранним утром на крыльце дома сидел Феликс. Он ничего не делал, а просто сидел и глядел на отделявшую лес от дома дорогу и размышлял.
То, о чём он размышлял, было сугубо личным, и мы не станем на этом останавливаться, чтобы не смущать мальчика. Скажем только, что были в его думах чьи-то большие прекрасные глаза с длинными ресницами и светлая грусть от несовершенства мироздания.
Они с папой только что приехали к деду погостить. Дед Корней принял их с радостью, а бабушка накормила до отвала пирожками. Это всё было вчера, а сегодня Феликс встал, разбуженный странной тишиной.
Весь дом спал, а Феликс сидел на крыльце и размышлял...
Вдруг взгляд его, прикованный к дороге, заострился. На дороге кто-то был.
Кто-то шёл сюда.
Был этот Кто-то не высокий и не низкий, с добрыми глазами, усталыми движениями, одетый в пыльную штормовку, пыльные джинсы и пыльные сапоги.
Когда Кто-то уже совсем подошёл сюда, стало понятно, что Феликсу он незнаком. Ну, ни капельки!
– Можно, я с вами рядышком посижу? – попросил Кто-то, и мальчик не понял, какой у него голос – хриплый или тонкий?
– Пожалуйста!.. – Феликс спешно подвинулся, хотя крыльца хватило бы на десять неизвестно кого и ещё осталось бы место для маленького слона.
Прекрасные глаза немного отдалились, мироздание тоже подумало, что Феликс пока обойдётся без него. Мальчик разглядывал Кого-то, а Кто-то разглядывал его.
Неизвестно кто снял фуражку. Да-да, у него была пыльная фуражка с многолучевой звёздочкой вместо кокарды. И сказал, чтобы поддержать разговор:
– Ветреный сегодня день, не правда ли?
Это была неправда, но Феликс подтвердил:
– Действительно, даже листья срываются...
Удивлённый ветерок, мирно струящийся вокруг дома, сначала притих, потом обрадовано побежал хвастаться к родителям.
Кто-то спросил:
– Вы не будете против, если я закурю?
Вообще-то, курить рядом с детьми нельзя. Это вредно для здоровья, но Феликс разрешил:
– Курите, пожалуйста...
Он хотел спросить: «А кто вы?», но вместо этого произнёс:
– А вы откуда?
Кто-то в это время раскуривал огромную капитанскую трубку. Раскурил, пыхнул клубом дыма в сторону от Феликса и похвастался:
– Ямайский!.. – ещё раз пыхнул. – Откуда я? Кажется... – он посмотрел на солнце. – С запада?.. Да-да... точно с запада.
– И как там у вас, на западе, дела? – осторожно поинтересовался Феликс.
– Помаленьку... Небо прохудилось...
Феликс округлил глаза.
– Как?!
– Ну, да, – подтвердил Кто-то. – Звезда оторвалась – вот такая дырка осталась! А из неё ка-ак хлынет... А чинить некому... – Кто-то вздохнул.
– Почему? – удивился Феликс. – А как же Смотритель Неба?
Кто-то махнул рукой:
– А-а... Смотритель на небо забрался, а звезду забыл. Хотел слезть, но лестница упала.
– И никто не поднял? – не поверил Феликс. – Не может быть!
– А как ты её поднимешь, если она на тысячу кусочков? – возразил Кто-то.
Пока они разговаривали, ароматный табачный дым змейкой вился к небу. Феликс подумал, что, наверное, этот дым достигает западного небосвода и щекочет нос Смотрителю. И тот, бедняга, мучается, ведь свою трубку он, наверняка, оставил на земле, рядом с упавшей звездой...
Кто-то докурил. Спрятал трубку в карман и строго пояснил:
– Вообще-то курить вредно. Но мне можно – я за новой лестницей иду. Тем, кто идет за новой лестницей, – тем можно...
Он встал и надел фуражку:
– Спасибо за ваше прекрасное крыльцо – на нём было очень удобно сидеть. Пойду я, а то Смотритель уже второй день без завтрака, обеда и даже без ужина. Как бы он там все звёзды не съел...
Неизвестно кто повернулся и зашагал по дороге к востоку.
Феликс немного посмотрел ему вслед, потом опомнился:
– Подождите!.. А как вас зовут?..
Кто-то остановился и оглянулся:
Вообще-то моё имя Кто-то, но иногда меня называют Неизвестно Кто...
Кто-то ушел совсем, а Феликс остался на крыльце – размышлять о прекрасных глазах, несовершенстве мироздания и несчастном Смотрителе Неба. Как он там два дня без обеда?..

2. О ТВОРЧЕСТВЕ И О ТОМ, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ С ЧЕРHОВИКАМИ
Валера вздыхал: у него не получался очередной рассказ.
– Как ты так можешь? – спрашивал он у Вити. – Чуть посидел – и уже поэма…
Они сидели у Вити на кухне и пили чай. Витина жена устроилась в гостиной у телевизора. Сам Витя задумчиво позвякивал ложечкой в стакане.
– Понимаешь... – сказал он, – тут вдохновение нужно...
– Оно у меня есть... – вздыхал Валера. – Каждый вечер мучает: «Пиши!.. Пиши!..» Я пытаюсь, а всё равно... Уже вся тумбочка черновиками набита... Да и то, что получилось... не получилось...
– Нет, почему же... – Витя постарался подбодрить друга. – У тебя есть отличные вещи... Например, про плохого поэта...
– Про плохого поэта? – Валера покраснел, но Витя этого не заметил.
– Да-да!.. Я покатывался со смеху! Тебе в юмористы надо...
Валера покраснел ещё больше: он не писал про плохого поэта. Он писал про хорошего поэта...
– И откуда ты таких стихотворений понабрался? Специально выискивал?
– Нет... – ответил Валера.
Стихотворения он писал сам, но теперь об этом не скажет никому.
– Только... – продолжал Витя, – ты не обижайся... у тебя герои немного невыразительные... Как будто скелеты...
– Это специально... – пояснил Валера с грустью. – Чтобы читатель сам себе домысливал героя...
Он поблагодарил Витю за чай и пошёл к себе.
Там он вытащил все свои черновики — написанные и недописанные и долго их просматривал. Потом открыл окно и выкинул все до единого. Ветер подхватил тетрадки и понёс их, растрепав. Ниже этажом старик Корней с удивлением пробормотал своей старухе:
– Глянь, мать, какие удивительные птицы!.. Отродясь таких не видел!..
Валера постоял у открытого окна, посмотрел в ночь, потом привычно вздохнул и сел за стол. Руки сами собой подкрались к чистой тетрадке и авторучке. На нетронутый лист легли первые буквы неказистого почерка. Задумчиво поглядывая в окно, Валера писал:
«Жили на свете странные птички-тетрадки. Может, этой истории и не случилось бы, но она произошла. И виной тому стал один неумелый писатель, который, однажды, разозлившись на себя, выкинул в окно все до единого черновики...»
Кто-то стукнул по подоконнику. Валера в очередной раз глянул туда и обомлел. Поглядывая на него умными чёрными глазками, в окне сидела птичка-тетрадка...

3. «ЗАКИHУЛ СТАРИК HЕВОД...»
Дед Корней любил ловить рыбу. Правда, это у него плохо получалось.
Однако каждое воскресенье он вытаскивал из дальнего угла темнушки удочки, копал червей и шёл на речку.
Там у него было заветное место. Клева, правда, почти не было, но тишина и красота стояли знатные.
В это воскресенье он решил, что ему повезёт. Чёрный сом, который прятался в омуте, обязательно позарится на его червяка. Почему-то до сих пор он не зарился, но сегодня обязательно...
Рыбачил дед азартно, и потому сейчас, усевшись на сухую корягу, закинул удочку и стал внимательно следить за поплавком. Поплавок, казалось, заснул. Но дед знал, что хитрый сом осторожно крадётся к его крючку...
Вдруг сзади что-то засвистело, загремело. Дед сердито сдвинул брови и сказал:
– Перестаньте безобразничать!
Он думал, что это либо его внук Феликс, либо шалопаи Сашка с Игорьком. Однако совершенно незнакомый голос произнёс:
– Извините, пожалуйста... Мы не хотели...
– Ладно, ладно... – не отрывая глаз от поплавка, простил дед.
Сзади что-то залязгало, запахло дымком. Но дед решил внимания уже не обращать. Потом тот же голос смущённо попросил:
– Извините ещё раз... Мне крайне неловко вас спрашивать... Но, понимаете, у нас сломался газоанализатор... Вы не подскажите примерный состав вашей атмосферы?..
Дед вздохнул: что за день сегодня? Не дадут порыбачить. Сказал, не оборачиваясь:
– Азот... Углекислый газ... Кислород...
– А метана нет? – с надеждой спросил другой голос.
– Нет! – отрезал дед.
– Я уж и не знаю, сможете ли вы меня извинить... – совершенно грустно начал первый голос, и дед понял, что он опять сейчас что-то будет просить.
– Короче... – предложил дед Корней.
– У нас шуруп отвинтился... Нужен инструмент...
Дед отдал, не глядя, складной ножик, среди прочих лезвий имевший отвертку.
Сзади опять лязгнуло, заскрипело...
– Большое спасибо... – поблагодарил голос и вернул ножик.
Прикосновение чужих пальцев было почему-то холодным и скользким.
– Не за что... – отрешённо пробормотал дед: поплавок немножко повело.
Загрохотало, загудело, засвистело, потянуло дымком... Потом стихло.
Поплавок нырнул, дед подсёк и вытянул пескаря.
– Не сом... – со вздохом понял он. – Ну, ничего... Я его ещё поймаю... Если мешать не будут...

4. КРАЙ СВЕТА, ИЛИ ТОТ, КТО ВСЁ ЗНАЕТ
Игорь и Санёк продирались сквозь лес. Если кто-то из читателей удивится: «Как так – продирались?», поясню – мужественно. Невзирая на порванные курточки и перепачканные штаны.
Время от времени Санёк, как две капли воды похожий на брата, но родившийся самую чуточку позже и потому менее решительный, спрашивал:
– А какой он, край света?
Игорёк, не прекращая продираться, задумывался, хмурил брови, как и полагается настоящему исследователю. Пояснял:
– Край света он... невиданный!
– А почему? – не отставал Санёк.
– А потому что его ещё никто не видел.
Теперь задумывался Санёк.
– Это ты у Валентина Андреевича узнал?
Игорёк кивал:
– А то у кого же? Конечно у Валентина Андреевича!
– А Валентин Андреевич видел край света?
– Нет, конечно!.. Он же невиданный!
– А откуда тогда он знает, что край света невиданный?
– Потому что он его не видел...
Игорьку надоел этот бесполезный разговор, и он стал продираться сильнее. Санёк запыхтел...
Кусты и деревья леса расступились, братья куда-то вышли...
– Это край света? – с надеждой спросил Санёк, оглядываясь.
– Нет! – уверенно покачал головой Игорёк. – Это наша речка Сардинка. Оказывается, она течёт с нами по пути...
Они пошли по берегу, Сардинка весело плескалась по правую руку, изредка донося брызги до ребят.
– А вот Сардинка... когда она дойдет до края света... она как? Повернёт? Или туда, за край потечет?
– А вот там и посмотрим...
Начинало темнеть, а край света всё ещё не был найден. Санёк не успокаивался:
– А правда, что край света обрывается?.. И что на самом краю края света сидит Тот, Кто Всё Знает?..
Игорёк нахмурился:
– С чего ты это взял?
– Валера рассказывал...
– Валера писатель, – внушительно объяснил Игорёк. – Ему полагается выдумывать...
Стемнело почти совершенно. На небе стали появляться звёзды.
– Уже близко! – сказал Игорёк Саньку.
– Почему?
– Звёзды яркие и крупные... Такое только у края света бывает!
– Это тебе тоже Валентин Андреевич сказал?
– Сам догадался...
Игорёк и Санёк шли и шли, пока, наконец, не пришли...
– Вот он, край света! – уверенно объявил Игорёк.
Вправо и влево простирался неизвестно насколько обрыв – глубочайший, дна не видать. Прямо впереди не было совершенно ничего, только небо с необычайно крупными и яркими звёздами.
Сардинка весело переваливала через край света и исчезала в бесконечной пропасти...
А рядом с Сардинкой сидел Феликс, свесив ноги с края света и болтая ими в такт своим привычным думам... А помимо думанья дум, он ещё разглядывал заполонившее собой всё небо.
Игорёк с Саньком округлили глаза.
– Ты... Тот, Кто Всё Знает?.. – полушёпотом спросил Санёк.
– Нет, я Феликс, – ответил Феликс, отвлекаясь от созерцания крайнего неба.
Игорёк с облегчением вздохнул, но спросил строго:
– А откуда ты?
– Я из того дома, на краю света...
– И мы оттуда, но что-то я тебя ни разу там не видел...
– Это потому, что мы с папой недавно приехали...
Санёк не мог успокоиться:
– Но где же Тот, Кто Всё Знает?!
– Он ушёл, – сказал Феликс, – только что...
– Жалко... – Санёк загрустил.
Братья сели рядом с Феликсом и тоже задумались, болтая ногами. Потом Игорёк сообразил:
– Так что же это выходит?! Край света уже не невиданный!
– Не невиданный... – подтвердил Феликс. – Виданный нами – и невиданный всеми остальными...
– Это хорошо... А жаль, что мы уже увидели край света. И никогда больше не увидим его в первый раз...
– А Тот, Кто Всё Знает, сказал тебе что-нибудь? – спросил Санёк Феликса.
– Сказал...
– Что?
– Что на земле сидеть вредно и что мне пора домой...
– Он тебя знает? – удивились Игорёк с Саньком.
– Конечно... Ведь он же знает всё...

5. КОТ ЗАЩИТНОГО ЦВЕТА
Валера краснел перед благодарными слушателями.
Благодарных слушателей было двое – чёрно-пушистый Лентяй и серо-полосатый Мурзик.
Валера с тетрадкой в руках сидел на раскладушке, Лентяй развалился в кресле, а Мурзик лежал на подоконнике.
Коты говорить не могли, но все понимали, и их взгляды были красноречивее любых слов...
Валера читал:
«...Жил в некотором государстве отставной полковник. Жил не бедно, но и не богато, полагаясь в основном на свою небольшую пенсию. Жил не тужил, и больше всего на свете ненавидел войну, потому что в душе всегда был пацифистом.
А на довольствии у полковника содержался кот. Не большой, но осанистый, с крупными усами и необычной окраски.
Ведь какие обычно коты? Серые, белые, чёрные, полосатые, трёхцветные... А этот был пятнистым, и не просто пятнистым, а защитного цвета. И когда люди видели полковника в форме и кота защитной окраски, они всегда говорили:
– Ах, как они друг другу подходят!..»
Мурзик на подоконнике облизнулся и всем своим видом выразил:
«Защитный?.. Кошки не поймут...»
Лентяй прижмурился:
«Против природы не попишешь... Был у меня один друг... Так тот аж в фиолетовую крапинку... И ничего, существовал... Продолжайте, Валера...»
И Валера продолжал:
«...Каждый день – в завтрак, обед и ужин – полковник наливал коту молочка в блюдечко и тот с достоинством его выпивал, но...»
«Молочко – это хороший образ... – Мурзик потянулся. – Такой яркий, белый... А как пахнет!.. У вас определённо талант...»
Валера ещё больше покраснел от смущения.
«Мурзик, перестань перебивать...» – строго попросил Лентяй, но тоже довольно зажмурился, по-видимому, и ему представился образ молочка.
И Валера продолжал:
«...но больше всего ему нравилась копчёная рыбка, которой радовал кота полковник по праздникам...»
«Великолепно!..» – Мурзик уже не лежал, а сидел и внимательно слушал, чтобы ничего не пропустить...
Лентяй лишь нахмурился на своего собрата.
И Валера продолжал:
«...И жизнь у них текла обычно. Полковник читал газеты, смотрел телевизор, а кот ловил мышей, по ночам гулял с друзьями, а в особенно лунные ночи — с кошкой Мурочкой, у которой были выразительные зелёные глаза...»
«Ах!.. Выразительные зелёные глаза!..» – повторил Мурзик.
«Мурзик!..» – погрозил Лентяй.
И Валера продолжал:
«...Но, не так давно, спокойная жизнь была нарушена, случилось то, чего больше всего в жизни не любил полковник – война. Государство ли на кого-то напало или кто-то напал на государство – это пока не выяснили, однако тут же по дорогам в самые дальние и очень близкие закоулки поскакали гонцы с повестками.
Пришла повестка и полковнику. Правительство с прискорбием сообщало о начале военных действий, о том, что на счету каждый, умеющий держать оружие, а тем более командовать полком, и что полковнику выпала большая честь послужить своей родине.
Полковник повздыхал, почистил мундир, собрал ранец и вышел за порог. Сказал коту:
– Вот и остаёшься ты один... Следи за хозяйством, а я аттестат на тебя отпишу...
Но кот не согласился. Он представил себе, как будут стонать под игом неприятеля все жители страны и их кошки, как, может быть, хозяев Мурочки выкинут из дома, как кожаные сапоги, не знающие пощады, будут заноситься для пинков... В общем, кот решил тоже немного послужить своей родине и отправился вместе с полковником на призывной пункт. Из окна соседского дома глазами, полными слёз, грустно смотрела ему вслед Мурочка...»
Мурзик всхлипнул:
«Ах!.. Как трогательно!..»
Лентяй вздохнул:
«Да... Постоять за свою родину... Было когда-то и такое... Мы, коты, тоже в стороне не стояли... Не молчите, Валера...»
И Валера продолжал:
«...Пришли полковник и кот на сборный пункт, а там сплошная неразбериха стоит. Шум, гам!.. Кто-то оружия требует, кто-то домой просится. Протиснулся полковник к одному столику, за которым пришедших регистрировали, и сказал:
– Вот... Я пришёл...
Ему очень обрадовались.
– Вы полковник? Слава богу! А то у нас целый полк без руководства от безделья мучается. Кого не назначим – не умеют. Голоса командного нету... Берите этот полк и идите в бой...
Вышел полковник на середину двора, подтянулся и гаркнул, что есть силы своим звучным голосом:
– Полк!.. Становись!..
И полк встал перед ним.
– Ружья на плечо!.. Hапра... во!.. Шагом... марш!..
И пошёл полк на войну. Впереди шёл полковник в своём парадном мундире, а в ранце его прятался от посторонних глаз кот защитного цвета.
И начали воевать, доблестью себя покрывать да ранами. Кое-кого совсем списали, по инвалидности. Полковник командовал браво, грудь его стремительно заполнялась орденами. Да и кот старался: неоднократно, используя свою маскирующую окраску, пробирался он в целях разведки на позиции неприятеля. Неоднократно его преследовали злые сторожевые псы, от зубов которых у него осталось несколько боевых шрамов...
Раз попал полк в окружение, и не знал никто в армии, где он. А полковник слал гонца за гонцом, но ни один не добирался, все геройски погибали... Тогда попросил полковник кота – выручай.
И выручил кот. Юрко проскользнул между пуль, плоско прополз мимо неприятельских солдат, пробрался к своим и прямиком к главному генералу. И записку ему передал, мол, погибает полк, какие будут указания? Прочитал генерал и осерчал: как это так, погибает полк, а он ничего не знает?! Немедленно спасти!
И спасли...
А кота представили к ордену...»
«Вот это я понимаю! – мурлыкнул Лентяй. – А то все собаки да собаки! А кошки, может, умнее всякой собаки!..»
Мурзик молчал и лишь глаза его горели жаждой приключений.
«Что там дальше?..»
И Валера продолжал:
«...И война гремела, стреляла, взрывалась. Полк продолжал доблестно биться. Но заметил кот, что стал полковник как-то странно грустнеть и грустнеть, а это опасно – грустного на войне любая пуля видит. Что же случилось?
– Плохо мне... – объяснял полковник коту. – Не люблю войну. Сражаемся, сражаемся, а солдаты гибнут и гибнут... Ордена? Что мне их, солить, что ли?.. Выручи, дружище, ты же умный!..
И задумался кот, как же остановить войну. И придумал!
Дело в том, что народ (и в государстве, и у противника), был донельзя суеверным, а что больше всего подходит для суеверных страхов? Правильно, чёрная кошка!..
Позвал кот своих собратьев и сказал, что надо делать...
И началось... Только полки надумают стыкнуться друг с другом в битве, как откуда ни возьмись – чёрная кошка. И шмыг по линии фронта! Остановятся солдаты и не знают, что делать.
Генералы почесали затылки и заключили мир...»
«Ловко! – восхитился Мурзик. – На людских предрассудках сыграл!.. Молодец!»
«А чем кончилось? – поинтересовался Лентяй. – Продолжайте, Валера, уж больно хорошо у вас получается...»
И Валера продолжал:
«...Правительство повелело коту памятник поставить на главной площади государства. И каждый год, в знаменательную дату победы, лучшие художники рисовали на каменном коте пятна защитного цвета.
А полковник с котом уехали к себе и стали жить-поживать... Полковник начал писать мемуары, а кот... У него появилось целое семейство: прекрасная кошка Мурочка и пятеро замечательных сыновей-котят, папиной окраски и с мамиными выразительными зелёными глазами».
Валера отложил тетрадку и робко сказал:
– Это всё...
Мурзик спрыгнул с подоконника и восторженно покатался по ковру. Лентяй церемонно потерся о штанину Валеркиных джинсов.
«Знаете что, Валера, – говорил его взгляд. – Вы гениальный писатель. Не знаю как людям, а кошкам это определенно понравится. И потому у меня есть предложение – не хотели бы вы писать для кошек? Гонорар гарантируем – рыбку, молочко, мышек... Как вы на это смотрите?..»
Валера улыбнулся:
– Спасибо!.. Не надо мышек, я вам так буду писать... Хоть кому-то моя сказка понравилась...

6. ТУМАН, ФЕЯ И ВОЛШЕБНИК
В это утро Санёк встал необыкновенно рано, в восемь часов. Однако всё равно не удалось проснуться первым: когда он выходил из подъезда, на крыльце уже сидел Феликс, зевал и смотрел на дорогу.
– Ты чего... здесь? – удивился Санёк.
– Так... – Феликс пожал плечами. – Туман... Хорошо...
Действительно, белые тяжёлые клубы тумана наползали со стороны Сардинки и постепенно укутывали окрестности.
– Ну, и что? Туман как туман...
Феликс вздохнул:
– А ты представь себе, что это небо опускается на землю... Или наоборот – мы поднимаемся на небо...
Санёк сел рядом и постарался представить. И ему это удалось!
Если не оборачиваться и смотреть только вперёд, то получалось, что они с Феликсом сидят на большом облаке, среди тысячи других. И приходило странное щекочущее ощущение полёта...
– Здорово! – восхитился Санёк. – И часто так бывает?
– Нет... Только когда туман чистый...
– А бывает нечистый?
– Бывает, в больших городах...
Туман всё прибывал и прибывал. Уже совсем скрылся лес и дорога, видимость снизилась до двух-трех шагов. И стало тихо...
Санёк немного испугался и, если бы не Феликс рядом, то давно уже ушёл бы в дом.
И вдруг... Чей-то мелодичный голос произнёс сзади:
– Мальчики, вам не холодно?..
Санёк обомлел: он не слышал ни одного шага. Феликс, не оборачиваясь, ответил:
– Нет... Садись с нами?..
– Спасибо... – поблагодарил всё тот же мелодичный девчоночий голос. – Однако лучше я пойду...
– А ты куда?
– На речку... Я так давно на речке не была!.. Пойдёшь со мной?
– Нет, спасибо... – Феликс всё так же не оборачивался. – Я лучше тут посижу...
Санёк всё это время сидел безмолвно, даже старался не дышать. Но когда мимо проскользнул и канул в тумане девчоночий силуэт, он успел рассмотреть его и вздохнул. Несомненно, это была его мечта...
– Кто она? – спросил он у Феликса.
– Она? – Феликс непонятно посмотрел на Санька. – Она – фея... Речная.
– Ты многих знаешь...
– Ещё бы...
– А она ещё появится?
– Может быть...
– А она в речке живет?..
– Нет... Она сидит на берегу и смотрится в своё отражение...
– А можно посмотреть... как она смотрится?
Феликс пожал плечами. Санёк поднялся и шагнул в туман.
Сделав ещё пару шагов, он потерялся и оттого немного испугался. Но потом понял, что совершенно заблудиться в таком чистом тумане невозможно...
Туман вывел к речке.
Сардинка чуть слышно плескалась в своем гладком русле, песчаный берег тихо проминался под подошвами сандалий...
Скоро Санёк нашел и фею: она, действительно, сидела у небольшого обрывчика, поджав под себя ноги, и смотрелась в воду, будто видела там что-то необычное...
Санёк, неслышно ступая, подошёл и встал сзади.
С виду, если не знать, что она – фея, то её можно было бы принять за обыкновенную девочку. Вернее за необыкновенную...
Почувствовав что-то, фея обернулась, и Саньку показалось, что она посмотрела в самое сердце...
– Извините... – пробормотал он. – Я не хотел вам мешать...
– Ты мне совсем не помешал... – спокойно ответила фея.
– Можно, я рядом постою?
– Пожалуйста... Ты здесь живёшь?
– Да...
– А я – в городе...
Санек удивился:
– Разве речные феи живут в городе?
Фея с любопытством рассмотрела Санька:
– А кто тебе сказал, что я – фея?
– Феликс...
Фея засмеялась, и Санёк тоже улыбнулся.
– Феликс... Ну, шутник!.. Тебя как зовут?
– Санёк... Саня.
– А я – Даша. Я сестра этого шутника.
Тут всё встало на свои места, и Санёк вздохнул с облегчением.
– Но разве Феликс – шутник?.. Вот уж бы никогда не подумал... Он такой задумчивый... Почему он всегда такой?
– Потому что он волшебник.
Санек уже и не знал чему верить...

7. КУДА ДЕВАЛИСЬ ДЕТИ?
– Здравствуй, Валера, ты почему перестал заходить?
Это сказал Витя. Он шёл по лестнице подъезда и увидел, что дверь в комнату Валеры открыта, а сам хозяин сидит на подоконнике и что-то внимательно разглядывает.
– Тс-с!.. – Валера приложил палец к губам.
– А что такое? – заинтересовался Витя.
– Я хочу посмотреть, куда они деваются?
– Кто?
– Да дети...
Витя подошел и сел рядом. Из Валериного окна, расположенного на третьем этаже, был хороший обзор окрестностей. Обозревался весь пустырь, дорога и лесная стена...
– А они куда-то деваются?
– Да...
– Странно...
– Я тоже удивляюсь... Смотри!..
Поэт и писатель прижались носами к стеклу.
В подъезде, этажом ниже, хлопнула дверь, чьи-то шаги простучали по деревянным ступеням...
В поле зрения появился Феликс. Он ни от кого не прятался, а шёл, стегая себя сорванной возле крыльца травинкой по джинсам. Феликс углубился в пустырь и через некоторое время исчез...
– Вот, один уже делся!.. – прошептал Валера.
Потом из дома вышел Игорёк и тоже делся на пустыре... Незнакомая Вите девочка и Санёк делись в одном направлении, взявшись за руки. Кажется, в направлении Сардинки?
– Вот и всё... – Валера спрыгнул с подоконника. – Они почти каждый день так, я заметил...
– Тогда спроси их!
– Не надо, может быть это тайна?.. Тогда они будут деваться незаметно...
– Ладно... – Витя махнул рукой. – А всё-таки, почему ты перестал заходить?
– Да некогда всё... Сказки кошачьи пишу вовсю...
Витя вежливо посмеялся. Потом они ещё немного поговорили, и Витя опять проехался по Валериным героям.
– Схематичные они у тебя.
– Да так и надо... Я оставляю читателю возможность додумать героя, увидеть его таким, как он хочет... Разве это плохо?..
– Не знаю, может это и хорошо...
Тут прошуршали чьи-то мягкие шаги, на пороге возник Мурзик. Его хвост изогнулся в виде вопросительного знака.
– Брысь! – сказал Витя.
– Погоди, – остановил его Валера. – Вот, Мурзик, здесь ещё две сказки. – Он подал коту тонкую тетрадку. – Лентяя устроили предыдущие?
Мурзик мурлыкнул.
– Что вы!.. – махнул рукой Валера. – Псевдоним самый подходящий, спасибо вам... Да-да, до свидания...
Мурзик исчез, утащив с собой тетрадку. Валера наконец-то повернулся к округлившему глаза Вите.
– Вот так вот... На чём мы с тобой остановились?..

8. ЭЛЕКТРИЧЕСКИЙ ЧЁРТИК
Сумбурное выдалось это лето. Что-то непонятное творилось с погодой – то жара, то сырость с туманами по утрам, а то и вообще гроза, вот как та, что сейчас бушевала за стенами дома на краю света...
Игорёк не спал. Он читал книжку и, чтобы не мешать брату, делал это при включённом ночнике.
Вообще-то по ночам детям полагалось спать, однако Игорёк был настолько самостоятельный человек, что мама с папой давно уже махнули на него рукой и сосредоточили все свои воспитательные усилия на Саньке.
За окном одна ярче другой полыхали молнии, но Игорек их не видел. Он целиком ушёл в книжку. Названия не скажу, но, кажется, была эта книжка про пиратов, сокровища, галеоны и далекие южные моря. Зачитавшийся Игорёк проглатывал страницу за страницей.
Вдруг ночник мигнул, правда, Игорёк этого не заметил, однако затем ещё пару раз моргнул свет, и ему пришлось оторваться от морских приключений.
– Не балуй! – пригрозил Игорёк расхулиганившемуся ночнику.
– А почему? – неожиданно спросил ночник.
Игорёк опешил, потом нахмурился и объяснил:
– Потому что я читаю!
– А про что ты читаешь?
– Про пиратов...
– А это интересно?
– Интересно... – Игорёк замолчал, потом решительно заявил: – Говорящих ночников не бывает!
Голос хихикнул:
– Конечно!
– Тогда кто же ты? – удивился Игорёк. – И где ты прячешься?
– Я тут, в ночнике!
Игорёк придвинулся к тумбочке и внимательно осмотрел ночник.
– Я никого здесь не вижу.
– Я сейчас...
Спираль в лампочке вдруг вспыхнула совсем белым светом, потом мигнула и опять стала жёлтой, а почти перед самым носом Игорька возник... Электрический Чёртик!..
Он немного напоминал шаровую молнию, однако, у той не было лапок и маленьких рожек. Чёртик уселся на край стола, несколько искорок соскочили с его спины и тут же угасли.
– Ты – Электрический Чёртик? – осторожно спросил Игорёк.
– Да, – подтвердил Чёртик.
– Ты живёшь в проводах?
– Конечно, там очень удобно. А ты живёшь здесь?
– Да, а почему ты спрашиваешь? Ты разве не знаешь, что люди живут в домах?
Чёртик вздохнул:
– Я ещё маленький и не успел везде побывать. Мама говорила: держаться от людей подальше и не показываться им на глаза. Но я всегда был непослушным, – Чёртик хихикнул.
Он уселся поудобнее и начал расспрашивать:
– Ты один здесь живёшь?
– Нет, в этой комнате ещё мой брат – вон он дрыхнет...
– Что значит дрыхнет?
– Ну... Спит.
– Спит?..
– Да, спит... А вы разве никогда не спите?
– Нет...
Они ещё немного поболтали, а гроза неистовствовала вовсю. Порывы ветра бросали клочья дождя в окно.
– Ладно, – сказал Чёртик напоследок. – Мне пора уходить, но мы ещё увидимся.
Он уже хотел было юркнуть обратно в лампочку, но не успел – свет мигнул, а затем погас. В наступившей темноте только вспыхивали молнии за окном да стрелял искорками Чёртик.
– Как же так?! – встревожился он. – Мне долго без дома нельзя!
– Совсем-совсем? – тоже встревоженно спросил Игорёк.
– Электрические Чёртики живут только пока есть ток! Мы с мамой и папой живём на электростанции... Что же мне делать?!
Но Игорёк панике не поддался, а хладнокровно оглядел комнату. Сначала он взял электронные часы Санька и предложил Чёртику:
– Может, здесь переждёшь?
Чёртик замотал головой или тем, что ему её заменяло:
– Нет, слишком маленькие батарейки!
Он слабел прямо на глазах, постепенно затухая.
Игорек сбегал в прихожую и принёс мощный фонарь – папа купил его когда-то для того, чтобы не сломать ногу, когда он ходил на ночную рыбалку.
– А это?
Он зажёг фонарик, направив луч на стенку, чтобы не разбудить брата. Чёртик неуверенно подошёл к фонарику и залез в его маленькую лампочку, потом, довольный, выглянул:
– Очень тесно, но ничего...
Ещё два часа они провели так, тихо беседуя. Потом совершенно неожиданно вспыхнул ночник, и Чёртик собрался домой.
– А то мама с папой волнуются, – объяснил он Игорьку. – Спасибо тебе, а то бы я сейчас...
– Да ладно!.. Ты ещё придёшь?
– Наверное... А можно будет походить с тобой? – попросил Чёртик. – А то провода не везде проложены...
– Конечно! – обрадовался Игорёк. – Я попрошу папу подарить мне этот фонарик...

9. ГДЕ-ТО СВЕТИТ ОГОНЁК
Феликс проснулся поздно ночью от особенно сильного раската грома. Он сел в кровати и понял, что спать совершенно не охота.
К сожалению, света не было, в чём Феликс убедился, щёлкнув несколько раз выключателем. Пришлось сидеть в темноте.
Сначала Феликс просто думал. Что хорошо бы сделать себе крылья, взобраться на чердак, оттуда на крышу и полететь... Потом мысли перешли на Дашку. Она целыми днями в компании Санька пропадала на речке.
Молнии сверкали во все затученное небо, и Феликс стал смотреть в окно.
Интересно, а если бы сейчас в доме появилась шаровая молния? Вот было бы здорово! Феликс никогда не видел шаровых молний...
Особенно яркий разряд полыхнул где-то на самом горизонте и... не исчез! То есть не исчез полностью: осталась небольшая красноватая точка.
«Что это? – подумал Феликс. – Загорелась верхушка сосны? Или появилась звезда? Нет, на небе тучи, звезд не видно... Может, эта звезда висит ниже туч?»
Огонёк там, вдалеке, несколько раз мигнул, будто хотел погаснуть...
«Это, наверное, костёр... Ведь там лес до самого края света. Хотя, если присмотреться... Огонёк выше или ниже крон деревьев?.. Кажется, выше...»
Наверное, это Смотритель Неба. Опять полез ремонтировать что-то, и его застал дождь. И он сидит, греется у костра, а тучи его не трогают...
Феликс так и заснул за подоконником.
Днём он ходил задумчивее, чем обычно, наступил на хвост Мурзику и даже не извинился.
Следующей ночью грозы не было. В небе кружилась метель звёзд, и разглядеть среди них тот самый огонёк было практически невозможно.
Феликс пододвинул табурет к подоконнику, сел не него и стал грустно смотреть вдаль, туда, где небо сливается с верхушками сосен.
И тут огонёк мигнул! Ещё раз! И ещё! Этим он сразу обнаружил себя, выделил среди множества подобных, но совершенно равнодушных звёздочек... Феликс как завороженный следил за ним, боясь потерять...
Огонёк мигал тревожно, трепетно. Как будто сигналил о чём-то непонятном...
– Игорёк, у твоего папы был фонарик?.. – спросил утром Феликс у одного из близнецов.
– Я не Игорёк, я Санёк...
– Но, все-таки, фонарик у твоего папы есть?
– Есть. А что?
– Ты не мог бы мне его дать на одну ночь?
– Не мог бы. Папа отдал фонарик Игорьку...
– А где?..
– А Игорёк куда-то собрался рано-рано и ушёл. И фонарик взял с собой.
Феликс пришёл домой и сел на диван. Дед как раз снаряжал удочку, собираясь на рыбалку.
– Что, внук, пойдёшь со мной?.. Я знаю такое место...
Феликс покачал головой.
– Что ж ты такой невесёлый?
– Фонарик нужен...
Дед Корней задумался.
– Фонарика у меня нет, но, может, свечка подойдёт?..
– Свечка? Свечка подойдёт!
Свечка действительно подошла. Феликс поставил её на блюдце, дождался ночи и зажёг фитиль...
Вскоре на горизонте опять мигнул огонёк.
Феликс затаил дыхание и прикрыл язычок пламени ладошкой. Потом ещё раз, и ещё...
Огонёк на горизонте озадаченно мигнул. Потом опять засигналил. И Феликс сигналил ему в ответ...
Так повторялось потом почти каждую ночь. И главное, Феликс понял, где светит эта непонятная звёздочка-огонёк.
Она горит за краем света...

10. КРЫЛЬЯ ДЛЯ МЕЧТАТЕЛЯ
– Взлетит... – мурлыкал Лентяй.
– Не взлетит... – не соглашался с ним Мурзик.
Мимо волок большие крылья Феликс. Они были склеены из реек и обтянуты синей материей.
– А я говорю – взлетит!
– Не-а... Никто, кроме птиц, летать не может...
– Знавал я одну кошку... – задумчиво протянул Лентяй.
– Которую? – живо заинтересовался Мурзик.
– Ты её не знаешь... Такое пушистое имя – Ласка...
– Ласка... И что?
Лентяй потянулся.
– Она тоже умела летать...
– Кошка?! Летать?!
– Ага... Она была летучая кошка...
– Летучая кошка?!
Внезапно Лентяй рассердился:
– Что ты повторяешь, как попугай? Ну да, летучая кошка! Бывают же летучие мыши, значит должны быть и летучие кошки. Где есть мышки, там обязательно должны быть кошки – природа... Она всегда всё держит в равновесии...
Феликс, между тем, скрылся в подъезде и, наверное, уже поднимался по лестнице...
Мурзик сощурился на солнце и мечтательно промурлыкал:
– Интересно, а летучие мышки – они как, вкусные, или только для летучих кошек?
– Я как-то ел одну...
– И?..
– Да ничего особенного... Мышка как мышка, только с крыльями...
Тихо шурша травой, со стороны пустыря появились Санёк и Даша, остановились прямо над замолчавшими котами...
Даша осторожно высвободила руку:
– Ну, я, наверное, пойду домой... Феликса проведаю...
– Что-то он какой-то грустный...
– А он всегда такой...
Тут на крыше появился Феликс с нацепленными на руки крыльями. «Что сейчас будет...», – подумал Мурзик. «А ничего не будет – полетит», – Лентяй, чуть прижмурившись, тоже глянул вверх...
Санёк задрал голову и охнул:
– Даша! Смотри!.. Феликс...
Даша округлила глаза и вскрикнула:
– Феликс, не смей!
Тот неохотно глянул на них сверху.
– Что?..
– Не смей, говорю, я дедушке пожалуюсь!..
Шевельнув крылом, Феликс повёл плечом.
– Феликс! – закричал и Санёк. – Ты же разобьёшься!
– Почему? Я же с крыльями...
– Не смей! Феликс! Я папе напишу!.. Я с тобой разговаривать не буду!..
Феликс перестал обращать на них внимание. Раскинул крылья и шагнул с крыши...
Все ахнули и зажмурились...
Наступила звенящая тишина, и в ней особенно громко прозвучал стук падения...
Даша вскрикнула и открыла глаза.
На траве возле дома лежали синие реечно-матерчатые крылья. И всё. А в небе летел Феликс. Он летел, вытянув вперед руки, и даже с земли можно было заметить, какое у него сосредоточенное лицо...
– Этого не может быть! – сказал Санёк.
– Почему же?.. – промурлыкал Лентяй. – Он мечтатель, этот ваш Феликс, а мечтатели только так и летают...
– Ты разговариваешь?! – поразился Санёк.
– Нет, конечно, коты разговаривать не умеют...
Потом наступил вечер, все ушли домой. Феликс вернулся и получил большой подзатыльник от Даши, но не обиделся: был он опять странно задумчив, что ещё больше тревожило его сестру.
А на траве, рядом с домом, размываясь в наступающей темноте, лежали синие крылья...

11. ПОГРУСТИМ НА КРЫШЕ?
На чердаке хранились всякие ненужные вещи, которые покрывала многолетняя пыль. Ещё тут жили Лентяй с Мурзиком, но сейчас их не было...
А ещё тут обитало привидение – оно-то и было тем жильцом, о котором в предисловии обещалось рассказать позже.
Привидение скучало. Потому что делать было совершенно нечего. Пугать людей оно не любило, а ничем другим заниматься не умело.
И вот так оно скучало, скучало, пока вдруг не открылся чердачный люк, и луч света не проник в темноту чердака. Привидение немного оживилось и спряталось за сломанное пианино, на котором иногда играло по вечерам печальные мелодии.
На чердак вскарабкался мальчишка, привидение знало его – один из живущих в этом доме, Феликс.
Так вот, Феликс вскарабкался, огляделся и двинулся по чердаку. Он явно что-то искал, но в темноте не мог найти. Наконец, остановился и удивлённо произнёс:
– Я же точно видел это здесь...
«Пугнуть его, что ли?» – подумало привидение. Но не стало, лишь подлетело поближе.
Феликс обернулся и увидел его – небольшая полупрозрачная фигура в саване.
– Здравствуйте, – сказал Феликс. – Вы не видели здесь картины?
– Картины? – переспросило привидение. – А ты меня не боишься?
– Нет, конечно. Так вы не видели Её?
– Здесь несколько картин, – любезно ответило привидение. – Но раз ты говоришь вот так, с большой буквы, то я знаю, которая тебя интересует...
Привидение подлетело к большому сундуку.
– Обычно она хранится здесь, но вчера я её доставало, чтобы полюбоваться.
– Вот вчера-то я её и видел...
Феликс отвалил тяжёлую крышку, разворошил несколько камзолов, достал ржавую шпагу, микроскоп, два пистолета, огромную кожаную книгу и, наконец, завёрнутую в холст картину.
Мальчик развернул холст и уверенно сказал:
– Да... Это она...
Привидение зависло над плечом у Феликса, чтобы лишний раз полюбоваться красотой.
На картине была изображена девочка в длинном белом платье с грустным лицом и большими глазами. Золотистые волосы волной скатывались на плечи...
– Кто она?.. – чуть дыша спросил Феликс.
– Не знаю... – виновато пожало плечами привидение. – Когда я здесь завелось, картина уже лежала в этом сундуке. Одно могу сказать – это работа знаменитого Неизвестного Художника...
– Как она похожа... Даже глаза такие же синие...
– На кого?..
– На одну девочку...
– Твою подругу?
Феликс вздохнул.
– Мы дружили до сегодняшнего лета, а потом... Они с семьей неожиданно исчезли... Совсем, будто и не было их... А меня папа сюда привёз...
Привидение сочувственно покивало. Потом предложило:
– Пошли на крышу? Там хорошо сегодня, не жарко...
Они выбрались на крышу и уселись возле трубы.
– Что ты больше всего любишь делать? – спросил Феликс у привидения.
– Я?.. Я люблю просто сидеть и грустить... Тогда мне становится так хорошо...
– А я люблю сидеть и мечтать...
– Тогда давай вместе сидеть? Ты будешь мечтать, а я буду грустить. И нам обоим будет хорошо...
– Давай...
С тех пор Даша, Санёк и Игорёк часто замечали, как на крыше рядом друг с другом сидят Феликс и привидение.
– Они грустят... – сочувствовал Санёк.
– Нет, они мечтают... – возражала Даша.
– Да делать им нечего... – хмыкал Игорёк.
А взрослые, как обычно, ничего не замечали...

12. СКАЗКА ПРОСТО ТАК
«Жили как-то на свете два мальчика-близнеца, и до того они были похожи, что даже родители их иногда путали. А еще на том же свете жили маленький волшебник и речная фея.
Все четверо очень дружили друг с другом, но однажды вдруг поссорились.
А случилось это так...
Один из близнецов дружил с феей, то есть, дружили-то все, а он – по особенному. Больше всего на свете мальчик любил, когда фея сидела на берегу реки и расчесывала свои длинные волосы...
А маленький волшебник смеялся над этим. То есть, так казалось мальчику...
И сказал тогда мальчик своему брату:
– Давай не будем дружить с волшебником!
– Почему? – удивился брат.
– Потому что он смеётся надо мной и вообще задавака!
– Задавака? С чего ты взял?
– Ну... Говорит, что волшебник, а сам ничего не колдует...
Перестали братья дружить с маленьким волшебником, тот сначала не заметил этого, а когда заметил – удивился:
– С чего это вы вдруг?
– А мы на тебя обиделись! – ответили братья.
– Почему?
– Задаешься сильно!
– Я? Задаюсь?
– Ну да! Ты – волшебник, а чудес не делаешь!
Обиделся маленький волшебник:
– Чудеса?! Какие вам чудеса сделать?
– А речку можешь остановить?
– Могу!
И вмиг пересохла речка.
– Ну... Это всё равно не чудо!..
И тогда ещё сильнее обиделся маленький волшебник, приколдовал обоим близнецам по длинному кошачьему хвосту и улетел на Луну, дуться.
А в это время фея пришла к речке, посмотреться в свое отражение. Увидела, что русло сухое, и всплеснула руками:
– Ах! Что же случилось с моей речкой?
Тут она заметила хвостатых близнецов, выглядевших донельзя виноватыми, и сразу всё поняла, засмеялась.
– Мальчики, сейчас же извинитесь перед ним! Пусть вернёт мне речку, а вам уберёт хвосты!
Близнецы покраснели:
– Извиняться? Ни за что!
Фея пожала плечами:
– Пфы!.. Все вы мальчишки — балбесы... Чтобы немедленно помирились!..»
Тут Валера прервался, потому что в дверь постучали.
– Да-да, войдите, не заперто!
В квартиру зашёл один из близнецов – то ли Игорёк, то ли Санёк – непонятно. За ним волочился длинный кошачий хвост.
– Извините, мы от вас лестницу к Луне приставим? А то она как раз два с половиной этажа не достаёт... А Феликс слезть не может...
– Пожалуйста, пожалуйста! – засуетился Валера. – Скажи... А этот хвост... Он у тебя давно?..
Мальчик только вздохнул.
Когда с Луны слез дрожащий от космического холода Феликс, Валера уже и сказать-то ничего не мог, только рот открывал изумлённо.
– Знаете что... – сказал Феликс, хлопая себя по бокам. – Вы всё-таки будьте осторожнее с вашей авторучкой... А то вы нас в следующий раз на Альфу Центавра закинете или в веники превратите.

13. ШАГ ЗА КРАЙ СВЕТА
Однажды картина ожила.
Девочка в белом, только что неподвижно сидевшая на стуле, вдруг ойкнула и вскочила. Феликс, как всегда с грустью разглядывавший портрет, тоже подскочил от удивления...
– Ты... кто? – спросила девочка.
– Я... Феликс...
– А что ты делаешь в картине?
– Нет, это ты в картине!
– Ничего подобного!
Они немного надулись, потом Феликс сообразил:
– Знаешь, наверное, мы оба в картинах: я – в твоей, а ты – в моей...
– Вот ещё!.. – обиделась девочка. – Очень мне нужно было залазить в твою картину. Я нахожусь в своей комнате, в своём замке.
– А где он, этот замок?
– Конечно, в королевстве моего папы.
Они потом часто разговаривали – картина прочно ожила и иногда показывала только пустую комнату, когда девочка уходила. Всё чаще девочка появлялась грустной, и Феликсу от этого становилось невесело...
– Что случилось? – спрашивал он.
– У нас всё плохо... – грустно отвечала девочка.
– Что плохо?..
– В королевстве... Дракон появился, папу с трона скинул, запер в темнице, а меня здесь держит...
– А как же войско? Разве у твоего папы нет войска?
– Есть... Только вот что странно – войско есть, а рыцарей нет... А против драконов только рыцари и могут бороться...
Один раз она была странно задумчива.
– Знаешь, Феликс, иногда по вечерам мне очень одиноко...
– Да?
– И тогда я зажигаю свечку и ставлю её на подоконник... А откуда-то издалека ей отвечает мерцающий огонёк... И тогда я мечтаю, что там стоит такая же свечка, и кто-то так же сидит и смотрит в ночь... Может, там живет рыцарь, который нас спасёт?
Феликс мысленно ахнул.
– Хорошо, – сказал он девочке. – Я что-нибудь придумаю.
– Что придумаешь? Зачем?
– Чтобы спасти тебя...
– Какой ты храбрый, – это было сказано с иронией.
– А может, я волшебник?
Волшебник – не волшебник, но посоветоваться надо. И Феликс посоветовался с привидением. Привидение почесало затылок.
– Знаешь, – сказало оно, – есть способ попасть туда от нас или, наоборот, оттуда к нам. Только я его тебе не скажу.
– Почему?!
– Потому что ты захочешь им воспользоваться, а он очень страшный.
– Скажи!
– Хорошо, только дай слово, что не будешь этого делать.
– Я сейчас обижусь.
– Ладно, ладно... Способ очень простой. Нужно только шагнуть с края света.
– Что?
– И всё будет в порядке.
– И этот способ проверен?
– Не совсем... До сих пор им никто ещё не пользовался... Это очень трудно – шагнуть с края света...
И Феликс рассказал об этом разговоре девочке. Однако она только покачала головой.
– Мне страшно...
– Да ладно, главное решиться, а тут тебя встречу я...
– А мама с папой? И к тому же дракон не пускает меня далеко... Шагай ты, если такой храбрый!
– Хорошо!
Девочка тут же встревожилась:
– И не вздумай!
– Конечно, не вздумаю, – успокоил её Феликс, но сам уже решился...
Наверное, это не страшнее, чем шагнуть с крыши...
Вечером Даша нашла записку.
«Сестрёнка, – было написано рукой Феликса, – сейчас я уже нахожусь далеко и искать меня нет смысла. Дело в том, что в сердце каждого мальчика живёт рыцарь. Это лето было очень хорошим, спокойным, но нельзя же вечно так? Не могу я навсегда оставаться мальчиком, рыцарь просится на волю. Кто же знал, что для его освобождения нужно просто шагнуть с края света? Прости меня, если что-то было не так, успокой родителей. До свидания. Твой брат Феликс»
Даша сначала заплакала, а потом решила, что не всё ещё потеряно...
Феликс два раза подходил к обрыву на краю света. Одно дело просто сидеть на нем, свесив ноги, а другое – шагнуть туда. Он очень боялся, и ещё ему сильно хотелось обратно, к друзьям. Но, что поделать, если он нужнее там? Наконец, Феликс зажмурился, задержал дыхание и шагнул...
Когда к краю света, наконец, вышли ободранные Игорёк, Санёк и Даша, там уже никого не было...
– Он ушёл... – грустно сказала Даша.
– Ничего, он обязательно дойдёт! – утешил её Санёк.
– А он вернется?
– Конечно, он не может не вернуться...
Дома они сели на крыльцо. Игорёк задумчиво произнёс:
– Феликс очень любил сидеть здесь...
И они опять замолчали; молчали до тех пор, пока не появилось привидение.
– Можно, я с вами посижу?
– Можно, – разрешила Даша. – Только Феликса нет.
– Я знаю. Но вы не волнуйтесь, он дошёл. Он уже там, куда хотел попасть.
– Откуда ты знаешь?!
Вместо ответа привидение достало из савана картину. Ту самую... Ой нет, другую! Или всё-таки ту? На ней была комната и девочка в белом платье. А рядом с девочкой, как всегда задумчивый, стоял Феликс.

14. СКАЗКА О СКАЗКЕ
– Посиди пока, я сейчас вернусь.
Валера сказал это и вышел в кухню. Санёк, который пришел к нему по делу – мама послала за кастрюлей, одолженной писателю, – стал оглядывать комнату.
Комната как комната, ничего особенного, вот только огромный стол, заваленный кучей тетрадок и просто бумаг, привлекал внимание. Санёк подошёл и, с уважением к писательскому труду, взял одну из тетрадок, раскрыл и...
«Этот дом стоял возле самого края света. Вернее, был поселок, но в нашем повествовании он почти не будет участвовать, потому что дом держался обособленно, отгораживался невысокой горой и заросшими пустырями, на которых некогда стояли его собратья...»
Вот что было написано в тетрадке! А дальше? Санёк листнул страницы...
«Игорь и Санёк продирались сквозь лес...»
Интересно, а что же в конце? Санёк прочитал: «Однако тут кто-то забрал у него тетрадку...»
Однако тут кто-то забрал у него тетрадку. Рядом стоял Валера с кастрюлей в руках. Санёк покраснел...
– Читать чужие тетрадки – нехорошо, – определил Валера.
Санёк покраснел сильнее, но всё же спросил:
– А... что это?
– Это? Моя новая сказка.
– А почему в ней есть мы? Это сказка о нас?
– Конечно.
– Но почему в ней есть то, что ещё не случилось?
– Потому что вся жизнь – это сказка, записанная где-то неведомым сказочником. Тебе так не кажется?
Санёк удивился:
– Значит вы – наш сказочник?
– В некотором смысле... да.
– Но почему тогда сказка кончается на сегодняшнем дне? – испугался Санёк.
– Потому что... Эта сказка, конечно, про вас – про Дашу, про тебя, про Игорька и многих других... Но, прежде всего, эта сказка Феликса...
– И что, у него теперь не будет сказки?!
– Нет, у него ещё будет много сказок… Может, их напишу я, может – кто-то другой, а может, и никто не напишет.
– А у нас?
– И у вас будет еще много сказок. Каждый человек делает свою сказку сам.
И действительно, Санёк отнёс маме кастрюлю, и тут же с ним начались невероятные приключения – с ним, с Дашей, с Игорьком...
Однако это уже совсем другая сказка...

ЭПИЛОГ
Сказка закончилась, да и была ли она сказкой?
Дом и по сей день стоит возле края света, всё такой же старый, скрипучий, потемневший от времени. Всё так же живут в нём обыкновенные люди и всё так же происходят с ними самые обыкновенные чудеса.
Говорят, в лес перед домом часто падают звезды, и по небу над ним время от времени проходит Смотритель, а на чердаке живет привидение, иногда достающее из сундука картину и разглядывающее изображенных на ней мальчика и девочку.
А если не верите, то спросите у Того, Кто Всё Знает. Говорят, он часто сидит на краю света, свесив ноги в бездонную пустоту, и разглядывает звёзды...


Евгений Грец
20.10.2017 361
Комментарии читателей
Войдите на сайт, чтобы оставлять свои комментарии к материалам
Логин:
Пароль:

Регистрация    Забыли свой пароль?